Мудрый комик Аристофан и его современники

Модераторы: Tibaren, Aristoteles

Мудрый комик Аристофан и его современники

Сообщение Андрей Ляпчев » 24 июн 2017, 11:29

ПРОЛОГ

Согласно преданию, на вопрос о том, кто самый мудрый человек в Афинах, Дельфийский оракул ответил: «Софокл – мудр, Еврипид – мудрее, но Сократ – мудрейший». А я вам так скажу: «Оракул ошибся. Гениальный Комик Аристофан был мудрее, чем Еврипид и Сократ...»
Аристофан родился предположительно в 446 году до нашей эры. (В некоторых источниках называют 444 или 450 годы.) Умер примерно в 385 году до нашей эры. Точные годы жизни неизвестны, но в любом случае вся земная жизнь Аристофана относится ко временам «до нашей эры», и больше я об этом напоминать не буду. Нас отделяет от Аристофана более чем две тысячи четыреста лет. За эти тысячелетия многое изменилось, но кое-что осталось прежним. Как и прежде в мире ведутся бессмысленные и разрушительные войны, хитрые политики одурачивают народ, научные умы выдумывают отвлеченные теории, а деятели культуры создают произведения искусства, от которых тоскливо на душе. Всё это высмеивал в своих комедиях Аристофан. Разве нам, сегодняшним людям, трудно понять его?

КРИВЫЕ ЗЕРКАЛА ФИЛОЛОГОВ

Конечно, есть и исторические особенности, требующие пояснений, и трудности перевода. Например, в комедиях Аристофана частенько встречается слово «фаллос». Это слово для древних греков было вполне нормальном, а в точном переводе на русский язык считается неприличным… Здесь современные читатели и даже литераторы могут неправильно понять Аристофана. К примеру, один модный литератор-верхогляд с явным одобрением высказался о том, что в комедиях Аристофана «совершенно естественно» присутствует то, что мы называем «порнушкой». Это – глупости. Аттическая комедия изначально была связана с культом плодородия, а фаллос являлся одним из символов плодородия. Актеры в комедиях появлялись перед зрителями с бутафорскими «мужскими достоинствами» и «женскими прелестями» внушительных размеров, чтобы было видно и зрителям последних рядов. (Театр в Афинах вмещал около 17 тысяч зрителей.) Но всё это делалось для возбуждения смеха, а не похоти. За пределами театра в Афинах процветали проституция, педерастия и педофилия. Как пишет Андре Боннар, один из лучших знатоков древнегреческой цивилизации, «для афинянина его жена лишь первая среди его служанок… Не стоит говорить о проститутках так называемого низшего разряда – почти все они были рабыни, однако не все; они наполняли публичные дома Афин и Пирея, и молодые люди могли ими пользоваться всего за один обол. Это была официальная проституция, учрежденная Солоном, заботившимся о порядке и общественной морали». В результате такой «заботы» стала нормой и выставлялась напоказ «любовь к мальчикам»…
А что же было в театре? Театральные постановки являлись государственным и религиозным делом. Актёрами могли быть лишь взрослые мужчины, полноправные граждане Афин, уважающие себя и уважаемые в обществе люди… Нет, непристойными шутками и бутафорскими фаллосами афинского зрителя в театр не заманивали…
Что же касается конкретно Аристофана, он любил женщин, насмехался над гомосексуалистами и жил так, чтобы не дать окружающим повода для сплетен. Об Еврипиде известно, что он был женат дважды и обе жены ему изменяли. Ксантиппа, жена Сократа, была настолько сварливой женщиной, что её имя стало нарицательным… О жене Аристофана неизвестно ничего. Но мы можем с уверенностью сказать, что древние греки любили посплетничать, позлорадствовать по поводу чужих неприятностей… (Честно говоря, паскудный народ были эти самые древние греки…) А завидовали – молча. Так что отсутствие сведений о жене Аристофана тоже кое о чём свидетельствует…
Среди российских филологов очень распространён миф об Аристофане, как о «ревнителе старины». В почтеннейших «Энциклопедическом словаре Брокгауза и Эфрона» и русскоязычной «Википедии» сказано о том, что «по своим политическим и нравственным убеждениям Аристофан был приверженцем старины, суровым защитником старых верований, старых обычаев, науки и искусства. Отсюда его язвительные насмешки над Сократом или, вернее, над умcтвoвaниями софистов в "Облаках", его беспощадные нападки на Еврипида в "Лягушках" и других комедиях». На разные лады эту мысль повторяют авторитетнейшие отечественные специалисты-филологи ХХ века А.Ф. Лосев, И.М. Тронский и В.Н. Ярхо, а также их современные эпигоны…
Но ведь уже в самой ранней сохранившейся комедии «Ахарняне» (425) Аристофан говорит о том, что привело бы в негодование любого «приверженца старины». Афинский гражданин Аристофан смеет утверждать, что Пелопоннесская война между Афинами (Аттикой) и Спартой (Лакедемоном) является несправедливой с обеих сторон, что в этой войне правды нет не только у спартанцев (это понятно), но и у афинян!.. Афинский земледелец Дикеополь, главный герой комедии «Ахарняне», которому безоговорочно симпатизирует автор, вместо того, чтобы поддерживать своих сограждан в соответствии со «старыми обычаями», заключает со спартанцами сепаратный тридцатилетний мир, да ещё и издевается над законопослушным афинским военачальником Ламахом… Неужели в афинской старине действительно было что-то подобное? Никоим образом!
Вопреки дружным утверждениям филологов именно Аристофан и другие комедиографы несли новое понимание важнейших жизненных вопросов. А вот Еврипид и Сократ именно в то время, когда Аристофан создавал свои первые комедии, фактически являлись «защитниками старых верований». Именно «отсюда» берут начало насмешки Аристофана над Еврипидом и Сократом.
Профессор В.Н. Ярхо пишет: «В первое 10-летие войны (431-421) Еврипид занимает патриотическую позицию, изображая Афины защитниками слабых и гонимых, а Спарту обвиняя в коварстве и деспотизме». (Вот здесь действительно между Еврипидом и Аристофаном разногласия принципиальные, но уважаемый профессор это почему-то не замечал, а утверждал, что по мнению Аристофана пьесы Еврипида «подрывали прочность афинской демократии былых времён». Комментарии излишни.)
Что же касается Сократа, его отношение к войне наиболее ярко выражено в диалоге Платона «Критон». Там Сократ накануне казни с воодушевлением рассказывает своему другу об отношении к Отечеству, о том, что «если оно приговорит к чему-нибудь, то нужно претерпевать это спокойно, будут ли то розги или тюрьма, пошлет ли оно на войну, пошлет ли на раны или смерть, – что все это нужно делать, это справедливо и что отнюдь не следует сдаваться врагу, или бежать от него, или бросать своё место, но что и на войне, и на суде, и повсюду следует делать то, что велит Отечество и Город…» Для Аристофана такая покорность власти, безусловно похвальная с точки зрения приверженцев старины, была неприемлема… Некоторые исследователи творчества Аристофана почему-то забывают, что он – живой человек, а не «выразитель интересов» и «отражатель идеологии». Поэтому импульсом для создания той или иной пьесы могло быть какое-то случайное событие, а не мировоззренческие принципы… Почему Аристофан высмеял Сократа в «Облаках»? Сократ был на четверть века старше Аристофана, не ввязывался в политику, не имел отношения к театру… Но ведь Сократ – не единственный персонаж комедии, выведенный под своим именем. Действующим лицом является и его тогдашний ученик Хэрефонт. «Хэрефонту помешанному» и другим ученикам Сократа в «Облаках» посвящено немало язвительных слов, но многомудрые учёные почему-то Хэрефонта совсем не замечают… Конечно, для нас интереснее Сократ! Но для молодого Аристофана могли быть важнее его ученики… Столкнулись на узкой афинской улочке Аристофан с приятелями и Хэрефонт с другими учениками Сократа. После краткого обмена мнениями по актуальным мировоззренческим вопросам борцы за мир отметелили как следует сторонников войны, а на прощание Аристофан пообещал: «Я вас вместе с вашим учителем ещё и в комедии припечатаю»… Конечно, у моей версии нет строгих доказательств, так ведь и доказательств того, что двадцатидвухлетний Аристофан подозревал Сократа в «подрыве прочности афинской демократии» тоже нет…
Для людей старых верований было естественно объяснять происходящие события волей и вмешательством богов. У Аристофана нет ничего подобного. Война для него – результат желаний и действий людей, добивающихся своей выгоды…
Но как же возник миф об Аристофане – «приверженце старины»?
В своих пьесах великий Комик постоянно противопоставлял современное ему время Пелопоннесской войны (431-404) временам Греко-персидских войн (500/499-449), особенно часто с уважением вспоминая Марафонскую битву (490) и морское сражение у острова Саламин (480). Но разве это такая уж «старина»? И разве Аристофан был не прав, считая Греко-персидские войны временем величия и гордости Афин, а Пелопоннесскую войну временем упадка и позора? Прав, и время показало, что прав безоговорочно. Слава греков, защитивших свою Родину от нападения могущественной Персии (Ирана) пережила тысячелетия…
"С Востока свет, с Востока силы!"
И, к вседержательству готов,
Ирана царь под Фермопилы
Нагнал стада своих рабов.
Но не напрасно Прометея
Небесный дар Элладе дан.
Толпы рабов бегут, бледнея,
Пред горстью доблестных граждан. (В.С. Соловьев)
И вот спустя совсем немного времени потомки этих «доблестных граждан» с остервенением начали уничтожать друг друга, на радость очередному царю Ирана…
…Жалкий человек.
Чего он хочет!.. Небо ясно,
Под небом места много всем,
Но беспрестанно и напрасно
Один враждует он – зачем? (М.Ю. Лермонтов)
Аристофан любил в прошлом то, что было действительно достойным любви и уважения, а не какие-то «старые верования, старые обычаи» выдуманные филологами…

В НАЧАЛЕ СЛАВНЫХ ДЕЛ

«Биографические сведения об Аристофане крайне скудны». (В.Н. Ярхо)
С этим не поспоришь. Но зато у нас есть «История» великого греческого историка Фукидида, – старшего современника Аристофана, – где по годам изложены события, происходившие в Афинах с 435 по 410 годы. Некоторые сведения об Аристофане можно найти в его ранних комедиях. Древним грекам были свойственны и «общечеловеческие» черты, которые можно понять не опираясь на сохранившиеся письменные источники…
В комедии «Ахарняне» земледелец Дикеополь, живущий в Афинах, говорит:
«А мыслями я в поле, мира жажду я.
Мне город мерзок. О село желанное…»
Эти чувства пережил и Аристофан. Его отец был состоятельным крестьянином, имел свой участок земли… Когда в 431 году началась война спартанцы, чтобы принудить афинян к миру, стали уничтожать посевы аттических земледельцев. Разоренные крестьяне были вынуждены бежать в Афины и там фактически становились «людьми второго сорта» по сравнению с горожанами. Среди этих беженцев-крестьян был и подросток Аристофан…
На второй год войны афинян постигла новая беда. Началась эпидемия «афинской чумы». (Современные исследователи утверждают, что это была не чума, а брюшной тиф, но в данном контексте это не важно.) Жертвами эпидемии стали около четверти афинян, огромный урон был нанесён и нравственному состоянию оставшихся в живых. Об этом пишет Фукидид:
«В довершение к постигшему бедствию афиняне были угнетены ещё скоплением народа с полей в город, особенно беженцы. Так как домов не хватало и летом они жили в душных хижинах, то и умирали при полнейшем беспорядке; умирающие лежали один на другом как трупы, или ползали полумертвые по улицам и около всех источников, мучимые жаждою. Святыни, где расположились в палатках беженцы, полны были трупов, так как люди умирали тут же. Так как болезнь слишком свирепствовала, люди, не зная, что с ними будет, перестали уважать и божеские и человеческие установления. …Болезнь послужила для государства прежде всего попранием законов. Теперь каждый легче отваживался на такие дела, какие прежде скрывали во избежание нареканий в разнузданности… Что было приятно в данную минуту и во всех отношениях полезно для достижения этого приятного, то считалось и прекрасным, и полезным. Людей нисколько не удерживал ни страх пред богами, ни человеческие законы, так как они видели, что все гибнут одинаково, и потому считали безразличным, будут ли они чтить богов или не будут; с другой стороны, никто не надеялся дожить до той поры, когда понесет по суду наказание за свои преступления…»
Не трудно представить, как в подобной атмосфере коренные афиняне относились к беженцам: «Понабежали… Куда прёшь, деревня?» Обмен непереводимыми древнегреческими идиоматическими выражениями иногда перерастал во взаимные оскорбления действиями. Аристофан дрался часто. Он был из тех, кто слишком хорошо умеет «от насмешек грозой загораться»…
Ф.М. Достоевский говорил, что для развития творческого таланта «страдать нужно». Оно, может быть, и не всем нужно, но Аристофан хлебнул страданий и это отложило определённый отпечаток на его творчество…
«Афинская чума» принесла Аристофану не только страдания, но и открыла путь в театр. У афинских актеров были определенные привилегии, например, они освобождались от налогов. Дети в то время обычно наследовали профессии родителей. В мирное время попасть крестьянскому парню в театральную среду было бы не просто, но в результате эпидемии «появились вакантные места». В театре, как и во всём афинском обществе, был раскол на сторонников и противников войны. Когда мы читаем в ранних пьесах Аристофана его саркастические реплики об Еврипиде не следует забывать, что «другая сторона» тоже не молчала. И то, что говориться в комедиях, это самое невинное из того, что говорилось в жизни. Не думаю, что в подобных перебранках принимал участие сам Еврипид. Он был уже человеком немолодым и, судя по «Ахарнянам», замкнутым и нелюдимым. Но у него были единомышленники и поклонники, среди которых было немало людей весьма влиятельных…
Подводя итог раннего периода своего творчества Аристофан с полным правом говорил о себе:
«Не на мелкую сошку, ничтожных людей, ополчился поэт, не на женщин,
Но с Геракловым мужеством в гневной душе он восстал на великих и сильных».
Самым известным из врагов Аристофана был Клеон, известный афинский политик и предприниматель, владелец кожевенной мастерской, вор и взяточник, вождь радикальных демократов, фактический лидер «партии войны» в Афинах… Фукидид, человек совсем иного склада, чем Аристофан, охарактеризовал Клеона очень коротко: «Это был вообще наглейший из граждан; в то время он пользовался величайшим доверием народа». (Для нашего времени Клеон выглядит вполне типично, но тогдашним афинянам он был в диковинку.) Аристофан язвительно высмеивал Клеона во всех своих ранних комедиях, при этом Клеон иногда сидел в театре на почетном месте. Клеон отвечал «своими методами». В комедии «Осы» (422) Аристофан с упреком обращается к зрителям:
«Говорят, на мировую я пошел, когда Клеон
На меня налег, и мучил, и терзал на все лады.
Да. Когда с меня он шкуру начал заживо сдирать,
А над воплями в сторонке потешалася толпа, –
Ей и горя было мало и лишь то хотелось знать,
Отпущу ли и в тисках я шутку новую опять…»
Противостояние между Аристофаном и Клеоном должно было для кого-то из них плохо кончиться. Им было тесно вдвоём в Афинах…
В 422 году в сражении при Амфиполе афинский отряд под командованием Клеона потерпел позорное поражение от спартанцев. По свидетельству Фукидида «афинян пало около шестисот человек, а неприятелей семеро: объясняется это тем, что под Амфиполем не было правильного сражения, а оно произошло при столь чрезвычайных обстоятельствах, когда предварительно наведен был ужас на афинян». Сам Клеон пытался бежать с поля боя, но был убит… К счастью для афинян в этой же битве погиб и Брасид, крупный полководец и лидер спартанской «партии войны». Враждующие стороны начали переговоры о мире…
Эти события Аристофан отразил в комедии «Мир» (421), одной из самых радостных своих комедий. Страшный демон войны Полемос хочет в огромной ступке истолочь в пыль греческие города. Но для этого кроме ступки нужен ещё и пестик. (В русском переводе вместо слова «пестик» использовано слово «толкач».) И здесь к большому неудовольствию Полемоса выясняется, что «пропал толкач афинский знаменитейший» (Клеон). Полемос посылает слугу Ужаса за толкачом в Спарту, но и там «пропал толкач первейший в Лакедемоне» (Брасид). Раздосадованный Полемос уходит, чтобы смастерить новый толкач, а греческие крестьяне в это время сообща освобождают богиню мира…
Комедия «Мир» была поставлена накануне заключения мира между Афинами и Спартой. Фактически мир оказался семилетним перемирием, но это всё-таки была передышка для людей и в этой передышке, возможно, есть заслуга и Аристофана…

АРИСТОФАН И ЕВРИПИД

Упоминания об Еврипиде в ранних комедиях Аристофана – это всего лишь «шпильки». Никакой пищи для ума они не дают. Гораздо интереснее задуматься над личностью Еврипида и его творчеством, показанным в комедиях «Женщины на празднике Фесмофорий» (411) и «Лягушки» (405).
И.М. Тронский утверждал, что смысл «Фесмофорий» в «осмеянии Еврипидовского женоненавистничества». Никто с ним не спорит… Я очень сомневаюсь и в том, что Еврипид был женоненавистником, и в том, что Аристофан в это верил. В комедии такие обвинения исходят от женщин, но там же говориться и о том, что в жизни среди женщин есть такие «сокровища», каких и в Еврипидовских трагедиях не найдешь… Аристофан в «Фесмофориях» смеётся и над женщинами, и над мужчинами, и над Еврипидом, и над трагиком Агафоном… Но «смеяться» и «высмеивать» – это разные вещи. Подшучивать друг над другом могут и близкие друзья. Конечно, друзьями Аристофан и Еврипид никогда не были, но конкретно в этой комедии нет враждебного отношения к Еврипиду. В начале комедии женщины хотят уничтожить Еврипида за «женоненавистничество», так ведь это «не от большого ума». Но в итоге Еврипид и женщины примиряются, никто не пострадал, Еврипид не осмеян. «Фесмофории» скорее капустник, чем сатира…
«Женщины на праздники Фесмофорий» поставлены в театре в 411 году. В этом же году поставлена «Лисистрата», лучшая из антивоенных комедий Аристофана. Эта комедия заслуживает того, чтобы поговорить о ней отдельно…
В кратких пересказах «Лисистраты» обычно говорится лишь о том, что женщины, чтобы принудить мужчин к миру, устраивают «сексуальную забастовку», отказывая мужьям в интимной близости до окончания войны. Но у Аристофана действия женщин этим не ограничиваются. Они понимают, что для войны необходимы деньги, что у воинов и политиков есть материальная заинтересованность, поэтому одной «сексуальной забастовки» недостаточно. Спартанка Лампито и афинянка Лисистрата обсуждают этот вопрос достаточно серьёзно.

«ЛАМПИТО:
Пока у вас триеры есть и золото
В Акрополе – не быть Элладе мирною.
ЛИСИСТРАТА:
Не бойся! И об этом мы подумали.
Сегодня ж овладеем мы Акрополем».
(Женщинам удаётся осуществить свой план, после чего происходит диалог между главной героиней и государственным советником.)
«СОВЕТНИК:
Для чего захватили Акрополь они и засовами заперли входы?
ЛИСИСТРАТА:
Для того, чтобы золотом вашим владеть и чтоб вы воевать перестали.
СОВЕТНИК:
Так ты думаешь, золото – корень войны?
ЛИСИСТРАТА:
И войны, и раздоров, и смуты.
Для того чтобы мог наживаться Писандр и другие правители ваши,
Постоянно возню затевают они. Ну и пусть и кричат, и хлопочут
Как хотят, что есть сил, только денег теперь не видать уж им больше – и баста!
(…)
СОВЕТНИК:
Да какое вам дело, скажи, до войны?
ЛИСИСТРАТА:
Это нам что за дело? Проклятый!
Знай, для женщин война – это слёзы вдвойне! Для того ль сыновей мы рожаем,
Чтоб на бой и на смерть провожать сыновей?»

…Это уже не древнегреческая комедия, это правда и о Пелопоннесской войне, и о большинстве других войн от древности до наших дней… Только вот людей похожих на Аристофана среди деятелей культуры и искусства в наши дни что-то не слышно…
Но какая связь между «Лисистратой» и «Женщинами на празднике Фесмофорий»?
В «Лисистрате» Аристофан призывает к примирению афинян и спартанцев. Но ведь ему можно сказать: «Ты, Аристофан, зовешь других людей к миру. Так покажи пример: примирись со своими врагами…» Аристофан и пытался помириться с Еврипидом, тем более, что последний уже пересмотрел своё отношение к войне и первоначальная причина для вражды исчезла. Но примирения не произошло…
Еврипид умер в 406 году. В этом же году умер и другой великий афинский трагик – Софокл. Закончилась эпоха в истории европейского театра. В пятом веке до нашей эры жили и работали три великих театральных трагика: Эсхил (525-456), Софокл (496-406) и Еврипид (484-406). У них не было достойных наследников в античном мире. (Следующим великим драматургом-трагиком стал… Вильям Шекспир.) Тогда масштабов утраты греки не могли ещё представить, но смерть Еврипида и Софокла, – многолетних соперников, – естественно вызвала обсуждения и споры среди людей, связанных с театром и любящих театр, о том, кто лучший мастер трагедии, об особенностях творчества разных трагиков… Мог ли Аристофан остаться в стороне от этих споров? Нет. Его пьесы зрители смотрели уже двадцать лет подряд, у него были и поклонники, и хулители и все они ждали, что скажет Аристофан. Уклониться не было никакой возможности… Комедия «Лягушки» (405), – в которой спорят в подземном царстве Эсхил и Еврипид, – стала главным прижизненным успехом Аристофана. Комедия не только завоевала первое место, но было принято решение о повторной постановке. (Такой чести не удостаивался ни один комедиограф до него.) И сейчас «Лягушек» принято хвалить, хотя абсолютное большинство читателей не может оценить её по достоинству. (Например, А.Ф. Лосев пишет: «Виртуозное владение стилем Еврипида и строгой манерой Эсхила бросаются в этой комедии в глаза». Я, конечно, готов в данном случае поверить на слово уважаемому Алексею Фёдоровичу, но я не умею, так как он, с удовольствием читать без перевода Эсхила, Еврипида и Аристофана. У меня и образование не такое, и способности…) В примечаниях имеется множество ссылок на несохранившиеся трагедии Эсхила и Еврипида... (До нас полностью дошли 7 из более чем 80 трагедий Эсхила и 17 из 92 трагедий Еврипида.) В комедии соревнование между Эсхилом и Еврипидом завершаются победой Эсхила, хотя самому Аристофану ближе всех, вероятно, Софокл, о котором в «Лягушках» упоминается с безграничным уважением…
Почему Аристофану Эсхил и Софокл ближе, чем Еврипид? Из содержания одних «Лягушек» понять это невозможно. Но если сравнить сохранившиеся пьесы всех четырёх драматургов – ответ понятен. Трагедии Эсхила и Софокла, как и комедии Аристофана, помогали людям выжить в жестоком мире. Герои Эсхила и Софокла, даже если они погибали, показывали людям нравственный пример, одерживали моральную победу. У Еврипида в некоторых трагедиях: патологические персонажи и полная безысходность. В трагедии «Медея» заглавный персонаж, чтобы отомстить бросившему её мужу, убивает их общих детей, умоляющих её о пощаде. В трагедии «Федра» героиня воспылала страстью к своему пасынку, оклеветала и погубила его. В трагедии «Вакханки» погибает царь Кадм. Его убивают обезумевшие женщины во главе с родной матерью… Может быть в описании всего этого у Еврипида есть и «тонкий психологизм, и «глубокий смысл», и даже «гуманизм» … Может быть… Но подавляющее большинство зрителей всего этого не понимало, а Аристофан был на стороне «простого зрителя», у которого в жизни и так проблем хватает.
Эсхила называют «отцом трагедии», Аристофана – «отцом комедии», а Еврипида можно назвать «отцом депрессивного искусства».

«ОБЛАКА» И КАЗНЬ СОКРАТА

Сам Сократ ничего не писал и о нём мы знаем в основном из сочинений Платона, Ксенофонта и более поздних авторов. Но когда в 423 году в Афинах была поставлена комедия «Облака» и Платону и Ксенофонту было меньше 10 лет, так что, работая над комедией, Аристофан явно не мог читать книги этих будущих авторов. Учитывая разницу в возрасте и принадлежность к разным социальным кругам, – Сократ был коренным афинянином, а Аристофан крестьянином-беженцем, – скорее всего они плохо знали друг друга, а может и совсем не были знакомы. О Сократе молодой Аристофан мог судить по слухам и по ученикам философа.
Каким же человеком был тогдашний ученик Сократа Хэрефонт?
На суде Сократ говорил судьям: «Вы конечно знаете, каков был Хэрефонт, до чего он был неудержим во всём, что бы ни затевал. Ну вот же, приехав однажды в Дельфы, дерзнул он обратиться к оракулу с таким вопросом… есть ли кто-нибудь на свете мудрее меня, и Пифия ему ответила, что никого нет мудрее…»
Подобная «неудержимость» похожа на фанатизм, а Аристофан очень не любил тех, кто «всегда и во всём прав». Но разве этого достаточно для того, чтобы сделать Сократа основным отрицательным персонажем? Нет, конечно, так ведь Сократ им и не был. Главный сатирический персонаж в «Облаках» – это Стрепсиад, а вовсе не Сократ. Правда А.Ф. Лосев утверждал, что «симпатии автора и зрителя, конечно, всецело на стороне мужичка Стрепсиада», но это абсурд. Стрепсиад – хитрый дурак, воспитавший непутевого сына, обманывающий и оскорбляющий соседей и в итоге получивший по заслугам. Ничего симпатичного в нём нет.
Фидиппид, сын Стрепсиада, буквально помешан на «лихорадке конской», конных состязаниях, тратит на это большие деньги, которые папаша занимает у соседей… Но разве в этом виноват только сын, а избаловавший его отец не при чём? Приходит срок отдавать долги, а именно этого Стрепсиад и не собирается делать. Он мечтает лишь о том, чтобы любым способом обмануть кредиторов. Именно для того, чтобы научиться побеждать в спорах заимодавцев, Стрепсиад и обращается за помощью к Сократу. А.Ф. Лосев утверждает, что Стрепсиад «сбит с толку софистами». Но разве софисты научили его занимать деньги для дорогостоящих забав дитяти? Разве софисты советовали ему не отдавать долгов? Никто Стрепсиада с пути истинного не сбивал, и Сократ его в свою «мыслильню» не зазывал. Сам решил и сам захотел. О своей цели Стрепсиад говорит откровенно:
«Стадий на десять всех, кто в Элладе живет, превзойти я хочу в разговоре…
Я закон обвернуть вокруг пальца хочу, обмануть одолживших мне деньги».
Аристофан без обиняков осуждает Стрепсиада:
«Сутяжничать, сквалыжничать, –
Большое зло.
Упрямый старичок
Решил зажать, не отдавать
Добра и денег, взятых в долг…
За плутни все, за все грехи
Расплатится жестоко».
Стрепсиад сначала сам набивается к Сократу в ученики, а потом приводит к нему своего сына… В итоге ему удаётся отбрехаться от долгов и даже поиздеваться над кредиторами, но вскоре его избивает родной сын, доказывая, что он имеет на это право в том же духе, в каком Стрепсиад доказывал кредиторам, что он имеет право не возвращать долги. За что боролся, на то и напоролся. И корифей хора объясняет Стрепсиаду:
«…В своих несчастьях виноват ты сам:
На ложный путь направил ты дела свои».
Сатира Аристофана была понятна большинству зрителей. Таких бессовестных людей, как Стрепсиад, развелось много. И насмешка над «лихорадкой конской» была понятна. Шла война, многие едва-едва сводили концы с концами, а у богачей и аристократов возникла мода на лошадей. В конных состязаниях на Олимпийских играх победителями считались не наездники, а владельцы лошадей. Иметь хороших беговых коней было очень престижно и дорого…
Аристофан очень надеялся на успех этой комедии, но по каким-то причинам она провалилась: заняла третье место из трёх возможных. Однако через какое-то время он берётся за переработку «Облаков». До нашего времени дошла именно вторая редакция. Когда и зачем это было сделано? Версия о том, что он хотел снова поставить эту комедию абсурдна. Тогда и комедии, занявшие первые места, второй раз ставить не разрешалось, а о провальной пьесе и говорить нечего. Но ведь пьесы можно не только ставить в театре, но и читать. Свиток с пьесой можно продать, а авторский список стоит дороже, чем копия переписчика. Для драматургов это было неплохим способом заработать деньги, главное, чтобы был спрос. После заключения мира 421 года в политической жизни Афин резко возрастает влияние Алкивиада, ученика и друга Сократа. Вполне естественно, что среди образованных людей появился больший интерес и к его учителю. Так что вторая редакция была пьесой для чтения. Об этом свидетельствует и новый финал. Стрепсиад не ограничивается признанием своей вины, а обвиняет Сократа в безбожии и жульничестве, решает отомстить Сократу и сжечь его «мыслильню». Стрепсиад как был дураком, так им и остался. Чтобы реализовать свою идею он «лезет на крышу с факелом» и поджигает дом Сократа, сидя на крыше… (Аристофан не только драматург, он и актёр, и режиссёр. В театре такую сцену поставить довольно сложно, а в пьесе для чтения никаких проблем нет.) Для чего Аристофану понадобился подобный финал?
Некоторые исследователи недалёкого ума говорят, что это был «донос на Сократа». Вздор. Аристофан ненавидел доносчиков, а у Сократа тогда был настолько влиятельный покровитель в лице Алкивиада, что о доносах на него не могло быть и речи.
Аристофан был человеком с прекрасной интуицией, умным, наблюдательным, отлично знающим систему афинского судопроизводства, над которой он издевался в своих комедиях. Он наблюдал за деятельностью двух учеников Сократа: Алкивиада и Крития, людей крайне честолюбивых и беспринципных. Оба они помимо прочего были хорегами – людьми, бравшими на себя расходы по содержанию хора и подготовке пьесы к постановке. Так что в театральном мире этих людей хорошо знали… У такого проницательного человека, как Аристофан имелись основания предполагать, что когда-нибудь Сократу придется отвечать за деятельность своих учеников, так что новый финал «Облаков» был своеобразным предупреждением Сократу.
Аристофан завершил работу над второй редакцией «Облаков» не позднее 416 года, когда состоялась его встреча с Сократом на пиру у трагика Агафона, о которой нам известно из знаменитого диалога Платона «Пир».
Об Агафоне уже упоминалось, когда шел разговор о комедии «Женщины на празднике Фесмофорий». А вот какая характеристика даётся Агафону в комедии «Лягушки»: «Поэт отличный и друзьям примерный друг». Получается, что Аристофан и Агафон были друзьями. В 416 году Агафон одержал свою первую победу за свою постановку, а Аристофан к тому времени побеждал уже несколько раз, поэтому он хорошо понимал радость друга. У Агафона были очень хорошие отношения и с Сократом, чего нельзя сказать об Аристофане. Вполне естественно желание Агафона, как примерного друга, помирить Аристофана и Сократа. Возможно, раньше эти два человека никогда не сидели вместе за одним столом, но Агафону удалось добиться этого. В конце «Пира» говорится о том, как Агафон, Аристофан и Сократ «пьют из большой чаши, передавая её по кругу слева направо». Это очень важно для людей того времени! Значит Агафону удалось примирения. Хотя мелкие насмешки над Сократом есть и в комедиях «Птицы» (414) и «Лягушки», но они не имеют принципиального значения. Аристофан даже над Софоклом посмеивался, да и Сократ любил острое слово… Но редактировать «Облака» после этой встречи Аристофан уже не стал бы…
Шло время.
И современников, и потомков удивляли личные качества и судьба Алкивиада. Как пишет Фукидид «большинство афинян испугалось крайней распущенности Алкивиада в его личной жизни, его широких планов, в частности всего того, что он делал; афиняне, опасаясь стремлений Алкивиада к тирании, стали во враждебные к нему отношения. Хотя Алкивиад вел военные дела для государства прекрасно, но каждому гражданину в отдельности было в тягость его поведение». В 415 году Алкивиад был обвинён в кощунстве, бежал в Спарту, а на родине ему был вынесен смертный приговор. Живя в Спарте Алкивиад принёс много зла афинянам, но потом бежал из Спарты в Персию, потом был прощён на родине и командовал афинским флотом, потом снова оказался в опале…
В 404 году поражением Афин закончилась Пелопоннесская война. При поддержке Спарты в Афинах утвердился террористический олигархический режим «30-ти тиранов» во главе с Критием, бывшим учеником Сократа. (Среди «30-и тиранов» был и ещё один бывший ученик Сократа.) Вскоре в Персии был убит скрывавшийся там Алкивиад. Этот человек прожил жизнь яркую, но очень бестолковую… По одной из версий к убийству был причастен Критий. Если так, то это ему не помогло: в 403 году Критий пал в бою с демократами…
В 399 году против Сократа было возбуждено судебное дело по обвинению в развращении молодёжи и поклонении ложным богам. Обвинительные тексты до нас не дошли, но для обвинения в развращении молодёжи у афинян имелись некоторые основания. Об учителе можно судить по его ученикам, а такие ученики, как Алкивиад и Критий явно не отличались высокой нравственностью. Ученик Ксенофонт был противником демократии и находился в изгнании. Платона подозревали во враждебном отношении к демократии…
А что же делал в это время Аристофан? Как уважающий себя человек, он был обязан помочь тому, с кем пил из одной чаши. Но как помочь? Он мог рассказывать окружающим: «Афиняне, о Сократе всегда выдумывали много лживых сплетен. И я когда-то, наслушавшись разных выдумок, сочинил о нём комедию "Облака", но сейчас я признаю, что там нет ни слова правды и т.д.» Не слишком сильный, даже, пожалуй, наивный ход защиты, но попробовать было можно. До суда Сократ находился у себя дома, мог свободно встречаться с друзьями и знакомыми. От предложенной Аристофаном помощи не отказался. Значит личной неприязни между ними не было. (Сократ не цеплялся за земную жизнь и помощи от неприятного ему человека никогда бы ни принял…) Так вот и попали «Облака» Аристофана в «Апологию Сократа».
Аристофан не смог спасти Сократа от обвинительного приговора, но его комедия «Облака» не была ни прямой, ни косвенной причиной осуждения Сократа…

ЭПИЛОГ

«Дар комедии, это мучительный дар, лишь немногим дарит она милость».
Аристофан был одарен этой милостью в высшей степени. И судьба, и время были милостивы к нему. Он создал не менее 40 комедий, 11 из них сохранилось до наших дней. Это не мало…
Аристофан создавал комедии для театра и зрителей своего времени. Но с веками меняется язык, меняются вкусы. Форма комедий устаревает намного быстрее, чем содержание. Современные театральные постановки комедий Аристофана, даже хорошие, это всё-таки «не совсем Аристофан». А есть и такие «умельцы», что смотришь и ждёшь: выбежит на сцену Аристофан с дубинкой и с криком «Трагедию Еврипида из моей комедии делать!» хорошенько поколотит и актёров, и режиссёра… Комедии Аристофана сейчас лучше всего ставить в кукольном театре. Конечно, это будут спектакли для взрослых. А ещё можно поставить замечательный мультипликационный фильм. Главное, чтобы режиссёры помнили: Аристофан создавал комедии для того, чтобы нести людям смех и радость.

КРАТКАЯ БИБЛИОГРАФИЯ

Аристофан. Комедии. М., 1954. Т. 1 – 2.
Платон. Диалоги. Ростов-на-Дону, 1998.
Плутарх. Избранные жизнеописания. М., 1987. Т. 1 – 2.
Фукидид. История. СПб., 1994. Т. 1 – 2.
Античная культура. Литература, театр, искусство, философия, наука: Словарь-справочник / Под ред. В.Н. Ярхо. М., 1995.
Боннар А. Греческая цивилизация. Ростов-на-Дону, 1994. Т. 1 – 2.
Лосев А.Ф. Античная литература. М., 2005.
Тронский И.М. История античной литературы. М., 1988.
Андрей Ляпчев
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 64
Зарегистрирован: 15 дек 2011, 16:57

Вернуться в Древний мир

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Yahoo [Bot] и гости: 1