На восток и обратно, если повезёт...

Литературные опыты участников форума

Модератор: Analogopotom

На восток и обратно, если повезёт...

Сообщение kalpa » 06 июл 2013, 23:13

Краткое описание (аннотация пока не получается): путешествия и приключения молодого уйгура, который нанимается стражником в охрану караванов на Великом Шёлковом Пути в эпоху династии Хань и пытается найти ответы на главные вопросы своей жизни. События – около 120 г. до н.э.
Автор – Владимир Кальпа
Жанр – историческое (?) фэнтези, наверное…
Размер – миди, повесть (?)
G18+

Изображение

Глава 1. Через пустыню по Великому Пути

1.1 Очередной оазис

Вечерело. Караван торговцев и слуг из двух сотен людей добрался, наконец, до очередного источника в пустынном каньоне. Зеркальная гладь маленького озера приветливо блеснула путникам, предлагая уют и прохладу для ночной стоянки. Длинные полосы облаков, похожие на птичьи перья, сделали небо притягивающим взгляд символом небесных перемен, которые радуют красотой, но не спешат раскрывать свои тайны….

Вогаз, двадцатисемилетний охранник-уйгур, шедший в конце каравана в тыловой группе стражей, не торопился расслабиться: по своему небольшому опыту и рассказам старших знал – именно сейчас может произойти нападение разбойников из засады. Всем известны места и последовательность источников воды на Великом Пути (потом его назвали Шёлковым) – и нанимаемым проводникам, и караванщикам, и стражникам, много раз совершавшим переходы. Известно это и местным жителям: кочевникам, перегоняющим стада от водопоя к водопою, земледельцам, у которых без воды не будет оседлого хозяйства и, конечно же, разбойникам всех мастей. Однако озерцо, неглубокое, с песчаным дном и редкой галькой, с небольшими кустиками тростника и мелкой травы по-прежнему приветливо «улыбалось» в лучах вечернего солнца, предлагая путникам утолить жажду и отдохнуть после тяжёлого дневного перехода. Предчувствие помалкивало. Что ж… судьба пока была благосклонна – нападения не было. Пока… Значит впереди отдых. Хотя уже ночью может быть бой, кровь, смерть… или спокойный отдых, восстанавливающий силы перед новым переходом.

Караван остановился. Начальник охраны, пожилой широкоплечий, ещё очень крепкий уйгур Самар подошёл к спешившемуся с верблюда хозяину каравана, знатному купцу-персу, и довольно быстро обсудил с ним намечающуюся стоянку. Полсотни двугорбых верблюдов, четыре десятка ослов, два десятка лошадей и небольшое стадо овец и коз жалобно "заныли" в предвкушении водопоя. Высланная наперёд разведка из двух стражей уже доложила начальнику охраны, что вода в озере чиста, хоть и немного солоновата. Но такими были почти все источники на песчаных равнинах великой пустыни Гоби. Порядок, установленный многовековыми традициями, предлагал очередность, которой никто не смел воспротивиться. Поили сначала животных, потом утоляли жажду немногие женщины, дети и старики. Лишь в конце вдоволь пили мужчины. И все следили, чтобы дети и животные не портили берег водоема: чудесный подарок природы в пустыне всегда и всем надо беречь.

Группы охранников пили по очереди, сразу настраиваясь на "вечернее наставление" начальника. Мудрый Самар неторопливо напился воды, смакуя каждый глоток. Лишь когда все подопечные стражники утолили жажду, и их глаза стали внимательны, только тогда он начал отдавать наказы по охране каравана ночью: расположение постов, сигналы оповещения, порядок обороны. Инструктаж, как всегда, закончился демонстрацией здоровенного кулака Самара, что служило напоминанием о дисциплине и послушании. Большинство взиравших немедленно изобразили полное понимание, зная занудный, но справедливый нрав скорого на безжалостную расправу старика. Его уважали и слушались во всем безоговорочно…

После обычного распределения в первую ночную (но не вечернюю) стражу, довольный Вогаз ещё раз напился вдоволь. Потом пополнил небольшой мех водой и, жуя кусок вяленой баранины из личного запаса, быстро обошёл место ночевки по большому кругу, чтобы ознакомиться с окрестностями и получить картину стоянки каравана в надвинувшемся вечере. Всегда желательно знать: кто, где и как расположился, как устроился хозяин каравана. Где и в каких местах расставлены посты.

Четыре десятка охранников во главе с десятниками расположились по периметру стоянки. Десятка, в которую входил Вогаз, по-прежнему прикрывала тыловое направление: Самар перемен пока не делал. Воздух был чист и наполнен лишь звуками готовящихся к ночи усталых людей и животных. За пределами каньона расплывалась, как одеяло тишина….

Парень сразу обратил внимание, что вокруг не было птиц, и сделал себе заметку о такой необычности обстановки. От доклада старшему, десятнику Матаю, он решил воздержаться, дабы не схлопотать напоминание о своем неприятном прозвище «Вогаз – дурной глаз» в стиле «ворона всегда накаркает…». Слишком уж он любил в детстве сказки, были, приметы, пословицы и имел излишне длинный язык, сводящий все к "нехорошему". К двадцати годам, повзрослев, он язык, конечно, научился придерживать, обращать многое в шутку, но было поздно…. Впечатления людей о тебе – как половина перьев любой птицы.

Вернувшись к месту ночлега своей десятки, он начал готовиться ко сну, зная, что ужин, как всегда, ему оставят. Порядок, привитый ежедневным повторением и напоминаниями старших, помогал наполниться спокойствием и хорошим настроением. Мыслей в голове было мало, преобладало предвкушение отдыха. Привычно проверив свою амуницию и оружие: лук, колчан с двумя десятками стрел, отличный стальной клинок без украшений, удобный нож-пчак и легкий щит, Вогаз расположился под колесом у крайней арбы, что была поставлена под стеной каньона. Подмигнул напарнику Бахару, тоже уйгуру, но только из "равнинных". Тот был широк как амбарная дверь, силён как бык и быстр как степной кот. Безудержный весельчак и шутник. Как всегда он должен разбудить Вогаза после полуночи к часу Быка. Наскоро поблагодарив богов, дэвов и предков, попросив защиты и здоровья, парень расслабился, нашел приятную для себя неподвижность на правом боку и медленно ушёл в сон, останавливая мысли-«гости». Все звуки каравана на стоянке постепенно стали одинаковыми, перестали навязываться. И пришел сон… и принес много грусти….

Пинок напарника, разбудивший Вогаза, как всегда, был «некстати» и, как всегда, немного обидный. Хотя, как всегда, обида быстро растворилась в «честной» и ехидной улыбке Бахара, приглашающей отведать здоровенную порцию плова, которой хватило бы на троих. Это была радость, составляющая большую, а, иногда, и главную часть мироздания всех парней. Настроение резко улучшилось. Наскоро оглянувшись по сторонам и подмигнув напарнику, что «всё нормально, встаю и готов к службе…», Вогаз быстро "расправился" с ужином. По ходу поглощения еды тщательно осмотрел стоянку. Немногочисленные кострища давали своим светом достаточную картину каравана на ночлеге. Было тихо и как-то слишком спокойно. Вернулся зевающий Бахар с разбуженным и что-то жующим Ниязом, хмурый вид которого сразу дал понять, что пинки не всем приятны и «чистосердечная» улыбка здоровяка явно получила в ответ возглас по типу «у-у-у, тупой бык». Но весёлый нрав и душевная легкость напарника спокойно сносили недовольство и брюзжание окружающих. Шёпотом введя в курс событий, а точнее, в их отсутствие, Бахар отправился храпеть. Умел он это делать так, что аж верблюды вздрагивали. И служба началась….

Вогазу отчего-то нравились ночные часы, причем именно с полуночи до предрассветных сумерек. Последнее время парень старался избегать посиделок у вечернего костра из-за скуки: часто повторялись одни и те же легенды, басни и сплетни. Лучше использовать такое время для сна. Напарник по дозору Нияз, родом из Согдианы, вечно хмурый и неразговорчивый, был старше лет на семь-восемь. Охранником в караваны нанимался давно, но в отряде ни с кем близко не сходился. Службу нес честно, но, в остальном, всегда был как бы «в стороне». Он отлично владел длинным бичом, что среди вояк считалось серьёзным мастерством, а потому вызывало заслуженное уважение.

Вогаз тихо двигался по своей половине маршрута обхода, назначенного тыловой группе, и регулярно замирал на месте, чтобы лучше вслушаться в звуки ночи. Вокруг явно начались перемены – чуть усилился ветер, исчезло спокойствие, появилась легкая напряженность, как будто все вокруг стало более плотным как вода. Вогаз внимательно осматривался и даже принюхивался по всем направлениям. Предощущение начало подавать намеки начала чего-то необычного. Звёзды ночного неба, рассыпанные над головой привычными с детства замысловатыми скоплениями, стали быстрее мерцать. Хотя скорость бега знакомых созвездий и путеводных звезд не изменилась, небо стало как бы живым. Ощущения стражника расширились и сами по себе стали приходить на ум слова молитв. Поблагодарив небеса за ниспосланное и попросив дэвов пустыни предупредить об опасности, Вогаз, продолжал нести службу. И тут он неожиданно для себя вошёл в состояние внутреннего безмолвия.

Удавалось это довольно редко, но было настолько приятным, что ничто из пережитого небольшого опыта парня, не могло с ним сравниться. Более того, Вогаз при малейшей удаче осознанно исследовал это состояние. Получалось далеко не всегда, но возникающее переживание полноты себя самого и явная взаимосвязь со всем окружающим миром, были так глубоки, ясны и радостны, что, похоже, поставили перед его жизнью, какую-то сказочную цель. Её наличие уже не удивляло Вогаза, но методов и средств её достижения у него пока не было.

Поэтому… будем учиться везде и всегда, наблюдать, обдумывать и аккуратно расспрашивать мудрых и опытных людей. Может, повезёт понять? На текущий момент Вогаз чётко для себя усвоил – мир бесконечно велик и необычайно разнообразен, опасен и милостив, хотя и редко... В мире главенствует сложная иерархия: Отец-Небо и Мать-Земля, боги, их дети, и многочисленные духи-дэвы. Судьбы людей и целых стран – это хитросплетение их замыслов, чего почти не понять не только простому человеку, но и некоторым известным мудрецам. Жизнь дана каждому по какой-то причине, и это есть великая тайна, которую нужно постараться познать.

Если верить одному старому рассказчику легенд и мифов, встреченному на празднике-ярмарке в далёком персидском городе Балхе, то каждый из нас приходит в эту жизнь много-много раз. И происходит это не случайно, а согласно главному закону – «Что посеешь – то и пожнёшь». Закону простому, «как дверь». Ох, и часто же влетал лбом почти во все двери в недалёком детстве вечно торопящийся Вогаз! Отсюда его личный вывод теперь - делай хорошо, что умеешь, не лезь туда, где не умеешь и не мешай окружающим, дабы потом не обижаться, что они тоже докучают тебе. Просто и хорошо…, и пока помогает в жизни.

А ещё старый сказитель, когда настырный наёмник нетерпеливо ждал возможности перекинуться с ним парой слов вразрез с желанием слушать песни и сказания, столпившихся вокруг старика горожан, внимательно и как-то долго рассматривал молодого лоботряса, не прерывая сказаний. Потом, когда толпа неожиданно унеслась смотреть выступления акробатов, усмехнулся, сверкнул своими яркими голубыми глазами и коротко намекнул:

- Жизнь создавалась в тишине и спокойствии; помни, наша жизнь – всего лишь сон, который видим одинаково почти все мы, люди; попробуй проснуться, ибо ты всегда свободен.

Далее старик-рассказчик общаться категорически отказался и быстро растворился в толпе на площади. После таких слов, а было парню тогда ровно двадцать один год, Вогаз словно ощутил сильнейший, но совершенно без боли, удар дубиной по голове. Он долго не хотел ни пошевелиться, ни заговорить, чувствуя себя «столбом возле юрты». Весь остаток того памятного дня у парня было в голове ощущение серьезно «съехавшей крыши». Потому вечер он провёл не на пирушке напарников, а в уединении, на городской стене, радуясь красоте безмерной дали, ощущению высоты, небесам, ветру, закату, облакам и птицам… и никто ему не помешал.
--------------
дальше будет
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

продолжение 2й главы

Сообщение kalpa » 08 июл 2013, 21:09

1.2 Песчаная буря

Насладившись этим воспоминанием, Вогаз продолжил внимательно осматриваться. На стоянке в лагере вдруг жалобно затявкала собачонка, которую кто-то из путников необдуманно взял с собой в тяжёлое путешествие через пустыню. Усмотрев её в караване, молодой стражник обрадовался – чутьё любой собаки иногда в несколько раз лучше, чем бдительность и опыт людей. Сначала показалось, но через некоторое время он убедился: ветер усилился и со стороны пустыни «потекли» звуки, похожие на низкое посвистывание и легкое шептание. На ум сразу пришло знакомое название явления - «песни дэвов пустыни». Стражник знал о нём давно – ещё в детстве мать объясняла, почему «поют» пески. Они предвещают: через несколько часов может начаться песчаная буря. Сталкивался же он с этим явлением впервые. Было очень интересно – новое опасное приключение.

Начался предутренний Час Тигра. Отсутствие птиц возле источника накануне получило объяснение – все дикие животные и пташки прячутся, угроза жизни очень велика. Вогаз быстрым шагом вернулся к точке встречи с Ниязом и, увидев его вопросительный взгляд, показал пальцем себе на ухо и в сторону пустыни – «слышишь?» Нияз спокойно кивнул, язык боевых знаков для соблюдения тишины обоим был хорошо знаком. В ответ же старший напарник «показал» Вогазу продолжать наблюдение, а сам пошёл будить десятника. Угроза песчаной бури здесь, в пустыне Такла-Макан, была слишком опасна для жизни.

Вскоре на стоянке зашевелились и люди, и животные. Стражник не волновался и не боялся: слишком опытны были и Самар, и хорошо ему знакомый по многим караванам проводник, и многие путники, не раз ходившие по Пути. Если быстро и старательно подготовится, есть шанс выжить всем. Возможно…. А нет – значит, судьба.

Продолжая нести службу, Вогаз заметил, что начальник охраны быстро и настойчиво давал указания всем путникам запастись водой, наготовить еды на скорую руку и поесть, тщательно упаковать товары и пожитки, приготовить покрывала, закутать головы себе и животным. Постепенно стоянка заполнилась деловой суетой. Начало светать. Паникующих не было. Пара человек, лишь попытавшись начать вой, тут же "получили" вразумляющие окрики от бдящего порядок грозного начальника охраны. К удивлению Вогаза, Бахар проснулся сам, без пинка десятника, и шустро начал помогать там, где больше всего нужна была его «сила быка». При этом, он как всегда шутил и ехидничал. Как бы ни считали в отряде поведение Бахара вредным или неуместным, Вогаз был убеждён: весёлый нрав – это великий дар богов для любого коллектива. Правда, напарник нередко им злоупотреблял – ну такой уж он уродился, и жизнь не смогла его поменять… пока.

Стражник по-прежнему внимательно следил за своим направлением: вдруг, какие путники (или разбойники) появятся, стараясь успеть укрыться в этом каньоне от надвигающейся бури. Наступил рассвет. Вскоре Вогаза сменили, и он быстро подошёл к своему десятнику. Озабоченный делами, Матай коротко бросил:
- быстро поесть и помочь Бахару укрыть запасы еды; запастись водой, подготовить покрывало накрыться, беречь оружие, место покажет позже.

Дальше была рабочая кутерьма…. Солнце так и не взошло, небо осталось серым. Ветер усилился и сильно засвистел - как живой. Люди устали, но особо не волновались. Многие молились. Хозяин каравана у центрального большого костра начал свой персидский ритуал молитвы. Уши Вогаза с интересом улавливали слова Великой Авесты. У персов сильная вера – может именно эта молитва и склонит чашу весов судьбы всего каравана на удачу и жизнь…. По совету матери Вогаз с детства уважал любые верования. Мама говаривала: все люди у богов под присмотром, и любая молитва, если она от сердца, будет всегда услышана. А жизнь добавила наблюдение: у сильной веры – сильная удача и стройный порядок.

Буря должна была придти с юго-запада, поэтому все укрылись под южной стеной каньона. Многие впрок пили сами и поили животных. Вогаз и Бахар тоже упились водой «по воротник» и наполнили под завязку свои мехи, закутали головы широкими поясными платками, тщательно переобулись. Вскоре десятник показал им место недалеко от западного выхода из каньона в пределах стоянки. Ветер продолжал усиливаться, в воздухе ощутимо носилась мелкая пыль. Было пасмурно, солнце так и не появилось, а небо начало стремительно темнеть. Но напарники вскоре удачно нашли небольшую расщелину в стене каньона, где можно было пересидеть, не отходя от каравана. Матай кивком одобрил их находку. Он всегда должен был знать, где и как разместились его подчиненные. Стоянку вместе с проводником обходил неугомонный Самар, давая последние наставления и проверяя готовность караванщиков к буре. Ветер стал свистеть непрерывно, наращивая силу. Висящая в воздухе пыль напоминала туман….

Вдруг ветер стих…. Весь мир напрягся, как огромный тигр перед стремительным прыжком. Вогаз переглянулся с Бахаром. Оба были сильно удивлены. Это их первый караван в Поднебесную и первая песчаная буря здесь. Выживут ли они? Подмигнув напарнику, Вогаз начал молиться про себя. Гнетущая тишина сделала слышными удары взволнованного сердца. С южного склона скатилась вниз последняя пара сторожей, показывая всем жестами: сейчас начнется. По стоянке прокатился громоподобный рев Самара: «Прячьтесь!» С юга донесся нарастающий грохот. С гребня каньона по всему небу с оглушительным ревом поднялась и упала вниз на стоянку и озеро громадная тёмная и «живая» стена из песка и камней….

Дэвы пустыни пришли! Вогаз вжался в расщелину лицом вниз, присев на корточках, чтобы воздуха хватило подольше. На спину начали наваливаться, казалось, одна за другой груды песка. Как будто громадный великан сыпал и сыпал сверху из бездонной корзины, стремясь раздавить человека-муравья…. Тело действовало само, не давая «живому потоку», вытолкнуть себя из расщелины на дно каньона, где ждала смерть. Ужас охватывал со всех сторон. Время остановилось, а вскоре и вовсе исчезло….

Сознание вернулось с помощью ударов сердца, всё тело было набито тупой болью и усталостью. Но Вогаз с нарастающей радостью осознавал – он жив. С трудом шевелясь и безмерно удивляясь чуду спасения, он выкарабкался из почти полностью засыпанной песком расщелины. Голова гудела, но становилась всё более ясной. Рядом, как подземный дэв, выбрался с круглыми от удивления и радости глазами и гулким кашлем Бахар. Сфокусировав взгляд на Вогазе, он осклабился и хлопнул своей ручищей напарника по плечу, да так, что у того, казалось, сердце замерло вновь: «Не раздавили дэвы пустыни, так этот бык, на радостях, прихлопнул…». Но в голове неожиданно прояснилось. А вокруг уже разливался радостный хохот и вой Бахара. Уши сразу заложило.

Вогаз с трудом встал в полный рост и осмотрелся. Каньон был на треть завален песком и камнями. Ветер стих, но продолжал переливчато свистеть, пыль ещё носилась одинокими вихрями. Но буря закончилась…. Вдруг смех напарника оборвался – никого живого видно не было. Озерцо в центре каньона исчезло под толстым слоем песка. В уши ударила странная тишина и ужас – выжили только двое, а вокруг пустыня. Нет ни старших, ни проводника, никого? Время снова остановилось…. Снова гулкие удары сердца. Двое парней растерянно оглядывались….

Чудо! В некоторых местах южного склона зашевелился песок, сначала воронками, потом, вспучиваясь кочками, показались головы путников. Одной из голов оказался Самар. Его выпученные от натуги глаза пылали гневом. Обоих парней он заметил сразу и продолжал, выкарабкиваясь из песка, бешено осматриваться. Ребята расстроились. Таким своего начальника они видели лишь пару раз. «Ещё один недовольный подземный дэв. Сейчас устроит выволочку». Не успел начальник до конца отряхнуться, как по всему южному склону каньону зашевелились бугорки песка – стали появляться головы людей и животных. По кивку Самара ребята бросились помогать всем подряд. Началась адская работа.

Как оказалось позже, выжили почти все – и люди, и животные. Кроме пяти овец. Как выразился Матай, «они не умели бороться за жизнь»…. А маленькую собачку хозяева спасли просто - накрыли большим казаном. Самар с проводником сразу организовали раскопку источника. Если не найти воду….

Погода улучшилась, к вечеру небо очистилось от облаков, солнце за весь день так не появилось. За пределами каньона вновь установилась тишина. Показались первые звёзды. Люди работали, не переставая, разбившись на смены и цепочки. К середине ночи яма на месте бывшего озерца стала глубиной в два человеческих роста, а воды всё не было. Лишь под утро раздались крики о том, что достигли влажного песка. Самар не останавливал работы - запасённой воды должно было хватить ещё на пару суток. Люди выбивались из сил, но не роптали….

Края раскопки ровняли и укрепляли камнями. В полдень раздался радостный крик из ямы, который подхватили все: «Вода!». Но проводник, а за ним и Самар запретили набирать воду и пить: слишком она была грязной, можно было заболеть. Источник должен «пробудиться» сам, ему лишь надо было помочь «вздохнуть»…. К вечеру жизнь каравана наладилась. Посты сторожей заменили на вечернюю смену. Многие в лагере веселились, послышались даже песни. Уставший и преисполненный тихой радостью Вогаз рухнул отсыпаться, снова подмигнув Бахару. Изголодавшийся за день Бахар ответил улыбкой и кивком. Он предвкушал ужин…. Напарник, кстати, будучи очень опасным и храбрым бойцом, на удивление умело и вкусно готовил, его часто и с удивлением хвалили. Гордость у парня тогда широко расправляла крылья.

Ночная стража прошла спокойно и под утро, сменившись, Вогаз ухитрился ещё и неплохо выспаться. Самар устроил к обеду совет с проводником, хозяином и тремя десятками пожилых караванщиков, которые ходили не раз по Пути. Было принято решение – дождаться утра и в путь. Источник ожил, но воду ещё надо было отстаивать раза три-четыре. Теперь это было не приветливое озерцо, а глубокая яма, наполовину заполненная водой. Хотя впереди и был длинный переход, оставаться и попасть под новую бурю в этот сезон было бы необдуманно – таково было решение старших. Через две недели караван должен был выйти к большому оазису Дунхуан в юго-восточном конце пустыни Такла-Макан. Позади были два месяца пути.

Но через день после выхода из каньона Вогаза уже ждало новое испытание – проверка совести.
-------------
дальше будет
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

продолжение 1й главы

Сообщение kalpa » 10 июл 2013, 16:34

1.3 Нужны ли подарки дэвов пустыни?

К полудню на переходе собачка, жалобно скуля и «зовя» своего хозяина, кинулась в северном направлении. Охранники напряглись. Самар, взяв с собой десятку стражников, двинулся по следу собаки. Вскоре они исчезли за барханами. Через полчаса вернулись. В трёх сотнях шагов собака обнаружила встречный караван, попавший в бурю. Им не хватило дня до спасительного каньона с источником…. Самар, с разрешения хозяина каравана, мобилизовал половину всех мужчин и половину охраны на поиск возможно ещё живых людей. Руководил розыском Матай, взяв с собой в первую очередь Вогаза и Бахара.

Разбив людей на группы, десятник показал направление поиска, и работа началась. Бегавшая туда-сюда собака негромко поскуливала, но ничего более "не показывала". Все рассчитывали на её чутье. Но… явного чуда спасения хоть одной жизни не предвиделось. Стало грустно…. Не сразу Вогаз заметил, что многие члены отряда особо не торопятся искать и, найдя какой-нибудь тюк с товаром или припасами, предпочитают тщательно его выпотрошить – искали хоть что-то ценное. Ощутив в себе нарастающее недовольство, парень замер на месте и просто оглядывался вокруг. Поиск ещё возможно живых людей прекратился окончательно. Взгляд почему-то остановился на собаке – она просто прилегла, высунув язык, тяжело дышала и преданно смотрела на своего хозяина, который, как и все вокруг, ковырялся в найденном тюке. Вогаз всё понял….

Подбежал к десятнику с нетерпеливым вопросом: «Разве можно вот так, не закончив поиски людей, таких же, как и мы, грабить погибший караван, товары же кому-то принадлежат?» Матай помолчал, понимающе посмотрел ему в глаза и неожиданно коротко и поучающее объяснил:
- Теперь это уже не «чьи-то» товары. Песчаная буря убила караван по причине, известной только небесам, ведь им не хватило дня пути до каньона с озером. А караванов без опытных людей и проводников не бывает. Ты согласен?

Вогаз растерянно кивнул. Десятник продолжил:
- Дэвы пустыни превратили «чьи-то» товары и вещи в клады для каждого, кто будет их искать. А пустыня, считай, «проглотила» их владельцев. Если бы выжил, хотя бы один человек из погибшего каравана, всё найденное принадлежало бы ему. Более того, мы бы спасли его, взяв с собой, и охраняли бы его вещи как положено. Клады же – подарки дэвов. И каждый с детства мечтает найти хоть раз в жизни клад…. Да не будь с нами этой собачонки, мы бы прошли мимо места их гибели и не узнали бы. Здесь уже через неделю будет цепь новых барханов. Такова пустыня и такова судьба этого каравана, на то была воля небес…. А теперь иди и сам поищи, может и тебе лично небеса что-нибудь приготовили. Но недолго, скоро мы уходим….

Вогаз сразу поверил Матаю, знал его уже четвёртый год и считал десятника для себя образцовым командиром. В жизни воина - это как второй отец. Поэтому оборвал сомнения и, не торопясь, побрел без цели и ковыряя клинком то там, то здесь каждый подозрительный бугорок. В груди засело: «Может, всё-таки, найдем живым хоть кого-нибудь?» Не сразу, с пятой-шестой попытки, но ему удалось найти и раскопать небольшой тюк и часть человеческого тела, скорее всего, владельца товара. Раскапывать голову парень не решился, чтобы не смотреть в лицо погибшему, да и холод неподвижного запястья говорил, что человек уже закончил свой путь….

В тюке оказались шесть рулонов красивейшей тонкой материи различных цветов с рисунками. Похоже, это был достаточно богатый «клад»…. Далее руки сами прокопали песок до груди покойного и под плотным халатом на левом боку отыскали большой сверток на ремешке через плечо (так почти все мужчины носили деньги и ценности). Внутри оказались в отдельных мешочках четыре перстня с небольшими красивыми камнями, длинная стопка китайских монет-пластин, стянутых шнурком через отверстие. В последнем мешочке нашлись две крупные горсти нарубленных из толстой проволоки брусков серебра, служившего основной разменной монетой на всём Великом Пути. Вогаз охнул - он стал богачом! Так быстро…. Но, ощущение в груди, что происходит что-то нехорошее, не исчезало…. Радости не было. Вогаз представил себе, сколько караванов погибло за многие столетия существования Великого Пути и обмер… Да…, пустыня оставляет последнее слово за собой…, прав Матай.

Память, ко всему, почему-то быстро подсказала эпизод, как подростком ему пришлось пережить осаду родного городка бандой кочевников-отщепенцев с севера.


Воспоминание 1 – Первая Битва

Уйгурский Род Горной Змеи, обосновавшийся в живописной долине на северной стороне Великого Тэнгритау, Тянь-Шаня, доблестно защитил «родное гнездо». На второй день разбойники, став малочисленной шайкой, еле уносили ноги, когда защитники предприняли первую и единственную вылазку с боем. К тому моменту осады искусные стрелки со стен своей маленькой, но надёжной крепости перебили и покалечили стрелами и камнями больше половины налётчиков.

Вогаз, как и все его сверстники, умевшие стрелять из лука и метать камни пращей, с небывалым рвением и храбростью, принимали участие в обороне. Было и страшно, и интересно, и очень хотелось помочь родным в битве. На его счету было четверо подстреленных бандитов - он тоже «защищал свой Род»! Потом, конечно, в разговорах хвалящихся подростков, их стало десятеро, затем – дюжина, ну и… - даже два десятка. Заканчивалось это хохотом старших, а иногда и подзатыльником, чтоб не завирался.

Запомнился на всю жизнь каждый момент его первого боя. Старшие одергивали нетерпеливых воинственных юнцов, в пылу сражения слишком высовывающихся, ведь это уже не игра детей. Двое одногодков тогда погибли, схлопотав по стреле из-за неосторожности. Старший брат Байсар, был всё время рядом и, уловив момент, грубо дернул за ворот и твердо наказал: «Попусту не вылезай, только холодная голова помогает выжить в бою…».

Когда разбойников перебили окончательно, Вогаз помогал убирать и хоронить тела убитых. Всё оружие, снаряжение и утварь налётчиков складывались по кучам возле ворот крепости. Старейшины потом разрешили взять Вогазу найденное им отличное седло для боевого коня. Вечером после разгрома бандитов был роскошный праздничный пир, на котором все подростки, бывшие на стенах по ходу осады, прошли обряд посвящения во взрослые и стали считаться мужчинами – воинами, которые защищают Род. Каждому вручили новый нож «пчак» - большой, как у взрослого мужчины. На тот момент ему исполнилось четырнадцать. Теперь он уже имел право самому отвечать за себя и носить оружие.

Теперь два-три раза в неделю и без каких-либо исключений, старшие воины Рода попеременно занимались с молодыми защитниками: бег с препятствиями, прыжки, кувырки, стрельба из лука, метание копья-дротика, топора, кинжала и пращей камней, борьба и кулачный бой, поединки на учебных мечах, дубинках, шестах, больших копьях, поднятие тяжестей. В северной части городка было выделено специальное учебное место. Сюда с детства всегда тянуло посмотреть на занятия старших, и вот наконец-то, пришло ЕГО время обучения сражаться по-настоящему! Раньше с мальчишками занимались только близкие родственники. Байсар и многочисленные дяди почти регулярно «натаскивали» Вогаза. Часто давали задачи самостоятельно изучать ту или иную разновидность мастерства. И внимательно наблюдали – какие склонности имеет подросток. У Вогаза, например, хорошо шла стрельба из лука, а вот копье ему было «немного не то…», пришлось долго доучиваться.

На первой же большой ярмарке в Урумчи в оружейной лавке парень выменял добытое седло на свой нынешний железный клинок. Выбрать неприхотливое внешне, но надёжное лезвие с необычными разводами на поверхности помог троюродный дядя по матери Багатай, родовой кузнец и знаток искусства клинка. Долго он таскал по ярмарке нетерпеливого парня, одёргивая от попыток схватиться за что-то красивое. Зато, наконец найденный в куче всяких заготовок и честно обменённый на седло внешне неприметный клинок, точнее, его основа, был отлично сбалансирован, выкован с пониманием дела, хоть и чуть тяжеловат. Но Вогаз ещё вырастет! Дядя тогда сказал, что такие клинки очень редки. Ему встречались, но сам он бы такой выковать не смог, хотя обязательно сделает к нему рукоять и справит ножны.

Секреты же такой оружейной ковки известны, по словам Багатая, очень и очень немногим мастерам, лучшие из них - далеко на юге за хребтами Тэнгритау и пустыней Такла-Макан, за великим снежным Тибетом, в древней сказочной Индии-Бхарате. И ещё он сказал, что клинок меняет судьбу человека и что опасно, когда вещи делают своих хозяев рабами. «Мы рождаемся в этом мире без вещей. Голому младенцу нужно только молоко матери, её любовь и защита отца. Поначалу наш мир очень прост…» А дальше были только мечты и грёзы Вогаза, прижимающего к своей груди завёрнутое в свёрток «сокровище» - его настоящий личный меч.

На обратном пути, кстати, парню довелось услышать обидные слова старшего брата, который, оказывается, рассчитывал, что младший догадается обменять свою добычу на полезную для семейного хозяйства утварь и порадует родню. Раздумывая над этим, Вогаз ощутил, что с братом, имеющем двух жен, семерых детей и размеренную жизнь, ему, скорее всего, не по пути в жизни…. К тому же он младший, рос без отца, землей и хозяйством не связан, поэтому, и скорее всего, будет искать себе новую жизнь. А Байсар, которому тогда исполнилось двадцать восемь, «твёрдо стоял на земле» после рано умершего отца, любил хозяйство, семью и не понимал тягу странствий и приключений…. Через три года Вогаз ушёл на запад с первым караваном.

----------------

Только сейчас он глубоко прочувствовал, что судьба, даровавшая уже не первую победу его соплеменникам в родной долине над налётчиками, сделала всего лишь уступку Роду Горной Змеи перед неизбежностью. Каждое племя людей, как этот погибший в бурю караван, может бесследно исчезнуть. Недаром во многих легендах рассказывается о живших ранее различных народах, которые или погибли от нашествий завистливых соседей, или от мора, или от ненастий. На их место приходят другие… и тоже со временем исчезают, по тем или другим причинам. И тоже бесследно….

Почему так «на весах» у богов? Что люди того или иного племени делают не так? Смерть всегда заберёт и хороших, и плохих. И здоровых, и хилых. И доблестных, и недостойных. И любящих, и ненавидящих. Но всех. Рано или поздно. И как бы люди не объединялись в племена и союзы, чтобы выжить от внешних врагов или бурь, смерть забирает и их – союзы распадаются от предательств, племена растекаются по свету, теряя связи с «родными корнями», мор не щадит никого.

А горы, как его родной Тэнгритау, стоят и дальше, степи всё также беспредельны под небом. Пески в пустынях, пересыпаясь под ветром, медленно двигаются барханами, хороня следы от вымерших городов, брошенных оазисов, несчастливых караванов, неудачливых путников. Или что-то внутри Вогаза неправильно видит в жизни или не так понимает?

Услышав призыв Матая, молодой стражник быстро свернул новый тюк с рулонами, отряхнул его. Спрятал сверток с деньгами и серебром тоже слева под курткой и стал возвращаться вместе со всеми. Почти сразу ему под ноги попался кусок дерева, едва видный из песка. Любопытство осилило. Вогаз быстро очистил на длину руки деревянный отрезок. Дёрнув из всех сил пару раз, парень удивленно вытащил из песка неплохое копьё в полтора своего роста.

Отряхнул, примерил, взвесил, попытался согнуть. Превосходное! Нетяжелое, древко из ясеня, с длинным, чистым и остро заточенным лезвием. Не взять такое - не укладывалось в голове. Но на этом «кладе» – ВСЁ! Вон и Бахар возвращается с большим тюком и довольными «лисьими» глазами. Ух… у всей группы такие глаза. Неприятное ощущение нарастало в груди. Все помалкивали и торопились вернуться. Некоторые оглядывались назад, как будто предпочли бы ещё денёк порыться в песках.

Вогаз догнал десятника и на его вопросительный взгляд тихо поблагодарил. Матай опытным взглядом оценил найденное копье и одобрительно кивнул. Парень попытался предложить находку командиру в подарок, но тот наотрез отказался, не объясняя причины. Не выдержав долгого молчания, Вогаз спросил десятника, можно ли помянуть как-то погибших. «Обязательно, в святилище оазиса Дунхуан, обещаю» - командир, как всегда, был краток. Парню сразу стало легко в груди….

По возвращении группы и короткого доклада десятника Самару, караван продолжил свой путь. Начальник охраны ничего не сказал подопечным, торопливо распихивающим найденное добро в свои повозки, только коротко рыкнул: «По местам!» Снова начался размеренный ритм движения по Великому Пути…. Окунувшись в привычную атмосферу повседневных обязанностей стражника, Вогаз постепенно приводил в порядок мечущиеся мысли и переживания последних событий. По привычке внимательно следил за своим сектором наблюдения и окружающим пейзажем. Каких-либо знаков, намёков, предчувствий не было. Размышления привычно перемешивались с различными воспоминаниями. В который раз такая смесь не давала стройной картины жизни и понимания её причин. Неуёмное любопытство, тем не менее, без устали ворошило кучу событий, сложенную опытом, в поисках понятных ответов на вопросы.

Парень лишь недавно решил, что надо научиться ставить для себя «правильные вопросы». Но сначала непонятно первоочерёдное – кто внутри него будет их ставить, а потом искать ответы? Самонаблюдение говорило, что Вогаз – один. Есть уже. Но внутри, как правило, бывает «много вогазов». И все разные. Сердце тихонько подсказывало искать главного. Но «тот» ухитрялся спрятаться под личинами, «имеющихся на данный момент». А «имеющиеся вогазы» торопились захватить контроль за поведением и линией размышлений. Чаще всего «их» было двое: первый, действующий по течению жизни, и его, как бы вредный, ехидный и всем недовольный, всегда сомневающийся брат-близнец. Изредка эти двое даже менялись местами: Вогаз внешне становился вредным, мнительным и всем недовольным. Потом становилось стыдно….

В последнее время Вогаз таки «поймал» в себе третьего себя, который старался быть незаметным, в споры первых двух не встревал, но старался, как бы их примирить. Почему-то главным считать его повода не было: третий как бы всегда был в стороне. Точки зрения первых двух «спорщиков» были в основном противоположны. Поначалу казалось, что надо дать этим ипостасям имена, но всё нутро Вогаза вскоре воспротивилось такому подходу. Всё же все они были им и никем другим. И пришлось смириться, констатируя наличие безымянных себя…. Целостность не получалась. Без неё было, как-то тоскливо жить. Как отсутствие целой части узора в красиво вышитом ковре.

Наблюдаемая сложность жизни пока делала задачу примирить первого и второго, а также активизировать третьего, немыслимо сложной и нерешённой. Всё это было похоже на болезнь, виденную Вогазом у некоторых людей. Они говорили сами с собой, не переставая, иногда совершенно не обращая внимания на окружающее. Многие их жалели и терпели как слабых детей. Парня это пугало, такого отношения к себе он бы не вытерпел. Поэтому продолжал искать ответы…. Очень хотелось «выздороветь» и понять причину такой сложности самого себя.

Положительным в этом всём было то, что иногда, в результате споров «разных Вогазов», формировалась необычная «новая истина». Она позволяла смотреть на всё как-то по-новому, глубже и рождало иное понимание жизни. Более того, появлялась дополнительная уверенность, что на это всё была могущественная скрытая причина, и Вогаза ждут новые открытия и в себе, и вне себя. Поэтому он продолжал интересоваться переменами в себе, сопоставляя их приход в повседневность со складывающимися обстоятельствами и окружающими людьми.

Один из эпизодов детства почему-то не вписывался в общую канву воспоминаний прожитой жизни, так как пережитое тогда мальчишкой, наверное, всегда будет украшать его текущие дни.
---------------
дальше будет
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

окончание 1й главы

Сообщение kalpa » 13 июл 2013, 12:11

Вспоминание 2 - Горное озеро на родине

Когда парню исполнилось семь лет, старший брат взял его с собой на первую совместную охоту в горы. Впервые Вогазу был выдан настоящий(!) нож-пчак. Его торжественно подпоясал у домашнего очага специально приглашенный дядя-кузнец Багатай в присутствии всей семьи. Он уже не дитя – подросток! Если поход будет удачным – получит первое прозвище к своему имени! Если нет – вернёт пчак дяде ожидать следующей попытки, оставаясь мальчишкой, а не подростком.

Тщательные сборы радовали мальчишку каждым мгновением. Он идёт на свою первую охоту! На три дня! Сразу после выхода из дома Байсар чётким наставительным тоном начал обучение, скорее напоминание. Многое Вогаз уже слышал не раз:

- постоянно следить за оружием и снаряжением, чтобы ничего не потерять; вести себя очень тихо и внимательно, чтобы не обидеть горных дэвов и не пугать лесных жителей; распознавать их следы; читать «знаки».
- помнить направление и учиться ориентироваться; выбирать правильно лучшую тропу; тщательно следить за своими шагами, чтобы не покалечиться; как находить воду; чем можно и чем нельзя питаться в лесу и в горах;
- какая дичь может встретиться и какие у неё повадки; как на неё охотиться; какие способы охоты есть вообще; как распределить силы в походе; как выбирать стоянку для ночёвки; какие припасы берут с собой и как их лучше хранить;
- как общаться жестами для соблюдения тишины; как выхватывать лук и быстро накладывать стрелу; как подкрадываться к дичи, как правильно прицеливаться и стрелять;
- как пользоваться копьём, рогатиной, пчаком, пращёй, острогой, силками, ловушками;
- как прятаться и сидеть в засаде; как обороняться от волков, медведя, диких кабанов, рыси, горного барса.

Байсар терпеливо, обстоятельно и с понимающей улыбкой (сам таким был!) отвечал на сыпавшиеся водопадом вопросы младшего брата, не забывая по ходу беседы внимательно осматриваться и показывая Вогазу всё, что мальчишка видел впервые. Перевозбуждение распирало, любопытство тянулось во все стороны и цепляло бессистемно всё, что попадало на глаза, на слух, на запах, под ногами. Удивительно, как хватало терпения Байсара перенести буйство проснувшегося духа взросления младшего брата.

Это было настоящей сказкой! Стараясь сразу применять полученные наставления, Вогаз, казалось, «плыл» во всем окружающем как рыба, выпущенная на волю из садка. А хотелось большего! Взлететь как птенец, впервые вылетающий из гнезда. Всё тело было лёгким, внутри всё пело радостную песню. При этом было спокойно и ничто не мешало мальчишке быть внимательным и собранным: на охоте каждое мгновение драгоценно. Все его детские игры и домашние дела остались далеко позади и в прошлом….

Только одна мысль не давала покоя, нагоняла мрачность и не разделяла радости происходящего – Вогаз совершенно не был готов убивать любое живое существо. Одного раза увидеть, как закалывают овцу, услышать её жалобное блеянье, предсмертный смиренный взгляд и неподвижное тело с его последующим потрошением, хватило надолго. Все попытки родни приобщить Вогаза к элементарному делу их повседневного уклада – приготовлению мяса сразу вызывали у ребенка рвоту, плач и угрюмость. Хотя мясо потом ел! И с большим удовольствием. А вот убивать – никак…. Даже разделать речную рыбу мальчишке было жалко. Чтобы взрослые не злились, не уговаривали и не ехидничали, Вогаз соглашался делать любую другую работу. И вот пришло время его первой охоты…. Первого испытания его духа на готовность к взрослой жизни. Должно получиться….

А вокруг продолжались красоты родной горной долины. Неумолимо приближалась стена могучего и таинственного леса. Вдалеке распластались и вправо, и влево плечи-хребты Великого Тэнгритау. Сюда, к опушке и дальше в лес категорически запрещалось ходить всем детям без сопровождения взрослых. Звуки и запахи вокруг стали более чёткими. Все чувства мальчишки напряглись до предела.

Байсар остановился у одинокого, средних размеров камня возле тропинки. Не торопясь, достал из заплечной котомки небольшую лепёшку. Разломил на три равные части. Одну положил на поверхность валуна, другую вручил младшему брату, а третью поднял в обеих ладонях перед грудью. Встал прямо лицом к лесу, выждал некоторое время, торжественно водя взглядом по могучим деревьям, и громко произнес: «Приветствую, Дэвы леса и гор великого Тэнгритау! Я, Байсар, Красный Горный Баран, сын Октая, сына Бахара из Рода Горной Змеи, привел к Вам на "первую охоту" мужчины своего младшего брата, Вогаза, сына Октая, сына Бахара! Прошу Вас об удаче и защите».

Сказанные слова громким гулом отдавались в голове младшего. Всё естество Вогаза прониклось торжеством момента. Вокруг всё остановилось... Расплывалось эхо произнесенных слов – дэвы услышали, значит, боги всматриваются сейчас в них. Бешено стучало сердце. Через несколько мгновений, показавшихся мальчишке вечностью, Байсар медленно показал место у тропы возле камня для отдыха. Нужно было в молчании передохнуть, очиститься от ненужных мыслей, настроиться на охоту и… перекусить.

Внимательно оглядываясь и вслушиваясь по сторонам, старший брат через какое-то время быстро показал рукой Вогазу маленькую точку далеко впереди вверху – медленно кружащегося в небесной выси над горами орла. Вот это да! Лучшего знака к началу его первой охоты не стоило и ждать. Байсар, как-то удивленно и даже завистливо посмотрел на младшего, немного подумал, улыбнулся и молча кивнул головой Вогазу. «Вперёд!» Братья вытащили луки, наложили стрелы и, став охотниками, вошли в лес….

Дальше была другая сказка - сказка молодого охотника. Дичь, конечно же, не встретилась: почти сразу после входа в лес раздался крик недовольной сойки и старший брат расстроено остановился. Такой «знак» означал, что пока удачи охотникам не будет, а будут мелкие неприятности. Идём дальше…. В общем, при всём старании Вогаза нарабатывать новые для него навыки, из-за торопливости и неуёмного любопытства происходила с ним грустная череда несуразностей. То мальчишка наступит на сухую ветку, засмотревшись на муравейник, которая своим треском оглушила, казалось, весь лес; то зацепится одеждой за колючий куст; то, поторопившись, споткнётся о корень дерева. Байсар терпел это «представление» долго, только посмеивался. В довершении такого «молодого охотничьего бардака» Вогаз необдуманно понюхал понравившийся необычный цветок, и после паузы, наполненной удушьем и невообразимым удивлением, оглушительно чихнул….

Да…. Казалось, лопнули глаза и штаны! Застыл и как-то испуганно-удивлённо сжался впереди на тропе старший брат. Возмущённые лесные птицы обиженно загалдели. Дунул порыв недовольного ветерка. Даже солнце, ярко светившее весь день, грустно прикрылось небольшим облачком…. Безмерно удивлённый повернулся к брату Байсар. Распрямился во весь свой рост молодого богатыря. Упёр в бока тяжелые кулаки…. И в этот момент в непомерно раскрытый рот Вогаза влетела тяжелая муха….

Мальчишка закашлялся, выплюнул вредную мошку, сел на землю, из его глаз потекли обидные слезы. Застывший перед ним старший брат так ничего и не смог произнести. Он просто развел руки в стороны, глубоко вздохнул и… расхохотался. Даже упал на спину от порывов безудержного смеха со слезами и визжаньем, катаясь по земле как довольная жизнью собака. Таким его Вогаз ещё ни разу не видел! Уже настроившись на тяжёлую «взбучку», мальчишка удивленно смотрел на перемену в Байсаре.

Постепенно стало легко, грусть и обида на самого себя быстро исчезли. Им на смену пришла спокойная радость, которая заставила Вогаза расслабиться и улыбнуться. В голове засела мысль – «Ну такой я…» Ещё долго старший брат катался по земле захлебываясь хохотом. Наконец сел, успокоился и долго смотрел на младшего. После долгого молчания сокрушенно, но с улыбкой произнес: «На такой охоте я ещё ни разу не был! Посмотрим, что будет дальше… на твоей «первой охоте»! Соберись! Главное правило охотника – «слушать и чувствовать лес». А ты этого не делаешь. Идём дальше, надо не задерживаться здесь».

Приближался неумолимый вечер. Шли быстро, так как Байсар поторапливал. Вскоре братья вышли тропинкой на красивую поляну рядом с высокой скалой. След от костра показывал, что этим местом часто пользуются люди. В десяти шагах протекал маленький ручей. Место было идеальным для ночлега. Вогаз, осматриваясь, обежал стоянку, засыпая старшего брата вопросами. Тот отвечал коротко, не отвлекаясь от обустройства ночлега. Быстро был собран хворост и зажжён небольшой костерок. Начался неторопливый разбор «учебы» Вогаза. Ему сразу стало стыдно и грустно. Он так ждал этой первой охоты и наделал столько ошибок, едва они вошли в лес….

Выводы Байсара удивили. Он оказался очень наблюдательным и терпеливым, ведя по лесу младшего брата, замечал много мелочей, которые пропустил невнимательный Вогаз. Вывод был прост – учиться. Снова и снова, не торопясь. Все мужчины с каждой охотой накапливают крупицы опыта. Возможно, что в первый раз плохо получается у всех. Байсар не стесняясь, начал рассказывать небольшие истории о себе. Получалось очень смешно, хотя всегда поучительно. Под беседу перекусили. Быстро наступила ночь. Ярко засветили звезды. Старший брат коротко напомнил младшему, как по ним ориентироваться. Первым улёгся Вогаз, Байсар обещал разбудить после полуночи.

Ночь прошла спокойно. Хотя Вогаз и вздрагивал, а иногда и вскакивал, от каждого ночного звука – дэвы никогда не спят и любят побаловаться в темноте, повода будить старшего брата так и не возникло. Парень добросовестно учился нести свою первую ночную стражу. Настроение было спокойным – надо учиться и учиться. Мысли, мечты и грезы мальчишки заполнили время «первой службы». Лишь когда звёзды потускнели и небо посветлело, Вогаз решился разбудить Байсара.

Тот проснулся быстро, осмотревшись и потянувшись, резво вскочил. Похвалил младшего за хорошую стражу, предложил поспать до утра, идти дальше было желательно, когда настанет полное утро. В предрассветных сумерках также можно покалечиться в горах, как и в темноте. Когда полностью рассвело, братья продолжили путь. Вогаз чувствовал себя отдохнувшим и собранным. Через некоторое время удивленный Байсар даже похвалил брата за правильное поведение. Перемена в младшем была налицо….

К полудню горная тропа вывела братьев к необычному чуду…. Большое живописное горное озеро, окаймлённое красивейшим лесом и необычными скалами! С чистейшей ярко синей водой! Вогаз мимо воли превратился в стоячее бревно. Говорили, что здесь красиво, но такое…. Мысли и слова исчезли, парня захлестнула громадная волна потрясения. Он просто стал длинным и тихим возгласом «О-о-о», шедшим из его груди. Вся округа представлялась ожившей сказкой. Захотелось остаться здесь навсегда. Ноги подкашивались, голова кружилась, пришлось сесть на землю. Пришло "большое умиротворение здесь и сейчас". И к тому же подлетела большая бабочка посидеть недолго на плече Вогаза - наверное, погреться в лучах красивого солнца. Пришлось "обратиться в камень", чтобы не спугнуть. Байсар никуда не торопил и умилённо улыбался, давая возможность мальчишке насладиться свиданием с Чудом.

Изображение

Казалось, прошла вечность, когда Вогаз смог пошевелиться и встать. Замирая от благоговейной радости, он медленно подошёл к берегу озера и прикоснулся указательным пальцем к воде. Настоящая и холодная... Всё это настоящее! Вот это да…! И почему такая красота есть!? Это вопрос засел в груди мальчишки навсегда. Красота и радость как подарок небес! Каждая клеточка тела пела торжественную песню и светилась. Мальчишка почувствовал своеобразное Единение с озером, лесом, горами! С каждым камнем, деревом, облаком, каждой травинкой и ветерком! Это переживание длилось долго и… навсегда поселилось в душе. Жизнь такая прекрасная!

Через какое-то время простого сидения в тишине у озера Вогаз что-то "повернуло" его глаза влево и он удивлённо заметил в двух сотнях метров от себя вышедшего к берегу на водопой молодого оленя. Рука мальчишки медленно показала брату на "подарок дэвов" - дичь. Удача!? В ответ тут же на плечо мягко легла ладонь Байсара, давая понять: «Замри, это - наше». Мальчишка снова превратился в камень. Все наставления к охоте вспомнились и помогли сохранить самообладание. А старший брат уже превратился в горного барса. "Первая Охота" собственно вот и началась…. Вогаз собрал всё свое терпение, даже сжал кулаки, чтобы ничем не помешать Байсару, мысленно молясь небесам об удаче. Руки сами поднялись к лицу и ладонями крепко прикрыли рот, чтобы случайный крик или чих не встревожили горного воздуха, ставшего ощутимо плотным вокруг как вода. Время снова замедлилось….

Свист стрелы, негромкий вскрик. Ещё один свист стрелы…. И через некоторое время показался Байсар, несущий на плечах в сторону младшего брата внушительную тушу. Удача! Дальше было рассматривание добычи и рассказ старшего брата об охоте, сбор хвороста, разведение костра, свежевание оленя с пояснениями, жаренье двух больших кусков мяса на костре. Остаток туши, шкура и небольшие рога будут бережно принесены домой в семью и предъявлены родне. У вечернего очага будет для всех близких сказание Байсара о «Первой» и, главное, удачной охоте вместе с младшим братом.

По ходу свежевания туши старший брат достал из своего заплечного узла костяной наконечник остроги с острыми зубьями и предложил Вогазу пройтись и вырезать в кустах для него древко. Рыбная ловля!!! Мальчишку понесло к ближайшим кустам как ураганом. Его догнал хохот Байсара. Руководствуясь указаниями старшего брата, Вогаз с четвёртой попытки таки собрал острогу, выслушал новые наставления и понёсся маленьким вихрем вдоль берега выискивать место для охоты на рыбу. Что рассказывать….

Каждый миг этого события тоже был сказочно чудесным…. И правильное место нашлось, и стайка рыбы попалась. И сноровка, приобретённая в детских играх, не подвела. Тем более что большинство его детских игр всегда сводилось к ловле и охоте. Вогаз почувствовал в себе холодную и деловую настроенность на ловлю. Как будто он мгновенно стал взрослым и уже опытным охотником. Все движения были плавными и точными. Перед собой он видел только темные спинки проплывающих у поверхности рыбин. Гольцы!

Таки удалось подцепить одну рыбу, в полторы ладони величиной! Радостный визг мальчишки оглушил округу…. Байсар довольно улыбаясь, встретил брата, несущегося к костру с добычей в вытянутых руках…. Ничего, что упал на бегу с размаху только два раза. Главное - живой и бесконечно счастливый. Да…, удача пришла к обоим братьям! Вогаз носился вокруг костра и старшего брата, радостно танцуя и визжа, как поросёнок. Вдруг бросив пойманную рыбу брату под ноги, снова унёсся маленьким вихрем искать брошенную где-то на берегу острогу и попытаться поймать хоть ещё одну рыбу…. Байсар продолжал посмеиваться, покачивая головой.

И снова чудо! Удалось заострожить в другом месте ещё одну рыбу, причём почти в локоть длиной! Правда, при этой мальчишка оступился с прибрежного камня и… промок в холоднючей воде до пояса. Но добычу не упустил! И радость удачи, и ужас, что мог утонуть, переполняли Вогаза одновременно. Бегом к костру радовать старшего брата новой добычей и огорчать необходимостью качественно высушить одежду, чтобы не простудиться!

Дабы не вгонять Байсара в грусть мальчишка, сцепив зубы, сразу твёрдо решился и… впервые в жизни сам почистил и выпотрошил обе рыбины. Сдерживая тошноту, тщательно довёл нелюбимое дело до конца. Брат наблюдал и не вмешивался, по окончании возни младшего - одобрительно кивнул. Только теперь, помогая старшему брату возле костра, Вогаз ощутил в себе новое переживание – он перестал быть маленьким. Он всё-таки стал молодым охотником! И пусть ему ещё долго будет тяжело охотиться на большую дичь самому. Сегодня он поймал не одну, а целых две рыбины, причём сам. А потому может стать добытчиком и кормильцем семьи, как и все взрослые.

В широкой, но неглубокой речке, протекающей рядом с родовым стойбищем, мальчишкам ловить рыбу таким образом удавалось, но больше предпочитали делать запруды или ставить верши. Наверное, покойный отец был бы доволен своим младшим сыном. Когда Вогазу было меньше трёх лет, зимой вернулся из леса с дровами сильно простудившийся Октай. После долгой горячки его не стало…. Просто его путь закончился…. Мальчишка пожелал покойному отцу хорошего отдыха в запредельной стране и чаще радоваться за близких, которые здесь.

Вечер у костра на берегу озера был чудным, красота леса, гор и воды вокруг, удачная охота! А что ещё нужно для полнейшего счастья? Немного - большущий кусок жареного мяса, половинка запеченной на углях собственноручно пойманной рыбины и вкуснейшая мамина лепешка. Байсар под конец ужина развеселился не меньше брата, улыбаясь и посмеиваясь от души. Боги, дэвы и предки поощрили "первую охоту" мальчишки большой добычей!

Ничто и никто не помешали действу, значит младший "признан достойным" Небом и богами, а дэвами "награжден" добычей. Более чем! На ходу сочиняя, Байсар создавал «черновик сказания» об этом путешествии Вогаза. В начале и потом, в некоторых местах, мальчишка «краснел до ушей», но, в итоге, не обиделся и тоже довольно улыбался. Совершенно не важно, что оленя добыл старший брат. Уж больно великовата дичь для младшего! Главное на "Первой Охоте" в другом. Молодой олень появился в присутствии именно Вогаза, Байсар – только "сильная рука и меткий глаз" младшего. Страшие на "первых охотах" и должны себя так вести. Значит, что с Вогазом Удача! Ведь с дэвами не торгуются. Всё "по чесному" перед лицом Неба. И он справился! А ведь по рассказам старших, именно так на "первой охоте" удача сопутствует единицам. Да и то, "везения" может хватить только на куропатку, а если добыть горного суслика, что было лёгким, – будет такой хохот страших, наверное, всего стойбища…, припоминать будут до конца жизни!

Ночь выдалась такой же прекрасной, как и ушедший день. Всё вокруг горного озера жило невидимой глазу жизнью. Раздавался целый хор скрипов, шорохов, лёгких свистов, шелестенья. Братья долго не могли уснуть, завороженные таинственными звуками "ночного танца" дэвов. От воды тянуло необычным ощущением сырости.

Задолго до рассвета Байсар разбудил мальчишку и улёгся у тлеющего костра досыпать сам до полного утра. Несколько часов, проведённых Вогазом на берегу спящего озера, дополнили сказочные ощущения предыдущих двух дней новыми впечатлениями: клубы тумана от берегов медленно двигались к центру водоёма, собирались там большим клубком, медленно крутились и поднимались вверх. Как будто появлялся из озера громадный сказочный дракон…. Только он "не проявлялся полностью" в этом мире. Расскажешь кому – не поверят!

Утром, как только солнце осветило всю котловину, где приютилось озеро-сказка, братья разделись и, зайдя в воду по пояс, окунулись с головой. Это было…! Не передать. Поплескаться в озере не получилось – уж больно вода была холодная. После быстрого сбора и благодарственного моленья братья скорым шагом двинулись домой. У первого же дерева Вогаз на нижней ветке повязал небольшой лоскуток от рубахи как знак своей благодарности этому чудесному месту. Достойно принявшего и так порадовавшего удачей и красотой мальчишку! Байсар оглянулся, кивком одобрил и пошёл быстрым шагом вниз по тропе. Волокуша с остатком добычи, казалось, не имела веса для могучего охотника.

Но через десяток шагов резко остановился и замер. Вогаз немедленно остановился тоже и попытался превратиться в камень, подражая брату. Тот медленно поднял руку и показал младшему на широкую каменную глыбу. Там лежала большая горная змея, явно собравшись погреться на солнышке! Прародительница и Защитница! Она внимательно осмотрела братьев чуть приподнятой головой. У Вогаза зазвенело в ушах от напряженного мгновения тишины…. Старший брат легким кивком требовательно показал немедленно продолжить путь. Что-либо объяснять младшему он наотрез отказался, хотя и посмотрел на Вогаза как-то благосклонно и с гордостью.

Спускаться с гор – не подниматься. Внимательно глядя под ноги и не высматривая добычу вокруг, братья очень быстро двигались вниз. Так никого и не встретив, к вечеру они, оба счастливые и довольные, были встречены семьей дома. Так в жизни Вогаза появилось первое большое Чудо. Чудо красоты!

Обо всех обстоятельствах «Первой Охоты» с младшим братом Байсар с подробностями рассказал семье и родственникам во время праздничного ужина. Приглашённая шаманка их Рода внимательно слушала сказание, почти не притронувшись к угощению, и пристально поглядывала на Вогаза. Тот трепетно смотрел на неё во все глаза – хватит ли его удачливости и силы духа получить Первое взрослое Имя?

Когда старший брат закончил рассказ и подытожил его своим мнением, что младший достоин присвоения нового имени, встала шаманка. Подозвала к себе мальчишку, поставила его возле костра, положила ему на голову ладонь, посмотрела в огонь и громко и нараспев произнесла: «Отныне зовите Вогаза, сына Октая, сына Бахара, - "Зеленой Ящерицей" и да будет вам и с его помощью процветание»! После чего развернулась и ушла в ночь. Родные подошли и поздравили парня. Мать не сдерживала слез от счастья.

Слова шаманки никто и никогда не смел оспаривать, даже вождь и старейшины. Хотя и некоторые её слова вызывали недовольство, удивление или недоумение. Но жизнь в родной долине показывала, что шаманка всегда была права и заботилась только о процветании всего Рода Горной Змеи. Прозвище не могло быть обидным или неточным – шаманка просто видела в вглубь души каждого и не могла ошибиться. А на свете не бывает чего-то плохого или ненужного. На всё есть причина! Даже маленькая травинка имеет судьбу, не менее важную, чем Великий Тэнгритау по небесами.
Ощущать себя подростком, а не малышом парню было в новинку. Несколько дней он специально бегал разыскивать ящериц, чтобы понаблюдать за ними и попытаться приобрести их навыки. Мать коротко разъяснила: ящерицы очень любопытны, наблюдательны, удачливы в охоте, прожорливы, яростные бойцы, живучи и открыты. А также – беспечны, доверчивы, торопливы, слишком увлекаются, иногда упускают главное.

Вогаз быстро смирился, что он, скорее всего, такой и есть. Только захватила его мечта - быстрее вырасти, чтобы получить «второе» главное Имя. Но, это возможно было только после выдающегося поступка или чудесного стечения обстоятельств. И решали это боги и дэвы с предками. Взрослое Имя в Роду нужно было серьёзно заслужить.

Что и говорить, мальчишка «канючил» теперь снова взять его на охоту к озеру или просто в лес чуть ли не каждый день. По возможности Байсар старался регулярно брать младшего брата с собой на любую вылазку в лес для продолжения учебы. Иногда его брали с собой многочисленные дяди или другие родственники. А Вогаз теперь всегда высматривал тонкости красоты любого места, куда бы не заносила судьба, и тихо радовался…. И учился! А через много лет, уходя с первым караваном из племени, Вогаз имел последнюю беседу с шаманкой, из которой узнал, что его судьба была ведома ей ещё в ту памятную «Первую Охоту». И ей грустно, что из семьи и Рода уходит хороший охотник и будущий воин, но парень сделал перед лицом Великого Неба свой выбор самостоятельно.

------------
пока такая 1я глава, дальше будет
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

следующая глава

Сообщение kalpa » 14 июл 2013, 10:16

Глава 2. В большом оазисе

2.1 Большой перекрёсток на Пути

В голове каравана раздались радостные крики – показался оазис Дунхуан. Правда, высокие барханы скрывали постройки и стоянки караванов до последнего песчаного «хребта» - уж больно высоки здесь были «пустынные холмы». Это был очень большой оазис со знаменитым озером в виде полумесяца. Жило здесь сразу более десятка общин торговцев и ремесленников из разных племен. Хозяевами были, конечно, тохары, уже много веков проживающие в этих местах. Их страна раньше простиралась от гор Памира до равнин Поднебесной. Пришли они сюда очень давно, с севера – пустыни раньше не было. Разливалось здесь огромное море. Со временем солнце выжгло страну. Осталось немного солоноватых озёр, река Тарим и много мелких речушек, пересыхающих летом. Почти всей этой страной постепенно завладевают пески – появилась великая пустыня Такла-Макан, похоронившая уже некоторые города и возделанные поля. С севера продолжали накатывать орды кочевников - пограбить богатых тохаров. С юга врывались для грабежа безжалостные кяны-тибетцы: у них в стране на высокогорье всегда было очень скудно жить.

из книги Л. Гумилёва "История народа хунну":

Изображение

Потому держава богатых и умелых тохаров не выстояла. Китай, где их называли «юэжчами», мясоедами, обещал помогать, но не смог – орды кочевников донимали его не меньше. И если усуни-скотоводы соседствовали и уживались с тохарами долгие века мирно, как и пришедшие недавно, несколько поколений с севера предки уйгур, то остальные кочевники-«сородичи», регулярно совершающие набеги, мира придерживались очень и очень редко. Усуни, не дождавшись помощи от тохарских князей, обиделись и всем племенем перекочевали на запад через Джунгарию за хребты Тэнгритау (Тянь-Шань) в Семиречье (Восточный Казахстан и Киргизия), будучи "выдавлены" из Хэси восточнохуннской ордой. Там, в широких степях, уже мало оставалось племён саков – многие скифы ушли на запад.

Малочисленные пока уйгуры только начинали осваиваться, перенимая умение здесь жить осёдло. Китайцы называли их «слабосильными ди» - один Род насчитывал нескольких сотен людей всего и не представлял для Поднебесной, да и всех остальных на земле, хоть какой-либо угрозы. Все кочевники в Гоби с незапамятных времён составляли большую систему Родов, китайцы их называли "Домами", которые были связаны между собой семейными узами. Порядки и традиции старого родового уклада поначалу бережно соблюдались почти всеми в степи. Но жизнь вносила свои, подчас необратимые, грустные перемены.

За три с лишним сотни лет до рождения Вогаза настала в Гоби величайшая засуха. Она длилась почти два поколения. Великая благодатная зелёная равнина была выжжена на многие десятилетия. Появились пустыни - Алашань и Такла-Макан. Случился "джут", громадный падеж скота у кочевых племён, почти исчезла дичь. Начался страшный голод, болезни и мор. Участились столкновения между семьями за источники воды и пастбища. Ожесточились свары за территорию кочёвок. Большинство старейшин смогли уговориться о встрече и Великом Совете кочевых племён Западного Гоби. Рядом со священным водопадом на реке Орхон в Хангайских горах, в месте, указанном шаманами, состоялся Большой Хурал, великое собрание, с одним вопросом: как выжить.

Долго совещались вожди и старейшины. Вспоминали легенды, мифы, делились опытом Родов и сведениями о жизни в разных концах земли. Сложно было, слишком много быстрых желаний громко кричало у нестойких... и между Родами произошёл великий раскол. Большая их часть, около восьмидесяти "Домов", решила пойти на юго-запад, чтобы присоединиться к дальним родичам, народу хунну. Однако то племя уже давно жило ордой, порядком для постоянной войны, и считалось предавшим традиции и правила старого уклада: нельзя всё время жить набегами на соседей, разорять их жилища, собирать с них дань, угонять людей в плен, лицемерно использовать мир.

Меньшая часть Родов, около тридцати, по Небесному Знаку перекочевала на юго-запад в предгорья Тенгритау (Тянь-Шаня), а десять из них даже пошли ещё дальше на юг, попросившись в мирное соседство к тохарам, давним жителям Таримского края и Джунгарии. Возле водопада на реке Орхон, предками уйгур была дана клятва: соблюдать традиции старого родового уклада и не поддерживать никаких отношений со сторонниками орды. А когда племя после раскола восстановит свою силу, то по воле Великого Неба вернуться в Хангайские горы и воссоздать "свою страну". Потомки должны были передать следующим поколениям эту мечту.
-----------

Вогаз понимал необходимость орды как временной формы уклада для жизни кочевников. Этот порядок использовался всеми Родами и племенами испокон веков на случай, когда надо было срочно покинуть привычный для проживания край. Ожидающиеся, например, землетрясения, очень холодные зимы, засухи или мор, нашествие агрессивного народа, не пожелавшего жить мирно с соседями, не оставляли кочевникам выбора. Стойбища сворачивались в походный порядок. Соседние Роды, а иногда и целые племена, присоединялись и превращались в единый кочевой "организм" – орду, передвижную и всегда готовую к бою.

Старейшины втолковывали молодым эту, очень серьезную, традицию их уклада как самую эффективную при массовом переселении. Приводили примеры – так делали все народы: нынешние саха, будущие якуты, в несколько этапов ушедшие из Гоби на север к великому пресному морю Бай-куль (Байкал), как и многие те, кто ушли до них туда же намного раньше, эвенки и юкагиры. В далёкую старину ордой пришли с запада предки динлинов к Алатау. Так всегда умели двигаться и жить племена саков в Хорезме, которые сейчас уходят на запад. А недавно, пара столетий назад, так сделали усуни, ушедшие из Хэси в предгорьях Наньшаня, и осевшие за Джунгарией и Тенгритау в Семиречье. Даже предки китайцев якобы в очень-очень давние времена таким порядком пришли на равнины Голубой (р. Янцзы) и Жёлтой реки (р. Хуанхэ) и создали великую и могучую "Поднебесную" страну.

Но мудрые наставники всегда строго уточняли – нельзя всё время жить ордой, как делают уже много поколений наши родичи-хунну, искушая судьбу своего племени. Орда – это сила, великая сила людей на земле, объединенных мечтой выжить. И Великое Небо обязательно пошлёт испытание такой силе, даже несколько. Каждому племени, каждому народу "Небесным Законом" на земле отведён срок в двадцать одно поколение или три раза по семь: рассвет, полдень и закат. И причин много: чтобы найти и понять себя, выжить, собрать и утвердить свою мудрость, добиться процветания и красоты уклада, превратить в традицию всё самое лучшее из своих привычек и устоев – создать полный миф под Небесами, предание о себе для потомков… и стать новым народом.

Особенно сложно восемнадцатому поколению – обязательно встанет вопрос-испытание и первый итог - каков Путь конкретного племени? Если жизнь и устремления народа "правильны" и "уместны" перед лицом Великого Неба и богами, то такое племя получает в дар новый срок жизни – ещё семь "тёмных" поколений, своеобразный скрытый период: как куколка для гусеницы или "ночь" племени. И тогда оно сможет скопить внутренние силы, незаметно для соседей и врагов, чтобы вновь "проснуться" на земле. Обновленным, могучим и красивым. Как новая бабочка…

По мнению большинства знакомых Вогазу старейшин, китайцы смогли… и сделали это уже много раз. Их легендарные первые властители вместе с соратниками и потомками создали первый удачный уклад Поднебесной страны, и теперь они просто живут "красивыми" эпохами, почти органично наследующими друг другу. Такими уважаемые многими соседними народами периоды как эпоха первых трёх властителей и пяти императоров, времена династий Ся, Шань-Инь, Чжоу. Недавно Великая Цинь, а теперь – Великая Хань.

Как получилось такое? Просто. Китайцы очень умны, трудолюбивы и, главное, терпеливы – они понимают требования Великого Неба, "правильно" перерождаются всей страной, сохраняя великую жизненную силу. И первый признак этого - как велико их число! И как сложны, дальновидны, удачны и мудры их традиции и порядки. Даже если какая другая Сила вдруг покорит Поднебесную, они примут и терпеливо преобразуют завоевателей под себя. Да так, что те и не догадаются о "поглощении" через пару поколений. И страна вновь останется "Поднебесной". Как тростник, который никогда весь не ломается на ветру…, как зелёная трава в степи выдерживает животных, людей и возрождается снова и снова…

По преданиям, известным Вогазу с детства, когда приходит весть и появляются знаки для Рода уходить, стойбища быстро сворачивают в походный порядок, оповещаются родичи и соседи. Проводится ритуал выбора большим советом всех старейшин и "Осенения Великим Небом" нового вождя. Теперь нужен не лучший охотник, добытчик и рачитель за процветание, а безжалостный воин и дальновидный стратег. Подходящие кандидатуры всегда имелись на примете у старших.

Но…, на правильный выбор достойного лидера должны указать "знаки Неба", ибо не видать удачи орде, вышедшей на Путь по прихоти самих только людей. Новому владыке вручается всеми старейшинами на всеобщем совете, Великом Хурале, вся полнота власти над народом или даже союзом племён. Он приносит после ритуала избрания клятву перед лицом Великого Неба и людьми добиться выживания народа.

Пришедшие же в орду склоняются перед ним в знак готовности идти за ним, подчиняться ему и быть готовыми отдать жизнь за владыку-воина. Несогласные должны немедленно уйти, им даётся на это ночь. Ибо утром следующего дня порядок уклада становиться другим: полное единоначалие нового вождя, непослушание и неподчинение теперь быстро и жестоко наказываются – противящихся воле владыки быть не должно. Если переселение займёт время в несколько поколений, новый вождь имеет право передать власть наследнику, которого выберет сам. И так далее… Старейшины теперь могут только советовать властителю. Все решения он принимает как владыка орды лично, ибо он "осенён Великим Небом". Воины орды разделяются на "крылья", тумены и курени. Мужчины теперь редко ночуют в своих семьях.

Орда двигается постоянно, не останавливаясь где-либо надолго – ресурсы для такого порядка нужны очень большие, ведь природа не прокормит большое количество людей и скота в одном месте. И ещё – лучше не попадаться ей на дороге... Всем встреченным на пути Родам или Племенам предлагается три возможности: безоговорочно пропустить, хотя и возможны конфликты; присоединиться, принеся клятву верности властелину орды; или же… все встречные будут "растоптаны". На размышления давались сутки. Высланный вперёд авангард с послом от вождя предупреждал об этом, по возможности, заранее.

Когда прибывали на новое место, у властелина было "право небес" один год не распускать орду для предотвращения нападений новых соседей, так как это самый оптимальный порядок жизни племени в постоянной готовности к войне и ведению боевых действий. Если всё происходило мирно и благополучно, народы быстро возвращались к старому родовому укладу: один Род – не меньше трёхсот пятидесяти или около этого близких друг другу людей. Орда распадалась на стойбища, власть возвращалась советам старейшим, которые избирали новых вождей теперь уже новых отдельных Родов. Слагалась очередная легенда о переселении – часть мифа о выжившем народе. Но…

Восточные хунну как-то захотели вернуться на свою прародину, откуда вышли в незапамятные времена. Их "прародина" - большое горное плато Ордос, омываемое с трёх сторон великой Жёлтой рекой. Они удачно пришли, вытеснили оттуда остатки тохаров и других "юэжчи" на запад и занялись регулярными набегами на богатые царства Поднебесной, переживавшую сложную эпоху усобиц после династии Чжоу. Могучая сила большой орды пьянила победами хуннских вождей много поколений, переполняла их величием, о возвращении к старому укладу у них не было и речи. Что и стало началом их конца. Именно так видна история этого племени сейчас всем остальным кочевникам Гоби. Великий урок современности для поколения Вогаза и потомков.

Наибольшего могущества орда хуннов добилась при шаньюе Модэ. Этот легендарный властелин для начала покорил динлинов Алатау и Саян, чтобы обеспечить себе регулярные поставки железа для войны. Потом победил усуней. По ходу военных кампаний в Западном крае заставил предков уйгур и других "ди" попрятаться в горах и ущельях Тэнгритау и Алатау. Затем разгромил союз восточных родственных племён дуньху, предков сяньбийцев и маньчжур, чтобы не иметь конкурентов в Гоби. Сильно "прижал" тохарских владык городов-оазисов Таримского края, обложив их данью. И припеваючи от самодовольства жил постоянными грабежами Поднебесной и присылаемыми богатейшими "подарками" от нескольких первых владык династии Великая Хань. Последних он даже заставил считать себя своим "побратимом"! И что? На "вечные времена"? Его "благополучия и процветания" хватило только на три поколения своих потомков…

из книги Л. Гумилёва "История народа хунну":

Изображение

Поднебесная собрала могучие силы под руководством нынешнего императора Хань У-ди, у которого личное имя Лю-Чэ, привлекла множество союзников, преисполненных жаждой мести, таких как сяньби, и в несколько победоносных военных кампаний в Гоби раздавила хуннскую орду. Посылаемые в погоню отряды из Китая на много переходов в Большой Степи не встречали хоть какой-либо осколок былой военной силы этого племени.

А ведь хунну тоже имели великую и красивую мечту – вернуться на прародину, в "колыбель" своего народа. Правильно ли они распорядились полученным от Великого Неба могуществом? Уже многие годы старики всех соседствующих племён по этому поводу продолжают спорить "до хрипоты". Большинство из них твёрдо опиралось на одну из главных легенд: среди кочевых и полукочевых Родов Западного Гоби издавна, от Начала Времён, жила "Вечная девушка" или Маат (Ma:at, Mahat) "Охранительница Порядка", земное воплощение любимой Дочери Умай, Великой Матери - Женского Начала Природы, или, как говорили китайские мудрецы, "Дочь Великой Небесной Инь". Она, Дочь, якобы, здесь на земле "не вся", а Её "столько", сколько "надо" для помощи и защиты тем, кто придерживается согласия с миром и "правильно" живет по заветам древних.

О Ней предпочитали не говорить открыто, считая Её главным "сокровищем" и лучшим "защитным оберегом" истинных кочевников, да и редко упоминали в разговорах. К Ней нельзя было обратиться напрямую с вопросами или просьбами, Её нельзя было как-либо найти, даже случайно. Девушка быстро приходила сама, если возникала необычная надобность. Чаще предпочитала "являться" во снах. Шаманы и мудрые старейшины слушались Её во всём безоговорочно. Жила Она в недоступных местах попеременно, под охраной отряда избранных воинов.

Один раз в шестьдесят лет "Вечная" выбирала себе на замену подходящую девочку. Это означало смену поколений и начало нового цикла для всех - два раза по тридцать лет или пара возрастов "отец и сын": в тридцать лет каждый мужчина полноценно представляет свой Род. Первые семь лет "истинные" сначала их видели вместе, как бы вдвоём…, а ещё через семь лет младшая "являлась" или приходила с большой "старшей тенью". И, наконец, по прошествии ещё семи лет, якобы "младшая впускала в себя старшую окончательно", начиная светиться "вдвойне". Её настоящее Имя знал только старейший в Роду, и считалось, что пока Она живет среди истинных кочевников – значит, у них есть "Главный Защитник" перед лицом Великого Неба и богами.

К хунну, привыкшим жить ордой, "Вечная девушка" приходила дважды, чтобы напомнить их старейшинам - нельзя так долго наслаждаться войной, насилием и грабежами. Люди этого племени, как и все примкнувшие к их орде, необратимо меняются в худшую сторону человеческой натуры…, зависть, лицемерие, злобность и мстительность и лень становятся главными чертами любителей "долго пожить ордой". Но Её, "Посланницу", не послушались. Пропасть в отношениях между двумя укладами кочевой жизни в Гоби становилась всё глубже…

И ещё старики называли "ордынских" очень точно – "Дети Страха": предки сторонников "долгой" орды не выдержали испытания невзгодами и стали цепляться за этот военный порядок как за последнюю соломинку…, но стали другими. К таким не может вернуться полный мир и великое сострадание Умай, Великой матери. А чтобы прикрыть своё лицемерие, неизбежное порождение страха за жизнь, "ордынские" хитро сложили новые легенды – о великих героях-победителях, которые легко растаптывают своих врагов. И так делают многие племена, не только хунну…

Вогаз много размышлял над всем этим, продолжая набираться знаний. Какова правота жизни и мечта для конкретного племени, для конкретного Рода? Какова будет их судьба? Ведь и у предков уйгур, последователей "старого уклада", над которым посмеивались в орде хунну и называли "дикими", в Хангайских горах на реке Орхон тоже родилась Великая Мечта…
-----------

А вот большая часть тохаров, подчиняясь своей мечте, как узнал Вогаз, давно ушла на запад, через Памир в Хорезм и Бактрию попытать счастье «под рукой» персов. Остались лишь те, кто имел семьи с соседними племенами. Они даже говорили на неродных языках. Китайцы же старались расширить своё присутствие и влияние здесь – торговля на всём Великом Пути почти не останавливалась.

взято из Вики:

Изображение

Омерзительной приметой перемен в жизни кочевых народов Великой Степи стало большое количество банд, грабивших караваны, небольшие поселения и уединенные стойбища. Отщепенцы, изгнанные из различных Родов, где не было рабства и смертной казни за тяжёлые проступки, вместе с разновсякими "вольными богатырями", которые категорически не принимали жестокую дисциплину и беспрекословное послушание властителю орды, шаньюю, творили разбой, насилие и мечтали основать свою собственную орду. Они носились по всей Великой равнине, терроризируя простых людей.

Тохары по давней договоренности с усунями, динлинами и другими порядочными кочевниками создавали сводные отряды охотников за разбойниками. Выловленных бандитов немедленно казнили. Хунну же из восточной орды, предпочитали брать этих "нелюдей" в плен и выгодно продавать в рабство в Поднебесную, где таких кастрировали и отправляли на самые тяжелые работы. Противостояние продолжалось испокон веков, затуманивая причины стычек, нападений, усобиц и войн в Гоби и не видно этому было никакого предела. Вогаз полностью соглашался с тем, что умение защищаться и воевать было обязательным правилом для любого народа, даже очень миролюбивого.
-------------

Оазис Дунхуан был очень людным, почти большой город. В этом месте начиналась развилка дорог Великого Торгового Пути. Северная называлась «летней», когда не так жарко, и шла через оазис Хами в Турфан, далее - или на северо-запад в Урумчи, потом в Семиречье, через земли усуней, мимо озера Иссык-Куль в Хорезм, или прямо из Турфана на запад в Кашгар к Памиру, потом в Хорезм и Персию или же на юг в Индию через Кашмир. Южная дорога называлась «зимней» - не так холодно в зимнее время. Она тянулась вдоль хребта Куньлунь на запад, огибая пустыню Такла-Макан с юга, и через Хотан и Яркенд тоже выходила в Кашгар. Через высокие горы Куньлуня также были редкие и сложные караванные пути в зловещий Тибет и дальше на юг - в сказочную богатую Индию.

Самар в первый день стоянки никого из молодых охранников не пустил на громадный рынок. Пошли опытные люди. Разведать, что и как. Собрать новости, слухи и… сплетни. Молодым наказали нести стражу особо внимательно. Якобы здесь всегда бывали неоднократные случаи неурядиц между общинами, а также воровство и грабежи. Причем вспышка насилия может случиться в любое время, несмотря на строгие вековые традиции совместного пребывания в оазисах. А тохары уже не могли здесь поддерживать строгий порядок: их община становилась всё меньше.

Равновесие всё ещё поддерживалось договоренностями, основанными на мудрости веков, между главами всех здешних общин. С каждым годом якобы требовала себе больших привилегий китайская часть жителей оазиса – количество их торговцев росло быстрее всех. Именно сюда медленно тянулась постройка Великой китайской стены по приказу первого объединителя Поднебесной императора Циня Шихуан-ди. Якобы для защиты торговли и караванов на Пути.

взято из Вики:

Изображение

Но, по сплетням, китайцы, которые успели возвести недалеко от оазиса очень сильный форт, защищать тех, кто не их племени, не будут. Примечательно другое – по всему восточному участку Великого Пути, от Дунхуана до самой столицы Поднебесной страны Чаньаня (теперь г. Сиань), растут города, и торговля набирает всё больший вес. Караваны идут почти непрерывным потоком и китайцы тщательнее присматриваются к Турфану, Кашгару, Яркенду, Аксу, Урумчи и другим городам и оазисам тохаров. Особенно к Хотану, где добывали очень ценимый в Поднебесной "молочный" нефрит.

Нынешний император У-ди из династии Хань, очень энергичный и строгий правитель, сильно интересуется Западом, в частности, отличными конями, которых разводят в Ферганской долине. Его военачальники удачно повоевали с восточными хунну, населявшими основную часть равнины Великой Гоби. По-китайски их называли «сюнну». Временно снизилась опасность нападений орд и банд кочевников, и теперь Поднебесная быстро расширяется на северо-запад, уже почти до этого оазиса. Однако император лично занят у себя затяжной войной на северо-востоке со страной Корё (государство Чосон на территории Кореи). Пока…
--------------
дальше будет
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

Re: продолжение 2й главы

Сообщение kalpa » 16 июл 2013, 11:06

2.2 Посещение святилища

Как только Вогаз увидел, что его десятник более-менее освободился от хлопот на новой стоянке, то сразу решил напомнить ему о просьбе, помянуть обрядом погибший караван. Матай об обещании помнил. Он сказал, что Самар уже отправил гонца к главе местной уйгурской общины. Тот решит, когда будет организован обряд в святилище около пещер Могао, в маленьком соседнем оазисе. Вогаз кинулся к повозке с его личными вещами и быстро отложил в отдельный узел десятую часть найденных в пустыне «подарков дэвов». Руки, слушая сердце, сами отделили нужную долю. Каких-либо сомнений, стоит ли делать подношение и сколько, сердце не допускало. На душе было спокойно и приятно. Дальше нужно было только ждать.

Почти сразу подошёл любопытный Бахар, спросил что происходит. Вогаз как умел коротко объяснил: задобрить души погибших караванщиков с помощью обряда в святилище – это нормально и желательно: чтобы потревоживших прах упокоенных в песках не донимали несчастья, болезни, печали и не «отвернулась удача». Боги, дэвы и предки внимательно следят не только за поступками людей, но и за их словами. Особенно за клятвами. Для них якобы видны «как на ладони» даже наши помыслы. Так с детства учили Вогаза, и его сердце всегда было с этим согласно. Бахар кивнул и тоже пошёл к повозке. Через некоторое время он подал Вогазу узел такого же размера и сказал, что это его подношение в святилище.

К закату на стоянке появился пожилой глава местной уйгурской общины. Его встретил лично Самар. После непродолжительной беседы с ним начальник охраны с разрешения перса, владельца каравана, объявил, что после ужина все, кто хочет посетить пещеры Могао, должны быть готовы выйти в дорогу к полуночи. Для встречи с местным шаманом там надо быть до рассвета. Десятник разрешил Вогазу сделать себе замену. Большую часть стражи взял на себя Бахар. И попросил напарника сделать подношение в святилище от него.

Около полуночи Самар подал команду желающим выходить к пещерам. Проводником был сам глава общины, ему подчинялись как Самару. Вогаз подхватил узлы, свой и напарника, и пристроился, по привычке, в конце группы. Матай шёл в середине. Всего было около четырёх десятков людей. Насколько парень услышал, дорогу знают достаточно много людей – те, кто уже несколько раз ходил по Великому Пути и знает окрестности Дунхуана.

Идти под луной по пустыне было спокойно и приятно. Поначалу мыслей не было, а только интересное ощущение «ночного внимания», знакомое по страже. Потом, конечно, полезли раздумья…

Несложные, и даже какие-то простые вопросы: как там живётся умершим в их "запредельной стране"? Правда ли то, о чём говорят шаманы, что "ушедшие" предки очень внимательно следят за всеми размышлениями, словами и поступками своих детей и потомков из следующих поколений? Действительно ли они выступают нашими заступниками перед лицом Великого Неба и сонмом Богов и принимают в свою личную Чашу судьбы всё то, что натворили они сами и их дети? И дети детей? Никто кроме шаманов не мог ответить Вогазу. А ему хотелось узнать самому. Где и как найти такое "откровение"?

Можно, конечно, ради такой цели умереть, но это будет глупо. Ибо впереди те годы, дни или мгновения, которые написаны Великим Небом для каждого здесь. А "туда", за предел, всегда успеешь. Печально, что нельзя пообщаться с ушедшими, спросить их лично – как им там? Что будет дальше? Вогаз тосковал по отцу, иногда очень хотелось просто побеседовать с ним, хотя бы недолго, но… Небесам виднее. Смирение – одна из главных добродетелей в вере уйгуров. Остается только своей повседневной жизнью показывать "ушедшему" Октаю и всем предкам, что не зря они с любовью, теплотой и терпением потратили свои усилия и жизни на воспитание достойных потомков.
_________

Показался неглубокий каньон с длинным оазисом внутри. При свете заходящей луны он казался спящим громадным зверем. Точнее, дэвом, который «улёгся» в складке пустыни. …«Дэв», кстати, не спал, а, скорее, прилёг отдохнуть, внимательно наблюдая за «гостями». Старейшина, не убавляя шага, начал спускаться по широкой тропе. Поворот за поворотом. Тем не менее, дорога легко запоминалась. Вскоре приблизился каменистый склон. Процессия двигалась к его центру.

Изображение

На широкой площадке перед самым склоном старейшина остановился. Кто-то из группы помог зажечь ему толстый факел на длинном древке. Глава уйгурской общины тихо сказал всем сесть полукругом, лицом к склону. Расстояние между сидящими должно быть три-четыре шага. Факел он воткнул в песок и уселся рядом с ним – получилось впереди всей группы.

Светлая полоса неба на востоке обозначила приближающееся утро. Факел постепенно догорал. По-прежнему было тихо, никто не разговаривал и не шевелился. Перед самым восходом солнца впереди из пещеры вышли двое. Первым шёл очень старый шаман из племени тохаров. Вторым – шаман уйгурского племени, не такой старый, скорее, пожилой, почти ровесник старейшины, приведшего группу паломников. Шаман-тохарец, ни слова не говоря, выдернул догорающий факел из песка и передал его шаману-уйгуру. Тот вытащил из заплечного свертка охапку поленьев, присел и разжёг из них небольшой костер. Древко факела он разломил на мелкие куски и добавил в огонь. Поленья, оказалось, были сложены так, что пламени хватило бы почти до полудня. Старый тохарский шаман убедился, что костер разожжён, вернулся ко входу в пещеру и сел на её пороге. Его тело было наполовину скрыто тенью. Видна только правая сторона. По сигналу шамана-уйгура старейшина встал и подошёл к костру. Оба они обменялись ритуальными фразами. Взошло солнце.

По указанию главы уйгурской общины, каждый пришедший вставал и относил свои свёртки-подношения к подножию входа в пещеру, возвращался обратно и садился точно на своё место. Одним из последних двинулся к пещере Вогаз. Старый шаман-тохарец внешне никак не реагировал на приближавшихся и отдалявшихся паломников и оставляемые ими узлы. Глаза его - полуприкрыты и пусты. Но…, если тело старика было неподвижным как виданные не раз Вогазом статуи в Бактрии, то ощущение подсказывало, что старый шаман-тохарец своим телом «превратился» в широкую дверь, наглухо закрывшую вход в пещеру. Вогаз, по крайней мере, ни за чтобы не решился проскользнуть мимо или хотя бы приблизиться к старику. Удивлённый своим ощущениям он торопливо вернулся на свое место. Когда все пришедшие снова расселись и замерли, уйгурский шаман бросил горсть травы в пламя костра – начался обряд…

По окончании действа шаман обошёл вокруг каждого паломника, держа в руках пучок тлеющих прутьев. Возле нескольких он задерживался сделать дополнительные жесты-круги этим пучком вокруг голов. А четверым даже несильно похлопал по плечам и спинам. Вогазу «отдельных жестов» не досталось.

Завершая обряд, шаман засыпал костёр горстями песка. Старейшина встал и дал знать паломникам, что пора возвращаться в Дунхуан. Люди опять собрались в группу для перехода, тихо переговариваясь. Глава общины снова подошёл к уйгурскому шаману для беседы. Старый шаман-тохарец, продолжал неподвижно сидеть у проеме входа в пещеру. В его позе ничего не изменилось.

Внимание Вогаза привлекло чьё-то присутствие. Слева от входа в пещеру, в полуполёте стрелы, среди редких кустов сидел человек. Его прикрывала тень от каменистого склона. У неизвестного была обрита голова, из одежды – длинная мантия цвета шафрана, несколько раз обернутая вокруг тела, правое плечо оголено. Средних лет, худощавый, ниже среднего роста. Похоже, это последователь Будды… Он сидел с закрытыми глазами и выпрямленной спиной на невзрачной циновке из лозы, постеленной прямо на песке. Если взгляд не подводил Вогаза, а раньше у него почти не было поводов для этого – сказывались навыки охотника, то вокруг неподвижного человека виднелся овальный ореол. Как будто тело находилось в серебристом яйцеобразном коконе…, причём, внутри этой "оболочки" ощущалась своеобразная наполненность жизненной силой. И она была более реальна, чем всё вокруг. За пределами ореола! Это поразило Вогаза. Так не бывает! Мираж наоборот, что ли? Обычно, облик любого человека – это понятная Вогазу часть картинки нашего мира. А здесь не так! Пришлось парню даже поморгать, оглянуться вокруг…, но чудесный эффект по ходу созерцания незнакомца не исчезал. Наблюдаемый человек вместе со своим коконом не вписывался в привычный ракурс этого мира. Он был как "нечто большее"! И не "чужое"…

Кто-то из уходящей из святилища группы окликнул Вогаза. Парень поднял руку: "Слышу, уже иду!" Но сам продолжал тщательно всматриваться в неизвестного, запоминая для себя как можно больше деталей. Необычность увиденного может потом оказаться нужным и жизненно необходимым уроком. Чудеса редко повторяются в судьбе человека. Говорят, потому–то они и есть "чудеса"! Якобы таков закон разнообразия в жизни. И лучше не зевать!

Поражало выражение лица – полнейшая безмятежность, какая-то небесная мудрость, смирение и человеческая теплота. При полной неподвижности! Как у статуй, виденных в Бактрии. Эти качества, или такое настроение незнакомца Вогаз с удивлением прочувствовал даже на расстоянии. Человек был здесь и сейчас! Не "ушедший" или "затуманенный", а скорее "Принёсший-Небо-Сюда". Слов и знаний парню для понимания не хватало.

Он старался максимально точно зафиксировать в своем сознании все увиденные и ощущаемые оттенки из картинки, которые ему неожиданно показали Небеса. Важным было, похоже, и ровность спины, и перекрещенные голени со стопами, уложенными поверх бёдер, и руки, собранные в "цветок", когда ладони плоско снизу, а большие пальцы прижаты друг к другу и "смотрят вверх". Всё как у статуй их Учителя!... Вогаза снова окликнули и пришлось, бросив последний взгляд, бегом догонять группу, спешившую в оазис Дунхуан.

По дороге к стоянке пришли новые размышления. Что Вогаз знал о последователях Будды? Их Великий Учитель, живший за четыре сотни лет до рождения Вогаза, был знатного рода индийских правителей-кшатриев. Родители с детства оберегали его от видения несчастий этого мира, сделали ему во дворце "сказку". Но во время прогулок он вдруг увидел сначала больного человека, потом немощного старика, а потом ещё и похороны умершего… И сердце молодого человека затопила большая печаль – жизнь людей оказалась полна страданий. Он оставил семью, богатство, наследие власти отца и пошёл искать Истину и Мудрость. Шесть лет он провел в странствиях. И нашёл её! Как рассказывали, он сумел заглянуть в Суть всего, в Причину Причин и понять. И стал Учителем для всех. И стали его называть Буддой, "Пробудившимся"…

Его учение было простым. Как понял Вогаз из разговоров в Балхе, "мы все рождаемся и умираем много-много раз, снова и снова приходя в этот мир". "Наши жизни есть страдания, потому что мы не видим причин. А причины просты – мы не знаем самих себя. И Путем освобождения от страданий может быть только получение Знания сути самих себя". "К этому Знанию можно придти, только соблюдая чистоту помыслов, слов, взглядов и поступков". Это так называемый у них "Путь Архата"…

Последователи Будды утверждали необходимость полного смирения перед судьбой и соблюдение простых правил: полностью воздерживаться от убийств и насилия, от обмана и воровства, от супружеской неверности и вожделений утех, от порочных наслаждений. Такое поведение поведёт людей к чистоте, всепрощению, миру и великой любви к ближнему. И каждый человек будет рождаться в этом мире столько раз, пока не увидит и не примет эту необходимость для себя. Символами веры у последователей Будды были колесо Закона и каменная ступа – знак Безмятежности.

Якобы таково было Откровение этого Учителя. И Вогазу было как-то очень приятно на сердце за всех людей, что Великое Небо посылает им в помощь и назидание сильных пророков с великими Откровениями. Как Будда и Кришна в Индии, как Заратуштра в Персии. Может, были такие же и в других землях… всего не узнать, наверное. Значит, у людей есть ещё шанс построить жизнь мирной, счастливой, радостной и благополучной!

А каково Вогазу примерить к себе требования последователей Будды, уже не первый раз задавал он себе такой вопрос после знакомства с этим учением в Балхе? Мда…, не получается с самого первого их утверждения - Не убивать… так он уже не может. Охотник с детства и воин, ставший таковым ещё юношей после "первой битвы", один из защитников Рода и своего племени. Врагов не жалеют, с ними отважно сражаются и… Небеса решают, кто выживет в битве или поединке. Охотничья добыча – заслуженный дар от дэвов и доблесть кормильца близких для выживания в родных горах Тэнгритау. Зимы становятся очень суровые, голодные и запасы в Роду делались ровно на все семьи. Никого в Роду не обходили едой, всегда делились. И по-другому быть не могло в большой Семье…

И Вогаз честно признавался себе, что первое дело для него лично – это хорошо поесть, причём с перебором. Конечно, не так, чтобы "лопались глаза", но утроба должна быть набита. Когда еды нет – можно потерпеть. И день, и два, и больше…, но потом – или охота, или честный заработок за любую простую работу. Во всём этом Вогаз считал себя достаточно удачливым. И это здорово настораживало. Как говорили наставники: "Удачи у человека ровно столько, сколько он заслужил под Небесами. И не на волосинку больше… Если больше, то тогда Небу придётся для тебя отнять у другого. Разве так хорошо?" Вогаз всегда и везде считал себя частью Рода и следовал традиции своих предков. Всегда уважал устои и порядки других племён. Но знакомство с Новым Учением как то "расширяло и углубляло" его понимание мира. Не требуя предавать его собственные убеждения и веру. Мир преподносил Вогазу всё новые и новые чудеса жизни. Так что же он ищет в странствиях и так далеко от близких людей? "Счастливую страну" чтобы родное племя не страдало в голодные зимы в суровых горах или же мудрость о том, кто он сам по себе?
----------------
дальше будет
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

продолжение 2й главы

Сообщение kalpa » 18 июл 2013, 20:13

2.3 Явление нового Героя

Вернувшись из святилища на стоянку, Вогаз сразу обратил внимание на взволнованного Бахара. Напарнику так пока и не разрешили походить по оазису и заглянуть на рынок. Раньше это никак «не дёргало» здоровяка, он был послушен старшим. Причина надутости оказалась проста – здесь, почти в центре Дунхуана, обосновался очень богатый торговец оружием из далекой Индии, богатырь неимоверной силы. По слухам, он предлагает любому желающему, кто может внести дорогой залог, состязание по перетягиванию рук на столе. И за пару месяцев ни одного достойного соперника пока не встретил. Собирается на днях возвращаться на родину.

Такая «забава», требовавшая силы без кровопролития, была проста, зрелищна и популярна, по мнению Вогаза, во всех странах и среди всех силачей из разных племён. Неудивительно, что Бахар просто изнывал от невозможности проявить свою удаль в таком людном месте. По меткому выражению Матая, мающийся от печали богатырь здорово походил на «больную курицу, никак не определившуюся, где, наконец, и как много яиц нужно быстро снести». Вогаз с трудом подавил приступ хохота, чтобы не обидеть напарника. Решился и предложил десятнику замолвить всё-таки словечко перед Самаром, чтобы отпустил напарников вдвоём, под его, Вогаза, ответственность, «присмотреть новые стрелы про запас». Шёпотом добавил: «А то он, от печали, всю стоянку тут скоро разнесёт. Потом примется за остальные караваны, а потом и за весь оазис…».

Очень кстати, рядом проходил упомянутый начальник. Опытный Самар как всегда быстро разобрался с треволнениями молодого богатыря: со сплетнями в оазисе он познакомился одним из первых. Поинтересовался у молодых подопечных, «не желают ли они свою дурную удаль направить на перекапывание ближайшего высокого бархана – глядишь, воду найдут…, полезное дело для людей сделают…, а нет воды рядом – тут ещё много барханов в изобилии…».

Выдержав паузу, чтобы парни осмыслили назидание заботливого наставника, Самар с тяжелым вдохом уставшего старика таки разрешил. Времени «на присмотр стрел» дал до захода солнца. Матаю он почему-то подмигнул отдельно и почти незаметно. Тот ушёл по своим делам. Вогаз сразу повёл обрадованного свободой Бахара в центр города-оазиса. При себе он имел, не считая пчака, только клинок, а напарник - как всегда тяжелую самодельную булаву в петле на поясе. По дороге ему не сразу, но удалось «навязать» нетерпеливому молодому богатырю степенную походку «прогуливающихся мужественных воинов, занятых неторопливой беседой». Они давно понимали другу друга: за два года в городской страже Турфана навыки парной работы и взаимовыручки «въелись в тело до костей».

На радостях Бахар угощал и себя, и Вогаза всякой мелкой снедью: то там, то тут. Где – по цыплячьей ножке, где - по лепёшке, где - по пирожку…. Причем во время кушанья свои ладони богатырь держал далеко от могучей груди, широко раскинув локти в стороны. Так лучше видны мышцы рук, плеч, спины и шеи прохожим…. Руки медленно подносили ко рту очередной кусочек снеди и аккуратно отправляли его в рот.

От встречных доносились приятные ушам Бахара возгласы удивления и зависти к такой богатырской стати. Умел «приятно удивить» и просто «пестовал» некоторые жесты молодой напарник. А уж плечи, мышцы рук...! Вогаз, по давней привычке, не составлял ему конкуренции, можно было бы поддержать за компанию - рост и плечи позволяли. Но… проверено: внимание будет только на Бахаре, а вот его напарник – "а был ли такой?". Иногда в страже Турфана это очень выручало. Они уже определили направление – большой синий шатёр. Других таких богатых жилищ в центре оазиса не было.

Правильно! Шатёр не только высокий, но широкий и длинный. В задней части - явно личные покои купца-индуса. Рядом небольшая корчма под открытым навесом на десяток столов. А вот народу – внушительная толпа. Десятков шесть людей из разных племён. Кричат, ругаются, хвалятся, делают ставки. Накал страстей нешуточный. Подошли как бы невзначай, будто мимо проходили. Протолкались внутрь вежливо: интересно обоим парням. Почти в центре, за большим столом сидела видная бородатая «гора» в высоком зеленом тюрбане "пагри", легкой рубашке и необъятных темных шароварах. За широкий пояс-кушак заткнут очень дорогой и крупный кинжал, в основание рукоятки которого вставлен большой граненый рубин.

Купец внушительной внешности, лет пятидесяти. Большие, недовольные, от явной скуки, и неприятные «тяжёлые» глаза. Такие люди беспощадны ко всем, никогда не упускают «свой интерес», злопамятны и мстительны. Судя по громадным рукам и плечам, действительно могучий силач…. Но ленив. Серьезных соперников, по слухам, давно не имел. За его плечами застыли двое слуг. Самодовольные лица, одеты соответственно хозяину, но дешевле и неброско. Оба - при клинках, чуть старше Вогаза, и… похожи на бойцов. С первого взгляда трудно разобраться. Значит, могут быть или опасны, или не совсем…. Судя по разговорам в толпе, купец с юга ставит на проигрыш любому желающему силачу выбор только одного вида оружия из своей коллекции в шатре. Выбор, говорят, неимоверно разнообразный, одни шедевры для брани из далекой Индии-Бхараты.

Дальше Вогаз просто присутствовал при явлении Бахара, «скромно и смущенно» наблюдающего за ярким событием. Напарник не торопился «лезть в поединок». Дал толпе и индусу заметить себя, удивиться, оценить, сравнить и восхититься молодецкой статью. Послышались сначала шепотки, потом и первые призывы парню бросить вызов непобедимому гостю из Индии. Бахар пока же просто смотрел. Очередная жертва, крупный уйгур, тихо и быстро проиграл мешочек серебра, и под смешки из толпы незаметно скрылся с глаз. Индус уставился на Бахара. Тот по-прежнему «смущенно наблюдал». Установилась тишина. Бойцы оценивали друг друга….

«Гора» в тюрбане небрежно и снисходительно поманила пальцем с крупным перстнем новичка к столу. Справа от индуса объявился толмач, скорее всего, хозяин таверны. Сделал церемониальное приглашение уйгурскому богатырю на поединок. Бахар «подумал» и «смущенно» кивнул. Пробираясь к столу споткнулся «случайно» о встретившуюся лавку. Вогаз сзади поддержал напарника под локоть. Раздались смешки. Порядок явления «новичка» был соблюден. Уже далеко не в первый раз. Хотя сердце старшего напарника опять встревожилось за младшего – мать богатыря всё-таки просила приглядывать за ним, а не потворствовать его удали. Но сейчас лучше Бахару не мешать, а помогать и охранять: ещё у входа в заведение они перемигнулись «на удачу», до начала явления «молодого богатыря» из Турфана.

Уйгурский силач неторопливо уселся за стол напротив индуса, медленно снял головной платок и повязал у себя на шее отработанным жестом. Вставший за его спиной Вогаз почти одновременно сделал то же самое. И, если Бахар неотрывно смотрел в глаза купцу, то его напарник холодно уставился на обоих слуг. Медленно осматривал каждого, надолго заглядывая им в самую глубину глаз: «Змея выбирает вкусную еду». Но…, по одной из былей, в Индии водится шустрый зверёк «мангуст», похожий на хорька. Может убить любую змею. Так что всё решит только поединок. Если состоится вдруг…. Мы готовы!

Толмач разъяснил Бахару правила. Молодой уйгур важно кивнул, назвался, медленно вытащил из-за пояса небольшой кожаный мешочек. Высыпал себе на ладонь горсть ярких камней. Убрал их обратно. Мешочек пододвинул толмачу. Индус величественно кивнул, у него даже улыбка на лице не появилась – Бахар немного уступал индусу в ширине плеч, но был выше на пол головы. Соперники выставили на локти впереди себя правые руки. Ладони левых прижали к столешнице. Сцепились правые перекрещенными кулаками. Сильно сжали друг другу ладони…. Толмач накрыл их сверху своими ладошками для подачи сигнала к началу поединка. Три удара сердца. Толмач отскочил.

Могучий рывок! Силачи в напряжении сблизились плечами. Перевеса вначале пока не было ни у одного из соперников. Вогаз стоял внешне расслабленно и продолжал заглядывать в глаза обоих слуг – для него «великого поединка» не существовало. Была только возможность «случайных обстоятельств»! Он, не меняя позы, уже ощущал глубоко всех, кто впереди. Через пару мгновений – кто по бокам, а чуть позже – кто сзади. Слуги удивленно стали посматривать на хозяина, на силача-уйгура и на его напарника. Пару раз переглянулись между собой. Растеряны – это хорошо!

Лица соперников за столом перекошены от запредельного напряжения. Индус с яростным рычанием надавил сильнее и почти на четверть приблизил руку Бахара к заветной поверхности стола. Тот, тоже со звериным рыком, сначала удержал, а потом постепенно вернул позицию начала поединка. Индус, наконец, издал рев бешеного медведя, пытаясь рывками снова и снова задавить – молодой уйгур держал. Слуги за плечами торговца начали топтаться на месте, недоуменно переглядываясь. Видимо, такого исхода поединка они никак не ожидали. По слухам, индус действовал всегда быстро, неумолимо, не раскачиваясь.

Бахар любил по-другому: невзначай оказать серьёзное сопротивление вначале, дать возможную надежду уступкой, не торопясь дождаться первой усталости соперника из-за бесплодных порывов, прочувствовать момент неуверенности и молниеносно «растоптать». И ещё завершить в конце повторным дожимом руки для безоговорочной победы. Судя по напряжённым мышцам шеи, плеч и спины, Бахару было очень тяжело. Может, впервые в жизни, он встретил достойного соперника. И даже очень…. Сколько уже мгновений вот так медленно утекают в вечность, капля за каплей!?

С большим трудом держался и купец-индус. Первое удивление уже сменилось растерянностью и злобой. Он настойчиво продолжал попытки сломить удачливого новичка. Да уж, могуч и настойчив торговец! Только бы его слуги чего-нибудь «не выкинули», Вогаз сделал плавное и заметное движение плечами с полушагом вперед, положил руку на рукоять клинка. Твердым голосом сказал напарнику, не отводя взгляда от слуг индуса, так чтобы молодой богатырь услышал: «Давай, Бахар! Порви его! Ещё немного!»

Это поддержка напарнику, вообще-то, была не нужна. Скорее это для всех, кто был рядом. Вогаз знал, что его присутствие для них стало более внушительным вместе с видом плеч Бахара. Поединок Вогаза не интересовал – чем дальше, тем яростнее будет напарник. Хватит на целый отряд бойцов. А вот «случайное вмешательство» надо предотвратить любой ценой – для того и существует «напарник». Делаем новый взгляд - «Змея напряглась для броска». Слуги заметили и поняли намеки Вогаза, сделали полшага назад и больше «не дёргались». Проигрывает их хозяин… ну что ж, под Великим Небом и такое бывает. Придётся пережить. Пусть раньше такого и не было.

А толпа яростно подбадривала Бахара – конец поединка уже был ясен всем. К тому же, купец-индус немолод! Игроки, вдруг пожелавшие срочно перезаключить сделку и поставить по-новому, уже начинали потасовку. Пока в двух местах. Для большинства зрителей сегодня и здесь было явлено «чудо нового героя» - Бахар из Турфана…. Великий!

Ха-ах-х! Победа молодого уйгура. Толмач хлопнул в ладоши – поединок закончен: гость с юга проиграл. Толпа взывала от радости. Новый герой! Победно ревущий быком-победителем и вскинувший вверх кулаки, Бахар радостно выхватил свой мешочек с камнями у толмача и вскочил на лавку. Потом - на стол. Танец-топтанье, наслаждаясь моментом славы. Уже многие кричали: «Бахар! Бахар!».

А Вогаз шустро придвинулся к столу, показательно обнажил клинок, упер его острием вниз в лавку возле стола. И, не обращая внимания на торжествующего вверху напарника, положил обе ладони сверху на рукоять. Улыбнулся всем, кто был перед ним (индусу, его слугам, толмачу, ещё каким-то троим): «И я тоже здесь…. И, как и вы, - радуюсь…. Да, победил новичок, честно, заслуженно и по-другому быть не может…. Желающих усомниться что-то пока не видно…. Жду…. С нетерпением и вниманием. Готов очень быстро выслушать!». И сделаем обязательно взгляд «глаза змеи, защищающей свое гнездо».

Сомневающихся не нашлось ни одного. Купцу-индусу было тем временем нехорошо. Он продолжал сидеть как огромный растоптанный мешок с шерстью. Тяжело дышал. Выражение лица и глаз было странно задумчиво, левая ладонь медленно массировала перетруженную правую руку. Поражение явно не повлияло на него разрушительно, порождая обиду и возможную потом месть. А вот это интересно! Почему? Ведь Бахар, хоть и молод, но честно «обидел» в таких забавах очень многих соперников. На себе Вогаз испытал удаль силача, будущего героя, в первый же день их знакомства. Четыре года назад. Отказ от поединка, похоже, мог обидеть парнишку. Вогазу проигрывать не обидно… Уже четыре весны…

Вдруг рядом с Вогазом разом возникли начальники: слева Самар при своих двух кривых клинках, справа Матай с длинным прямым. Они тоже «приветливо» улыбались купцу-индусу лично и его слугам, взгляды же были ледяными. На столе быстро успокоился и спрыгнул вбок посерьёзневший Бахар. Он иногда довольно быстро соображал, особенно когда предстоит драка. Медленно вытащил из петли свою булаву, выпрямился и тоже улыбнулся. Пара мгновений и толпа, успокаиваясь, стала освобождать пространство вокруг главного стола. В наступившей тишине раздался чей-то возглас: «Ва-а-а! Это же доблестный Самар…». Тишина ощутимо усилилась.

Видимо торговец из Индии, наконец, стал нормально соображать. Потому что до этого возгласа он непонимающими глазами рассматривал четвёрку уйгуров-воинов перед собой. Его взгляд достаточно быстро стал осмысленным. На ухо ему зашептал толмач, объясняя коротко про Самара и его отряд. Выслушав сообщение, индус медленно выпрямился на скамье, вытянул вперед громадные руки, положив их ладонями на стол. Лицо стало серьёзным, деловым и гордым. Заговорил – громко и торжественно.

Представился торговцем оружием из Индии Дханаджэем Ратаном Сингхом по прозвищу Волосач. Толмач еле успевал переводить:
– Он поздравляет молодого силача-уйгура Бахара из Турфана и его наставников с заслуженной победой и приглашает их к себе в шатер, чтобы честно закончить сделку – дать Бахару выбрать любое оружие, какое возжелает его душа.

Индус медленно встал, совершил церемонный поклон с прижатием обеих рук к груди и приглашающим жестом повел уйгуров за собой в шатер. Матай нежно подхватил вместе с собой за локоть пытавшегося «улизнуть» толмача, давая этим знать, что услуги перевода (и свидетеля) ещё понадобятся. Зрители встали полукругом в двух десятках шагов перед шатром и, тихо переговариваясь, явно собирались ждать результатов сделки.

Процессия степенно перебралась из корчмы в шатёр-жилище индуса. После быстрого поздравления Вогаз спросил Бахара о самочувствии. Тот, ещё тяжело дыша, сказал, что всё нормально, только здорово потянул кисть и локоть. Но смог вырвать победу! И правда, что раньше никогда не встречал подобных соперников. Серьезное признание….

У входа в шатёр торговца ждали ещё четверо слуг. Двое приоткрыли в центре проход, пропуская хозяина с гостями…
-------------
дальше будет
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

Re: На восток и обратно, если повезёт...

Сообщение Евгений » 18 июл 2013, 22:00

Что-то имя у индуса:
Представился торговцем оружием из Индии Дханаджэем Ратаном Сингхом

эпохе не соответствует. И в других местах ощущение анахроничности устойчиво присутствует, уйгуры за сотню лет до н.э. в тех краях... Не знаю, по-моему у вас тут передоз тюрков - в тех краях и после арабского завоевания какое-то время на иранских языках говорили.
Аватара пользователя
Евгений
Геродот
Геродот
 
Сообщения: 1148
Зарегистрирован: 27 май 2006, 10:28
Откуда: Екатеринбург

Re: На восток и обратно, если повезёт...

Сообщение kalpa » 18 июл 2013, 22:17

Ув. Евгений, спасибо! Не знаю. Пока определил "это" как историческое фэнтези. Дальше буду думать. События - ориентировочно 120 г. до н.э.
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

продолжение 2й главы

Сообщение kalpa » 20 июл 2013, 10:01

2.4 Выбор победного приза

Внутри было просторно и прохладно. Один из слуг принёс два раскладных стула: один для хозяина, другой – для старшего уйгура. Матай опять нежно, но не без усилия, вытолкнул на середину толмача, а сам встал за спиной Самара. Бахар с Вогазом остались по сторонам у входа. Субординация и порядок в отряде почти всегда на людях неукоснительно соблюдались. Торговец Джанаджэй Ратан Сингх с достоинством умостился на своём стуле как на троне, тот похоже был специально сделан под его вес и размеры. Из задней части шатра степенно вышел и с большим достоинством направился к креслу хозяина дородный пожилой мужчина в белом тюрбане. Худощавый, среднего роста, с короткой аккуратной белой бородкой, в длинном белом одеянии и тонком фиолетовом халате нараспашку. Деловито сделал поклон гостям и встал за правым плечом торговца. Наверное, советник. Или старший слуга, или смотритель дома. Или всё вместе. Вогаз слышал о таких людях в Персии. Хозяин тихо сказал ему несколько фраз на незнакомом языке. Старик без удивления выслушал и глубоким голосом начал подавать команды.

По его приказу слуги споро, но без суеты начали выносить и раскрывать дорожные короба и узлы, плотно расставляя на свободном пространстве и оставляя узкие проходы. Чего тут только не было, всё безупречное, красивое, очень дорогое и… желанное. Это что же, мы попали в сказку? Сабли, кинжалы, мечи, ножи, топоры, секиры, навершия копий, алебард. Кастеты, ручные обручи с крючьями(!) или с зубьями. Какие-то зловещие крюки, диски…. Несколько необычных доспехов. Ого, сколько напридумывали люди средств лишения жизни себе подобных?!

Если Бахар, дико вращая глазами и высматривая себе заслуженный «подарок», неотрывно уставился на образцы, даже сделал пару шагов вперёд. То Вогаз с трудом всё-таки смог перевести дух, сбитый сказочным разнообразием оружия. Осмотрелся. Торговец из Индии снисходительно и как-то тепло смотрел на гостей. Поражение так ничем и не проявилось на его лице. Была грустная улыбка – он что-то вспоминал… о себе. Из гостей только Самар никак не проявил удивление. Матай иногда поднимал брови, заприметив тот или иной незнакомый ему предмет.

Когда слуги закончили и выстроились в ряд у задней части шатра, Джанаджэй Сингх грузно встал. Уйгуры выстроились перед ним. Толмач начал переводить речь торговца-индуса. Его «советник» неприметно стоял за плечами хозяина. Человек-«гора» из далекой Индии повторил свою готовность добросовестно выполнить свою часть сделки как проигравший в поединке силачей. По его вере – «небеса всегда посылают удачу и процветание тем, кто с открытым сердцем ведёт честную торговлю или же «вступает в спор». Боги любят таких и тщательно записывают на небесах в список жизни каждого перечень благих дел. Это улучшит судьбу последующего рождения в нашем мире…».

Широкий жест приглашения Бахару делать свой выбор. И поклон старшим уйгурам – помочь подопечному советом, как перевел толмач. Самар торжественно поблагодарил купца и с усмешкой разрешил Бахару начать. Парень ринулся рассматривать выложенные «смертоносные» товары. Кивок и тихий наказ начальника Матаю и Вогазу помочь победителю: десятнику – советом, Вогазу – чтобы что-нибудь герой не сломал и не испортил. Сам Самар с помощью толмача начал неторопливую беседу с купцом.

Богатыря носило как «листок тополя на легком ветру» или, скорее, как «нерешительного шмеля между цветов». Почти нигде он надолго не задерживался. Мимоходом он объяснил Матаю и Вогазу, что не хочет очень дорогое или красивое оружие. Оно может оказаться – «не его». Потом, удачно продав такое, можно, конечно разбогатеть и купить себе недорогое, но надёжное. Но, если судьба вскоре пошлёт ему битвы или поединки, хотелось бы уже иметь оружие, которое будет его всегда выручать. Чтобы пользоваться им как «частью тела». Небеса наверняка послали ему встречу с этим торговцем-силачом и даровали победу. Потому Бахар не хочет упускать свой шанс найти «сокровенное» здесь. Да и слава его умножиться. Может многократно…. Вогаз аж рот открыл от такой прагматичности. Чуть менее удивленный Матай похвалил такой подход и предложил искать любимые Бахаром булавы, дубинки, палицы и что-нибудь подобное.

В одном большом ларе вскоре нашлось необходимое богатырю сокровище. На красной материи были уложены: большая булава со многими тонкими и длинными шипами, как у ежа, очень большая булава совсем без зубьев, но с украшениями, и три палицы – две тонкие, короткая и длинная, и одна красивая и внушительная. Руки Бахара потянулись к последней. Нежно взял новое для себя оружие, взвесил, сделал «круг запястьем». У богатыря появилась широкая улыбка – «коту предложили большую миску сметаны».

Полюбовавшись своим выбором, он пояснил Матаю и Вогазу: «Первая, с кучей шипов – страшна, можно самому пораниться, причём по несколько раз в день, и на поясе не поносишь; вторая – просто здоровая, ничего в ней такого нет; тонкие палицы – слишком легки для него, они скорее как украшения, их изящество слишком привлекает внимание…, могут украсть. А вот последняя – достаточно тяжела и длинна». Она была целиком из кованного железа. С красивыми инкрустациями, полированная. Шесть ребер с глубокими двойными прорезами на каждом ребре и отдельным верхним зубом в навершии. Отличная рукоять с защитой и кольцом для ремня. Оно!

Вогаз вдруг уставился в дальний угол слева. Там были луки, стрелы, колчаны…. Напарника он уже слушал краем уха. Бахар начал мурлыкать как кот и немножко даже ухать себе под нос как поевший филин. Матай заулыбался - подопечный нашёл, что хотел. А Вогаз не мог оторвать взгляд от двух предметов и даже потрогал их. Длинный щиток лучника на левую руку, из толстой кожи с железными накладками снаружи. Луки же слишком дороги, не стоит смотреть…. И колчан-сайдак почти на три десятка стрел, сделанный из кожи как аккуратный короб с ремнём. Красота…! И, наверное, очень дорого.

Обернулся и заметил недовольные глаза Бахара, смотрящие на него в упор. Взгляд здоровяка говорил: «Я тут мучаюсь, правильное и нужное оружие выбираю, весь в сомнениях…. А многолетний напарник отвлекается на свои стрелецкие вещички…». Вогаз как можно смущеннее извинился и «по делу» начал хвалить богатыря за сделанный выбор. Тот всмотрелся прямо в глаза - «честен ли», и постепенно вернулась его улыбка «довольного кота». Вогаз решил ни на что больше не отвлекаться. А то обидеться молодой богатырь мог надолго….

Бахар же, наконец, решился. Прижал палицу к груди и развернулся к Джанаджэю Сингху. Но потом надумал, не отпуская «сокровища», пройтись и осмотреть другие предметы. Интересно же! Старшие уйгуры не мешали, хотя и поглядывали с ухмылками. Понимали…. Вогаз «преданно» шёл за напарником, где надо, согласно кивая, подсказывая или поддакивая. Задержались возле очень длинного короба с кинжалами – Бахара заинтересовал один из самых длинных, почти в локоть длиной, и широких, но лезвие было с двумя изгибами. Необычный. Хотя тут большая часть оружия, похоже, была более чем необычна.

В конечном итоге, Бахар не поменял выбор – палица из кованного железа! Самар, Матай и, уж тем более, Вогаз одобрили выбор. Прекрасное и страшное оружие в руках молодого уйгурского силача. Джанаджэй Ратан Сингх, призвав в свидетели старших уйгуров и толмача, торжественно согласился. Сделка была завершена. Вожделенная палица-приз была надолго прижата к широкой груди молодого героя. К удивлению гостей торговец оружием что-то шепнул «советнику», и тот сразу подал отрывистую команду.

Один из слуг быстро принес широкий красивый пояс, как потом стало известно - из кожи антилопы, специально под палицу. Это был дополнительный подарок Бахару от бывшего соперника. По словам толмача, за честную борьбу. Поначалу Бахар смутился, но не надолго. Сразу надел новый пояс и примерил к нему палицу. Осматривая себя, снова стал «ухать» от удовольствия. Старшие торжественно похвалили купца за подарок.

С разрешения Самара Бахар решил теперь ещё и поторговаться. Он достал свой заветный мешочек, высыпал на ладонь горсть красивых камней. Парень хотел приобрести присмотренный кинжал с двойным изгибом лезвия и… щиток с колчаном для стрел, которые недолго рассматривал Вогаз! Вот удивил…. Зачем ему? Стрелок из него был не очень…. Вместе с Самаром купец обговорил, не торопясь, цены. Кинжал «кханджарли» оценили в большой красный камень с треть пальца величиной, щиток и колчан - в два поменьше, синего цвета.

И эта сделка была завершена. Самар торжественно заверил индуса, что торг был честным. Имя Джанаджэя Ратана Сингха уйгуры будут помнить с добротой и гордостью. Убедившись, что Бахар доволен «призом» за победу и покупками, Самар твёрдо намекнул - на сегодня «подвигов» хватит. Немедленно вернуться в отряд. Пока «новый герой» не притянул новое приключение. До конца дня осталось немного времени и вечернюю стражу никто не отменял…. «Поиск стрел про запас» отложить на завтра. Караван уходит в Поднебесную через сутки.

Молодой богатырь тут же вручил нести старую булаву, щиток и колчан Вогазу, пристегнул приобретенный кинжал к новому поясу с палицей. Ещё раз поблагодарил бывшего соперника и выкатился из шатра. Вогаз и Матай вышли за ним. Десятнику Самар опять многозначительно кивнул - «Проследи». Сам же он остался в шатре побеседовать с хозяином «ещё о делах».

Перед шатром три десятка зевак криками и рёвом встретили нового героя-силача, Великого Бахара из Турфана! Тот ответил! Самодовольно улыбаясь, молодой уйгур вытащил палицу-приз, высоко поднял и закрутил над головой! И терпел же боль уставшей руки…?! Выхватил другой рукой необычный кинжал-приз. Ещё раз победно заревел как могучий бык. Толпа разразилась криками и поздравлениями. Героя окружили, хлопали по плечам, прикасались пальцами к «призу», смеялись. Похоже, начала складываться новая легенда в оазисе, о могучем госте с юга, удалом бесстрашном новичке и честной победе с призом-палицей….

С превеликим трудом удалось Матаю и Вогазу увести молодого силача от шатра подальше. И уговорить зевак разойтись. Оставшись втроём, стражники-уйгуры быстро возвращались на стоянку. По дороге, в первой подходящей лавке с хорошей едой, Вогаз купил всем троим по копчёной бараньей ноге. Самая большая была вручена младшему напарнику – отметить победу, унять молодецкий пыл и «восстановить силы». На урчавшего как медведь по ходу поедания деликатеса молодого богатыря стали оглядываться прохожие. И невольно ускоряли шаги - а вдруг ещё и человечины захочет. Бахар в шутку стал соответственно «поглядывать» на некоторых. Так он «не скучал»….

Когда напарник насытился, Вогаз решился спросить – зачем Бахар купил щиток и колчан? Ответ был прост: «Тебе в подарок за помощь в поединке. Одному всегда тяжело. Приятно и спокойно на душе, когда кто-то близкий стоит, как ты тогда у стола, за спиной. И одним присутствием усиливает веру в победу….
Смущенный Вогаз начал благодарить. Бывает и так….

Во время ужина к маленькой пирушке стражников подсел ненадолго Самар. Он не поздравил Бахара с победой, а поведал строгим отеческим тоном поучительный рассказ, выслушанный им от Джанаджэя Ратана Сингха после их ухода из шатра. Торговец из Индии не хотел расстраивать своей историей молодого героя, наслаждающегося первой громкой славой.

Оказывается, в молодости индийский силач, наделенный большой мощью от природы, тоже искал достойных соперников и возможности прославиться. Побеждал многих. Но достойного противника нашёл только в Пенджабе на большой ярмарке – очень знаменитого силача из Персии, о котором ходили легенды. Тот был огромен, очень могуч, похож на горного дэва из старых легенд – с длинным локоном седых волос на макушке обритой головы, с очень дорогими серьгами в ушах. Но, стар….

После поражения персидский богатырь не расстроился. Сказал, что теперь может уйти на покой и радоваться внукам. В свое время он тоже был молодым и очень сильным, смог победить легендарного богатыря Персидской державы. А тот тоже был уже стар. Джанаджэй Сингх сделал для себя вывод – время его славы подошло к концу. Одна легенда начинается, предыдущая – заканчивается. На смену нынешней легенде придёт будущая, для новых поколений. Но для каждого героя той или иной легенды в жизни важна не только громкая слава и восхищение толпы, а ещё и повседневные поступки заботы.

Важно, как человек, в силу своей чести и доброты, справляется с невзгодами. Потому что люди знают героев только или хорошими, или плохими! «Посередине» для них не бывает. Боги наблюдают за героями особенно пристально – честно ли они следуют предложенным небесами судьбам…. И рано или поздно славе каждого героя приходит конец в лице молодого силача, рискнувшего бросить вызов. И победившего…. Старость нельзя обмануть!

Когда Самар ушёл и ужин быстро завершился, Бахар спросил напарника, что тот думает об этой истории. Вогаз, после короткого раздумья, ответил:
- Мне кажется, что тебе надо, как всегда, продолжать совершенствовать свои бойцовские навыки. Осваиваться с этой новой чудесной палицей. И продолжать учиться быть сильным воином. Как всем нам, молодым стражникам. У тебя большие успехи уже сейчас. Поэтому, увеличивая свое мастерство и мощь, можно лишь отдалить неизбежный конец славы героя. Подальше, в будущее…, наставники говорили нам это не раз. Ты же знаешь и сам. А конец судьбы придётся принять, мы – не бессмертны…

Бахар молча кивнул. Вогаза порадовал его спокойный взгляд.
--------------
дальше будет
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

продолжение 2й главы

Сообщение kalpa » 23 июл 2013, 19:03

2.5 Встреча на рынке

Утром Вогаз уговорил Матая быстро обойти рынок, ориентируясь только на те прилавки, где торговали снаряжением для воинов. Бахару было почти всё равно: для него сейчас было главным покрасоваться с новой палицей и прекрасным кинжалом везде, где только можно. Новая легенда про молодого силача-уйгура была «посеяна» вчера и уже сегодня должна была принести «первые плоды». Так оно и оказалось….

С первых шагов по рынку множество людей начали посматривать на «молодого богатыря из Турфана». Некоторые – с уважением, другие – с интересом и восхищением. Вогаз порадовался, что с ними Матай. Десятник сумел объяснить младшему напарнику, что «настоящий герой не красуется перед толпой». Пришедшая слава – обычная вещь, но нельзя идти «на поводу как ослик» у неё. Если Бахар считает себя истинным богатырем, тогда надо помнить, что любой силач в наше время – это воин. И следует всегда и везде вести себя как подобает воину, доблестно. И тогда сразу и незаметно, но придёт величие знаменитого богатыря…. А разгильдяи и лоботрясы, как известно, – плохие воины!
Вогаз про себя согласился с каждым утверждением начальника. Только оставалась проблема для Бахара – куда ему девать целые горы весёлого нрава, шутливости и ехидства. Без них парень не мог прожить и дня. Или это снова проблема для Вогаза? Бахар был задумчив, но это у него, как правило, ненадолго.

Чем только не торговали в этом оазисе!? Тут было всё, что только бывает из товаров на Великом Пути. Вогаз твёрдо решил не отвлекаться и придерживаться цели – увеличить запас стрел. Впереди был неизвестный для него лично путь в Поднебесную. Стрелы, конечно, можно присмотреть везде. Но здесь есть уйгуры-торговцы и хотелось поискать необходимое «у своих»…

Но даже тут, в Дунхуане, у самой южной границы Западного Края и далеко от родных мест, как всегда при посещении любого рынка или ярмарки, в первых же торговых рядах на Вогаза "накатило" вновь, уже не в первый раз, сложное переживание от воспоминания о его юношеской драме - как бы опять не встретить… "лучистую" Айнару из Рода Красного Орла, которую его родня сосватали юноше в восьмилетнем возрасте.

Уже многие годы Вогаз вспоминал и продолжает вспоминать главную перемену своей личной судьбы, которая произошла с ним через год после "первой охоты". Долгие почти двадцать лет он всё пытается и пытается понять суть того, что с ним произошло во время своего первого и… последнего сватовства, необычность разрешения той драмы силами неизбежной судьбой, и не прекращает попыток найти внутренний лад в душе и подыскать "правильные" слова для описания. Последнего ему так не хватало в те незабываемые дни! И по-прежнему не хватает…, но, что очень странно, продолжает расти внутреннее смирение перед Небом и радость постижения красоты жизни...

Вогаз весь подобрался, как змея перед броском, даже наперёд зная, что все такие уловки сохранения равновесия не помогут - если "Беспредельность снова придёт к нему здесь и сейчас", то именно "Она" решит, что и как произойдет с его сердцем и… попытками понимания судьбы и воли Небес. И снова будет… очень сложно. И опять "это" почти невозможно объяснить самому себе: или "высокая гора счастья", или "бездна тоски", или и то, и другое одновременно? И важны ли они – попытки снова и снова подбирать правильные слова? Или…? И почему "такое" именно с ним?

Воспоминание 3. Что такое "правильный" выбор? Часть 1


Сразу после "Первой Охоты" и обретения "Первого Имени" быстро наступило время, когда взрослые объявили, что пришла его пора вступить во "взрослую жизнь": Вогазу подыскали хорошую невесту. Поиском удачной пары для каждого поколения подростков старшие женщины Рода занимались, похоже, постоянно, без перерывов на еду. Да ещё и часто бегали за советами к шаманке – уточнялись знаки, видения, предрасположенности и… последние слухи, сплетни.

Между "истинными" Родами во все времена поддерживалась постоянная связь в самой разной форме. И вопросы сватовства обсуждались всегда в числе первых при любых встречах между семьями племени. Использовалась любая возможность в ходе пребывания в гостях у родственников, на важных встречах, на ярмарках и празднованиях. И во время свадеб особенно: выдавая замуж или женя одних, тут же подыскивались варианты предварительных помолвок и даже "обручения" для подрастающей детворы.

В стойбище верховодила в этих хлопотах тётя Боргон, жена брата их вождя Рода и лучшая подруга мамы. По традиции, Вогазу, как удачно отличившемуся на "первой охоте" и сразу получившему "Первое Имя", невесту должны были найти немедленно, дабы "не упустить" удачу парня. Считалось, что так будет лучше для всего Рода. Но вначале подходящие варианты отвергла мама. Более того, она неожиданно последовала совету энергичной подруги "годик подождать". И к следующей весне той удалось разыскать почти "идеальную невесту" у своих собственных родственников, в Роду Красного Орла, очень древнем и могущественном.

По предварительным договоренностям всё складывалось более чем хорошо. На всякие поиски, уточнения, обоюдное согласие родителей и старейшин ушло несколько месяцев. В середине наступившей зимы Вогазу объявили, что на позднюю весну назначена поездка в предгорья Алатау с целью сосватать ему достойную невесту. И якобы не было ни одного знамения, которое бы предрекало считать найденный для него вариант "неподходящим". Даже наоборот, всё складывалось как нельзя лучше…

Будущая невеста очень хороша собой, имеет сильный характер, порядочна, дружелюбна, не по годам умна, имеет прекрасные навыки молодой хозяйки..., ну то есть "сплошная радость и гордость" родителей. Её имя знать ему пока не положено. По традиции жених узнаёт главное о своей избраннице только с момента начала ритуала непосредственного сватовства по приезде в стойбище Рода невесты. Ибо в именах наших древние тайны…

Про себя Вогаз, выслушав известие на семейном совете от повеселевшей матери, радовавшихся сестёр и под благосклонными взглядами брата и его двух жён, мрачно добавил, конечно, не вслух: "И, наверное, такая же… вредная и язвительная, как все девчонки…. У-у-у, ябеды и лялякалки…" О сверстницах, а также тех, кто чуть постарше или чуть помладше, у него успело сложиться достаточно стойкое негативное мнение, но… - "девочек обижать нельзя"… А почему они, в свою очередь, только тем и занимаются, третируя мальчишек по поводу и без?

А ведь мама Тёгерин, например, похоже, такой никогда не была! Она всегда и везде – как "большое красивое озеро, наполненное нежностью и заботой о всех…". И в кого только его сёстры уродились? Такие "бдительные", "памятливые" и с очень длинными языками! Как-то нечестно в этом смысле на земле... Похоже, придётся не только знакомиться ещё с одной "такой" но и… готовиться жениться. Во-о попал! И жить с ней все будущие годы? Мда…, если все и говорят, что я – везучий, то мне почему-то приходится постоянно в этом сомневаться. И почему так сложно всё!?

В дорогу собиралось сразу много семей. Кроме невесты для Вогаза оказывается удачно нашлись ещё четыре возможные избранницы для его сверстников. Все пятеро парней, "настоящих счастливчиков", ходили до отъезда в дальнюю дорогу по родному стойбищу в состоянии как бы "временно потерявшиеся" или "ушибленные" – соображение у парней было сильно сдвинуто. За ними зорко присматривала досточтимая тётя Боргон по прозвищу Буркут (Беркут), оправдывая свое происхождение из знаменитого "орлиного" Рода.

Подростки её побаивались, описывая иногда друг другу переживание: "Вот оно каково – почувствовать себя ягненком под взглядом "неизбежности с неба"... Отдельно и очень сильно "выбило из колеи" Вогаза напутствие бабушки Дайры, шаманки их Рода, ненадолго пришедшей проводить всю процессию в дорогу. Ему она тихо и строго сказала, да так, чтобы слышал только он один, - "Будь сильным". К чему бы это? Ведь не на войну же едут они, а всего лишь свататься… Тем более, что вся родня только и говорит о его удачливости, ну почти все, типа - "… и где эта маленькая небесная тамга, которая вечно не делом занята…"

Ехать придётся около четырнадцати дней на северо-запад, в далёкую горную долину южного Алатау. Род Красного Орла был на две трети динлинским, поэтому там много высокорослых, светловолосых и голубоглазых жителей. Они также строго следуют традициям "старого уклада" и предпочитают сложную и "почти таинственную" жизнь в горах, как и Род Горной Змеи, сторонясь контактов с хуннской ордой на просторах Великой Гоби.

Отряды "ордынских" вояк, которые вели себя, по мнению почти всех малых народов, как обычные бандиты, старались не соваться в глухие горные долины как в Тенгритау, так и Алатау, и Саян: их разведчики оттуда живыми не возвращались. Поэтому хуннские владыки делали вид, что около двадцати Родов "старого уклада" просто не существует. Слишком малочисленны и труднодоступны были их стойбища, чтобы регулярно собирать с них дань. Хуннская орда уже несколько столетий процветала, почти полностью паразитируя на Китае. Все остальные малые племена были для них "мелочью". А про мелкие горные Рода "ордынские" даже распускали в Гоби всякие нехорошие слухи. Например, что это совсем "дикие" люди, и к тому же практикуют "человеческие жертвоприношения" и "похищают детей".

А вот угроза нападения разновсяких бандитов была постоянной, поэтому все старые Роды находились в "предвоенном" состоянии и старались использовать любые методы защиты, придерживаясь основного правила – быть незаметными в Гоби и готовыми немедленно исчезнуть в укромных местах. Некоторым, конечно, не везло…, остальные – просто выживали. Почти вся их надежда была на собственную веру, скромность, самодостаточность и сильных родовых шаманов, которые тогда ещё могли мощно "прикрыть" племя "истинных", и… на волю Великого Неба.

Пока же Всевидящий Тенгри был благосклонен к "малосильным" жителям Гоби. Ведь им надо всего лишь продолжать следовать своим традициям, основанным в далёкую старину. А слава "великого и могучего племени – победителя и покорителя всех народов" может привести только к трагедии. Ибо все изначально равны под Великим Небом…

Всю дорогу две средние сестры, двенадцати и пятнадцати лет, "доставали" Вогаза поучениями и напоминаниями о правилах поведения, необходимости следить за собой, тонкостях ритуала предстоящего знакомства с будущей невестой и сватания к ней. Обе они уже были давно помолвлены и более чем довольны своими избранниками. Сестрам очень хотелось, чтобы Вогазу также повезло, и чтобы он постарался ничем не опозорить их семью и весь Род.

К ним, уже со своими советами, часто присоединялась и взволнованная предстоящим сватовством Тёгерин. Вот её Вогаз слушал безоговорочно - потому что… мама. А через три дня в Урумчи, о Великое Небо, к ним присоединилась ещё и самая старшая сестра, двадцатилетняя, бросившая все дела у себя дома, и поехавшая на семейное событие вместе с родными, захватив мужа и двух детей из Рода Синего Ворона.

Не упускала возможности "отловить" парня и "пообщаться" лично с ним и досточтимая Боргон. Она с мужем, двумя сыновьями, невестками и внуками возглавила кортеж сватов, радовалась предстоящей встрече с братом, вождём Рода Красного Орла, и другими близкими. По её мнению, надо было всячески укреплять могущество её бывшего Рода удачливостью Рода Змеи в интересах всего племени уйгуров. И "Знаки" этому пока никак не препятствовали…

Вогаз, конечно, понимал их всех, даже старательно делал вид, что внимательно и всё выслушивает. Но уже только то, что три его старшие сестры собрались вокруг него вместе…, напустившись "наставлять" его разом или попеременно. Набросились на одного… почти, как грифы. Не считая других. Из-за этого появились мысли сбежать…, хоть куда-нибудь.

Приятно было общаться только с мамой, впрочем, как всегда, и с жёнами Байсара, наверное, потому что последние относились к мальчишке всегда тепло и ненавязчиво. Хотя они тоже не упускали случая предложить ему ещё и "такой" или "вот такой" маленький совет… Другим четырём будущим женихам похоже, было также "интересно и весело" ехать в их первое дальнее и судьбоносное путешествие.

К удивлению для себя и недовольству почти всех женщин кортежа Вогаз при любом общении вскоре начинал всем отвечать очень коротко и тихо простым возгласом "угу". Эту манеру общения он как-то подметил у отца своего сверстника, всегда очень спокойного знатока по сбору мёда, и которому "повезло" с очень непоседливой и говорливой женой. Вогазу показалось, что так ему становиться легче…, правда, добавилось ещё одно обидное прозвище – "у-у-у, глухая сова". Ничего, потерпим.

Прибыли в живописную и очень уютную, да и серьёзно защищённую долину Рода Орлов без происшествий, чем все были дополнительно довольны и посчитали ещё одним "Знаком" благоволения Великого Неба к предстоящим сватаниям. Кортеж гостей, будущих сватов, и родственников радушно встретили. Нашлось много близких и знакомых людей. По древнему стойбищу Орлов разлилось веселье радостной встречи и предстоящего торжества. Мрачное настроение Вогаза не уменьшалось. Сложно чувствовать себя спокойным под любопытствующими взглядами нескольких сотен встречающих.

Мысль о том, что лучше заняться видимостью поправления чего-то там в повозке, не нашла подтверждения в деле: встречающие могут сделать вывод, что он нервничает. А это недостойно будущего жениха, уже почти мужчины и воина! Но и стоять, изображая радость от предстоящего сватовства, ну никак не получалось. Небеса очень быстро разрешили эту проблемку – на руки к Вогазу запросился годовалый племянник с "большим шилом в одном месте". Лучше терпеть его хватания за уши, нос, волосы, щёки, губу…, пересаживать с одного плеча на другое, раз за разом сажать себе на шею, гримасничать в ответ малышу…, чем знакомиться с таким большим количеством незнакомых людей. Да и приятно повозиться с весёлым и бойким карапузом.

С момента въезда в эту долину парня не покидало ощущение, что все местные жители его непрерывно разглядывают, причём как-то "оценивающе"... Местным "Орлам" добычи не хватает? А ведь змеи всегда хорошая добыча для орлов, тем более, маленькие "змеёныши"… Он старался ни с кем не встречаться взглядом, кроме матери и Байсара, конечно.

Вождь Рода Красного Орла, лично встречавший приехавших, громко и доброжелательно провозгласил ритуальную фразу приглашения гостей в их стойбище и объявил начало торжества по случаю сватовства соплеменников. Первым тепло обнялся с Боргон, своей младшей сестрой, и её мужем. Последний представил ему и подошедшим местным старейшинам по очереди всех гостей.

Остальные жители долины тихо и внимательно разглядывали каждого гостя и вслушивались в называемые имена. Вогаз никого не пытался рассмотреть в толпе. Да и не хотелось поднимать глаза от земли. Но, странно для себя, смог, когда его представляли, набраться достаточно смелости и… на мгновение взглянуть прямо в глаза вождю, и… смущённо улыбнуться. Почему и зачем он так сделал? Самому не понятно… Ухты, ещё и получил лёгкую улыбку в ответ!

Вождь определенно нравился парню. Приятно радовали его очень высокий рост, широкие плечи, статная осанка, могучие руки и странные светло-русые волосы, слегка тронутые сединой. Сильный и всё видящий, как бы настоящий "орлиный", взгляд серо-голубых глаз. В нём было что-то знакомое, как бы "отцовское": по рассказам своих близких, почти таким же был и его родитель - Октай, сын Бахара…, и такой же внушительной внешностью отличается их родовой вождь Тагун. Даже брат Байсар, который имел рост в четыре локтя, казался чуть-чуть ниже, на пол ладони, местного вождя. Было ещё что-то, труднообъяснимое для Вогаза в его облике… - то, что бывает у бывалых воинов, но не бывает у молодых вояк. И "оно" ощущалось подростком как своеобразный "запах". И тогда сам собой пришёл к нему длинный тоскливый вздох: ему до "этого" ещё расти и расти…

Вождь "Орлов" со старейшинами, тётей Боргон и её мужем довольно быстро договорились о размещение гостей в соответствии с традицией сватовства: семья будущего жениха ставит своё временное жилище в полусотне шагов от юрты родителей девушки, к которой приехали свататься. Старейшая женщина Рода Орла объявляла их вождю поочередно пары имен. Тот начал громко называть их для собравшихся, окликая супругов из местных жителей и представляя им семьи будущих сватов.

Первыми были названы Борандай и Айра, к чьей дочери Айнаре приехала свататься "семья Октая и Тёгерин с сыном Вогазом". Из толпы вышел высокий статный мужчина с дородной красивой женой и оба степенно подошли к матери Вогаза. По правую руку от Тёгерин встал Байсар, "замещая отца". Позади матери выстроились невестки, старшая дочь и зять, младшие дочери. А ещё дальше – внуки и…, Вогаз встал позади всех: будущего жениха полагалось представить последним. Настроение парня омрачилось ещё больше, видя, что ритуал растягивается.

Крепко стиснув зубы от волнения, и старательно удерживая непоседливых малышей возле себя, Вогаз ощутил некоторый испуг: вот оно неотвратимое начало "взрослой жизни"! Вспомнил наставников и начал делать "успокаивающее дыхание". Его руки делали последние поправления в одежде, но движения становились всё более спокойными и… он смог, наконец, выпрямиться, постоять ровно, спрятать мрачность с лица и волнение.

Появилось первое облегчение и деловитая серьезность: ритуал свят, традиция – суть всего их племени. Надо всего лишь потерпеть! А впереди мама уже представила старшего сына Байсара и его "право старшего их семьи от ушедшего мужа Октая", затем его двух жён. Те почти сразу расступились в стороны, и вот уже сестры вышли вперёд, подходя к родителям будущей невесты их брата, сначала – старшая с мужем, затем – обе младшие.

Далее мама представила внуков. И, выдержав паузу, необходимую невесткам и дочерям разобрать на руки малышей, сделала приглашающий жест подойти Вогазу. Обретенное равновесие не подвело: подросток смог достойно выйти вперед и быть представленным досточтимым Борандаю и Айре. И даже поднять на них глаза и показать своё лицо. Ненадолго, в соответствии с правилом. Взгляды родители будущей невесты, при всем их дружелюбии и открытости, оказались уже знакомо "орлиными": "И кто тут такой появился просить руки и сердца нашей Айнары". Глаза парень быстро опустил.

Байсар встал ближе к Вогазу справа, положил руку младшему брату на плечо и произнёс ритуальное обращение к родителям невесты. Слева приблизилась мама и повторила фразу с просьбой о сватании. Пауза…, время сжалось. Старшие рассматривали друг друга. Заочно они, конечно, были очень даже знакомы: предварительные переговоры всегда переполнены подробными описаниями родителей, их детей и близких из обеих "сторон". Но увидеть лично приехавших сватов, как говорится воочию, в яркий полдень – традиция была по-прежнему крепка с незапамятных времён.

Особенно долго смотрели друг на друга мамы. Они – как два разных лика Мудрой Умай, Великой Матери Всего. Их кивок друг другу был решающим. И это произошло! Как-то, даже быстро. Вогаз мог только ощутить присутствие житейского опыта во взглядах и поведении взрослых. А вот учиться этому ему придётся всю жизнь и лучше "правильно"…, а Небо поправит, если что!

Досточтимая Айра улыбнулась маме, почти строго зыркнула в последний раз на "виновника" их перемен – Вогаз мгновенно почувствовал жар на щеках и на ушах, сильный толчок сердца в груди, весь сжался. Будущая сваха подняла глаза на мужа и громко сказала: "Я рада принять в гости всю семью Октая и Тёгерин". А ведь могла сказать и по-другому, "нашим гостям можно показать место для ночлега", - но неприятие не возникло. Борандай улыбнулся ей в ответ и звучным голосом, да так что бы слышали все вокруг, завершил ритуал приглашения: "Наша Семья с чистым Сердцем и великим Добром приветствует Вас! Приглашаем посетить наш Дом".

Именно с этих слов Вогаз ощутил впереди "благое присутствие", наверное, всех-всех предков этой семьи в северной стороне: "они как бы выстроились оттуда сюда" длинным и могучим клином за плечами родителей Айнары… Или ему почудилось? Но запахи "оттуда" усилились. "Это" тоже ни с чем не спутаешь.

Досточтимый Борандай сделал приглашающий жест будущим сватам и вместе с женой стал показывать дорогу к своей юрте. У остальных гостей Рода Орла завершались ритуалы приветствий. Похоже, тоже удачно и… приветливо! Приехавших стали провожать к намеченным временным стоянкам. Двинулись повозки, побежали в разные стороны дети… – торжество визита перешло к следующей стадии. Толпа начала растекаться по стойбищу.

Почти все местные жители продолжали пристально рассматривать гостей. Очень многие, кстати, начали поднимать руки, показывая их благую примету – медленно кружащего в выси прямо над стойбищем одинокого орла. Великое Небо почтило через "Первоводителя" местный Род, достойно встретившего гостей-сватов! И ни одной тучки, ни одного облачка! Как-то всё удачно складывается…

Вогаз, с удивлением для себя, заприметил, что уже давно произносит про себя, повторяя и повторяя, имя будущей невесты – Айнара, "Нежное Сияние Луны". Как странно это слово вертится внутри его груди, приоткрывая парню для знакомства и понимания свои удивительные звучные оттенки! И главное – это Имя ему очень понравилось! Сразу! И насовсем...

И как будто несколько "вогазов", сразу пять или шесть уселись в круг возле большого костра с названием "Айнара", наслаждаются теплом огня, удивляются красоте и силе его пламени и стараются разглядеть в яркой глубине чудного огненного цветка появившуюся в их жизнях тайну. Странно только то, что "вогазов" – не меньше пяти. …И даже есть второй круг других…, и, кажется, третий. …И пламя женского Имени высвечивает всё больше "вогазов", ранее скрытых, с разными лицами, возрастами, одеждами, опытом, судьбами. …И дело уже не только в Имени, а в самом ощущении, непонятном для юноши: что это и кто они – эти "вогазы"? И почему именно это Имя-Пламя?

Родители невесты повели семью Тёгерин через стойбище, Вогаз плёлся позади повозки и не старался смотреть по сторонам. Только иногда бросал взгляды вокруг из-за привычки ориентироваться. Долина оказалась широкая, лесистая и живописная. Хорошо, а главное, как красиво здесь! Говорили, что Род Красного Орла самый большой, почти тысяча человек.

И почти поколение назад отсюда удачно "отпочковался" молодой Род. Он пока ещё где-то поблизости. Через некоторое время все впереди повернули к восточному краю долины к отдельным четырём юртам. Три из них оказались несколько меньше. А у самой большой собрались дети сватов – три старших сына Борандая и Айры, с женами и внуками. И подходили из стойбища ещё три семьи. Скорее всего, близкие родственники, тоже с детьми и внуками. Пришлось подойти вперёд и встать рядом с мамой. И принять участие в следующей стадии знакомства семей.

Девушки, подходящей под описание будущей невесты, среди встречающих не было и Вогаз смог перевести дух. …Да и не могло быть – невесту он увидит согласно традиции и устоявшемуся ритуалу только завтра, на торжественном обеде-сватании. Но тогда сразу их посадят лицом друг к другу. По обеим сторонам сядут родители. И произойдет "что-то"…, по словам его сестер, будет "что-то чудесное". Дальше ими расписывалась и повторялась каждая мелочь из впечатлений от собственного сватовства, от чего у Вогаза возникало странное переживание, когда хочется чихнуть много раз. Все девушки на такую реакцию обижались, и приходилось терпеть, а лучше – быстро найти повод куда-нибудь пойти.

Досточтимый Борандай предложил маме Тёгерин место для временной юрты приблизительно. По традиции окончательное решение, где конкретно, всегда принимала именно "хозяйка очага". А трое его старших сыновей с женами ожидали знака начать оказывать помощь гостям. Айра ушла к себе в юрту закончить приготовление "напитка приветствия" по семейному рецепту: "красного" плиточного чая с добавлением поджаренного ячменя, бараньего сала, соли, специй и всякого…, то есть почти "супа". Он прибавлял сил на целый день, и гости могли уже не озабочиваться ужином.

Тёгерин же повела себя странно – она не указала самостоятельно Байсару конкретную точку на траве как обычно, а вдруг обратилась к Вогазу с просьбой сделать это вместо неё. "Ухты!" Ещё не понимая, что происходит, юноша быстро показал руками, куда. Даже встал на это место. И удивлённо вытаращился на свою мать.

Раньше на людях она ведь никогда так не делала! Могла попросить кого-нибудь из дочерей для проверки чутья, но редко. А тут младшего так взяла и… "выставила напоказ" перед незнакомыми людьми. Судя по её самодовольному запаху, она сделала это преднамеренно, как бы говоря: "Ему я доверяю покой и здоровье нашей семье". Байсар с жёнами округлили глаза, не говоря уж о средних сестрах и зяте, но промолчали..., как всегда, – с мамой Тёгерин не спорят!

Удивленным выглядел и досточтимый Борандай с сыновьями. Последних почти одновременно дернули за рукава их жёны и тихо зашептали что-то на ухо, наверное, свои точки зрения. Ошибся Вогаз в "правильности" места или нет, теперь уже не имело значения… Байсар начал разгрузку частей временной юрты с повозки, её брали именно для поездок с остановкой на три-четыре дня, остальные подошли к нему помогать. Зять занялся верблюдами.

А Вогаз сразу предпочёл подходящее для своего возраста занятие: подавать, что скажут; поддержать "тут вот это"; принести то или это и… следить, чтобы кто-нибудь из детей, уже из стихийно сформировавшейся "мелкой смешанной орды" не попался под руку или ногу взрослым. К тому же, не стащил чего-нибудь опасного для себя и не покалечился… "Белая работа хлипка без черновой".

Очень своевременно, к окончанию работ, появилась досточтимая Айра с несколькими женщинами, наверное, тоже тёти, или её сестры, или невестки. Двое мужчин принесли немаленький котёл с "чаем". Всем присутствовавшим роздали миски, и началось непринужденное "неформальное" общение с гостями. Ритуальное будет завтра, а послезавтра утром – уже отъезд гостей домой. Вогаз как бы искоса разыскивал среди хозяев будущую невесту, но светловолосой девушки, которая старше его на год и чуть выше ростом, так и не обнаружил…, нарвался на укор во взгляде мамы, прекратил поиск и потупил глаза. Чаепитие не затягивали, так как гости "должны отдохнуть с дороги". Довольно скоро все разошлись по юртам.

Мама показала Вогазу на большое бревно в сорока шагах чуть выше, на лесистом склоне соседнего холма, где валялось много нарубленных веток поменьше, и наказала принести дров для семейного очага в юрте. Подхватив топорик, к нему присоединился Байсар. По ходу работы оба заприметили невдалеке небольшой ручеёк с чистой горной водой. Вдвоем братья принесли две большие охапки веток и поленьев, и семья стала готовиться к отдыху на новом месте.

Почти сразу мама Тёгерин, как бы невзначай, спросила младшего, не голоден ли он. А если нет, то пусть "приготовит ещё дров" и не торопится: день хороший и нечего мешаться у старших под руками во время окончательного обустройства юрты и хлопот с младшими детьми… Понятно. И хорошо просто посидеть там – с бревна открывался красивый вид на треть долины, и можно насладиться уединением и послеобеденной тишиной после бурного утра.

Усевшись на бревно когда-то могучего дерева, Вогаз замер, просто отдыхая. Удалось быстро расслабиться и "раскрыться" всему вокруг: теплу послеполуденного солнца, нежному затишью воздуха, красоте цветов и травы… Нарастало восхищение живописной долиной и высокими горами… Умиротворение внутри него властно проснулось, вымело прочь без остатка мрачность, недовольство и усталость.

Затуманилась причина поездки… вместе со всем "людским миром", ведь они всего лишь части красоты природы вокруг. И добавилось безмолвие и "внимательность" ко всему, сглаживая различия в местных звуках. Выровнялась вертикально спина, пришла полная неподвижность и…, началось, если применить правильные слова, наверное, "Единение с Миром". Такое редкое, всего два раза пережитое мальчишкой в своей короткой судьбе, переживание! Полностью и точно не описать такого, только окунуться в Него с головой. И не задумываясь!

Словно почувствовав безопасность, дружелюбие и неподвижность Вогаза, подлетела и приземлилась на осторожно подставленное запястье бабочка. Умиление контактом с доверчивым, хрупким существом разливалось по замершему телу, улыбаясь сопутствующей незаметности дыхания. И Единение не исчезло, а продолжало расширяться, "насыщаясь далёким", которое становиться "близким"! Охватывая пределы ближайшего мира, за долиной, за горами, за степью…, и дальше, и дальше. По всем сторонам! И одновременно всё здесь!? И сейчас!

Полный и соединенный жизнью мир с Великим Небом над ним. И могучая темнота за "известным" пределом – тоже начинает "присутствовать" в Вогазе... О-о-о! м-м…, точнее, "Ого-го-го!!!". Или нет? А лучше – просто улыбнуться! И "принимая, раскрыться…" – Великая Песнь Великого Духа, которая без слов, но ритмично звенит, проявляя "соединенность всего". …Как же называть такое? Ведь вот "Оно". И моё я – в Нём, как Оно – во мне!? И время, как бы, "не течёт" – а зачем? Может и времени нет, как и пределов? Но "это" происходит. С ним!
Последний раз редактировалось kalpa 23 июл 2013, 19:12, всего редактировалось 1 раз.
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

продолжение 2й главы

Сообщение kalpa » 23 июл 2013, 19:08

…Когда "переживание Единения" продолжало нарастать и достигло какого-то пика, глаза Вогаза сами сдвинулись к юрте хозяев, взгляд уловил там движение и…. В его сторону стала подниматься по склону по малозаметной тропинке девушка. Она!? Догадка быстро становилась реальностью. Чуть старше, чем он, высокая, очень стройная, с восхитительными длинными волосами золотистого оттенка. Идущая легкой поступью…, в обычной одежде для каждой девушки, чистой и аккуратной. Расшитый пояс "молодой хозяйки" подчёркивал ладную фигуру.

…Если у неё вдруг за плечами раскроются крылья "небесной посланницы", то Вогаз совершенно точно не удивиться… Малозаметный голубоватый ореол виднелся, точнее - ощущался снаружи её облика. То ли есть, то ли нет… - подросток даже поморгал. Но в целом, появление девушки почему-то дополнило предыдущее переживание Вогазом "Единения", переводя подростка в новое, более совершенное качество мироощущения... Только потом, многие годы по ходу взросления, подросток будет специально и тщательно подыскивать точные слова к сути произошедшего с ним Чуда знакомства, а тогда – просто "восхищённое безмолвие". Точнее – "умилённый ступор".

Бабочка сорвалась с запястья Вогаза и полетела вперёд – оказалось, за девушкой летала точно такая же, чуть поменьше. Не отрывая взгляда от приближающейся незнакомки, он боковым зрением отметил, что бабочки встретились, быстро закружились в "танце" вокруг друг друга и почти сразу разлетелись в разные стороны…, исчезнув. "К чему бы это?"

Восхищение нарастало. Облик девушки собирал собой, своим естеством, сюда пределы всего известного ему и ещё очень "большего"…, и превращался в точку-фокус совершенного нового "понимая мира" Вогазом: "Она – Беспредельность здесь"…, рождая следующую простую констатацию – "Беспредельность пришла и… улыбнулась". Ошарашено вникнув в приветственную улыбку на лице незнакомки, Вогаз вскочил, попытался выпрямиться и зачем-то одернуть куртку: негоже сидеть подростку, когда подходят именно к нему. Может она просто спросит, как пройти куда-то? Он почти готов развести руками и вежливо сказать, что он не местный и гость в этой долине. Осталось ей сделать десяток шагов…

Лицо – лучащееся доброжелательностью тепло. Немного прищуренные от интереса большие голубые глаза, разлётистые брови, высокий, открытый лоб, длинный нос – она похожа на Борандая! Хмм, в правой части лба – небольшой, едва различимый вертикальный шрам от глубокой царапины - "наверное, ей как-то не повезло…". А высокие скулы, глубокие ямочки на щеках и острый подбородок – этим девушка похожа на темноволосую Айру... Она!? Итак, это - его будущая невеста? - колени противно откликнулись на догадку накатившей от волнения слабостью. Растерянность…, Вогаз резким вдохом-выдохом почти вернул себе хоть какую-то собранность, как раз перед самой остановкой незнакомки в пяти шагах перед ним.

– Здравствуй! Ты – Вогаз? Сын Октая, сына Бахара из Рода Горной Змеи? Твоя мама – досточтимая Тёгерин, а досточтимый Байсар – брат?, – низкий тембр её голоса со всей своей приветливостью добавил новую порцию восхищения к непомерно возвышенным переживаниям подростка, уже более чем достаточно "выбитому из колеи". И опять ставшим восхищённым маленьким ребёнком. Так ожидаемая им "взрослость" ну никак не торопилась приходить. Хвала Великого Небу – время чуда текло медленно. Затягивая паузу попытками совладать с волнением и найти хоть какие-нибудь силы для элементарного приветствия, Вогаз только смог сделать длинный вдох и… его голова просто несколько раз утвердительно кивнула, а на лице застыла извиняющаяся улыбка, губы при этом были сильно сжаты. Заговорить сейчас – для него пока никак не получается.

А девушка перед Вогазом держалась легко и непринужденно, на её лице играла снисходительная усмешка, …как у всех мам, наблюдающих за своими детьми. Но он же - не маленький! ...И она оказалось на пол ладони выше. В общем и целом – восхитительная красавица! Как не хватает слов! И смелости! Может, она – не человек, а действительно "посланница небес" или кто там есть для явления небесного Чуда простым людям в прекрасных сказках? Ну не бывает такого красивого и приятного всего-всего… в одном человеке! Или бывает? Вот - передо мной!

– Меня зовут Айнара, я – дочь Борандая и Айры из Рода Красного Орла. В этой долине я родилась и живу…, давай присядем здесь, на это бревно, и познакомимся, – ей, похоже, по-прежнему легко рядом с ним. Вогаз же чувствовал только "приятного безмолвие" внутри себя и старался изо всех душевных сил вырваться из жуткого состояния "удивленно-восхищенного остолбенения".

– Расскажи о себе, - её мягкая просьба вместе с легким укором понимания юношеских волнений во взгляде наткнулась на замершего рядом парня. Это же – нежность! Она никак не пытается обидеть! Вогаз моргнул несколько раз и наконец-то смог опустить глаза. Аккуратно присел, причём чуть дальше чем, обычно принято между сверстниками. И вдруг его голос заговорил как бы сам по себе, став несколько, наверное, повзрослевшим:
– Наш Род Горной Змеи живёт в северной долине Большого Тэнгритау…, в четырнадцати днях пути, почти на юго-восток отсюда…, - юноша только дивился рождавшимся внутри его груди словам и почти стройным фразам, которые быстро и по существу описывали картины жизни родного "змеиного" стойбища, чем занимаются его жители. Айнара внимательно слушала, иногда легким кивком согласия помогая Вогазу продолжить. И он смог даже немного расслабиться…, продолжая беседу.

– Расскажи о своей "Первой Охоте".
На эту просьбу Вогаз ответил, уже намного легче чувствуя себя. Повествование из него "полилось" почти непринуждённо. Иногда краснея и делая неловкие паузы, ему даже удалось, не раздумывая, честно упомянуть обо всех "несуразностях" памятного события. И не зря! Юноша познакомился с восхитительным смехом собеседницы! О как же велико счастье от удачи его первого знакомства с будущей невестой!? Для себя Вогаз уже без раздумий сделал решительный, однозначный и окончательный выбор: Великое Небо послало ему красоту, радость, уют и надежду Новой Жизни в лице Айнары из Рода Красного Орла… Такое "всё это" – до конца его дней. Ощущения, запахи и любые другие чувства ясно сказали юноше – в этой девушке он нашёл свою главную мечту!

Вдруг, прервав беседу, оба они подняли головы вверх – на их лица упали первые тёплые капли дождя. Нежного. Но туч на небе не было нигде! Солнце продолжало ярко светить и ещё только готовилось приблизиться к границе западных гор – день продолжался… Легкий ветерок, сперва незаметный, начал усиливаться. Откуда этот нежный и чудесный сверканием капель приятный дождик!? Молодые собеседники с удивлением улыбнулись друг другу. Ещё одно Чудо в подарок от Небес и Богов?! И резкий возглас девушки: "Побежали! Вон там…, видишь, высокое старое дерево. Там есть качели! Догоняй!" и она превратилась "в стрелу"... "Ухты, больше двух сотен шагов…" - ага. Вперёд!

Мгновение… и Вогаз, без раздумий кинулся в стремительный бег за ней. И не догонял! То ли навыки, хотя вряд ли, то ли предыдущий настрой собранности для Единения, быстро вернувшийся к нему после глубокого состояния "умилённого ступора", но он смог набрать приличную скорость…, и хотя бы не отставал. А впереди красиво летело новое Чудо его судьбы: Айнара, дочь Борандая и Айры, невиданная "драгоценность" таки могучего (!) Рода Красного Орла, а лично для Вогаза – живое присутствие "Беспредельности, которое здесь и сейчас", продолжая свой "сильный" бег.

Она легко "перелетала" через пни, низкие кустики, валуны, торчащие из травы, никак не снижая скорости. Девочки, девушки, женщины тааак не бегают! Может Вогаз просто не видит её крыльев? Длинная рубаха, подол которой оптимально для такого бега приподняла Айнара, движению совершенно не мешает. И, по запаху впереди, она ещё и наслаждается высоким темпом!? Она точно тренируется! Причём постоянно. Даже мужчины так не бегают! Бывают мастера, но они – полноценные воины…, а тут совсем молодая девушка. Да она косулю обгонит!

Отбросив размышления, восхищение и "всё ненужное (?) сейчас", Вогаз решительно сузил восприятие до "коридора линии к цели". И только тогда он смог правильно "войти" в самый эффективный ритм усилий для бега, о котором так требовательно намекали все наставники, добивавшиеся нужных навыков у "будущих воинов". О Айнара, спасибо и за это! Отдельно. Вскоре проснулось "второе дыхание" и Вогаз смог (!) чуть сократить дистанцию…, есть!

Под крону могучего дуба, где сухо и просторно, он "влетел" через пару мгновений после девушки. Да у неё даже дыхание не сбито! Во-о мастерица на чудеса! И он не опозорился, что более чем странно: не споткнулся ни разу, не шлёпнулся, даже не поскользнулся на влажной траве и… не потерял свой пчак. Вот позорище было бы!? Может она бежала ещё "небыстро", давая ему возможность не осрамиться!? Ведь у подростков это всегда серьёзная проблема. Ну, сплошная загадка в ней! И красота. От неё пахло "странной силой", собранностью и немного… весельем. Полное восхищение вернулось и опять охватило подростка, проникло вновь вовнутрь, ещё больше разогревая сердце.

Айнара с милой улыбкой показала ему на качели: "Оцени и давай кататься". Сооружение сделано серьёзно: длинный срез широкого бревна прочными верёвками подвешен к большой ветви могучего дерева. Одновременно могут взобраться человек восемь. Вогаз внимательно осмотрел всё и прищёлкнул от удовольствия языком. Предложил девушке залезть первой - он для начала подтолкнёт, а затем вспрыгнет за ней. Айнара кивнула и вспорхнула на дальний край доски. Подросток убедился, что она надёжно ухватилась за верёвки, и аккуратно толкнул качели. Тут же догнал свой край, и умело взобрался на доску. Девушка, внимательно наблюдавшая за ним, кивком и улыбкой "похвалила".

… И пришла радость наслаждения, когда катаются только двое. И больше никого рядом! Только солнце, ветер и ритм. Еэээхх! А напротив меня – "лучистая" Айнара, "Нежное Сияние Луны", с ней и в ней - весь мир!

Надо чуть усилить разбег – качели тяжелые, поэтому добавлю рывок всем телом…"Иэээх"… На прогибе вперёд что-то тихо хрустнуло в спине: ниже лопаток и в основании шеи. Почти мгновенно и… неизвестная сила-вода "пролилась" (?) снизу вверх, из живота в макушку головы. Затем проникла во всё тело, наполняя "светимостью" (?) каждую часть его тела, каждую клеточку. "Брызнула" через глаза, уши, ноздри…, казалось, засветились даже его кожа. Тело необычно "зазвенело". Стало необычайно легко, как-то очень просторно и ясно ощутимо всё вокруг, рывком вернулось полное Единение и… какая-то "взрослая" собранность. Сердце необычно "запело".

…И "проснулись" и "собрались" в середине груди… все "вогазы", которые всегда(?) были в нём. Что это!? Нахмурилась и заинтересовалась переменой в его лице Айнара. Наверное, он слишком выпучил глаза от натуги. С улыбкой покачал головой в ответ: "Всё нормально, катаемся дальше".

Но внутри… он был уже "не один" – толпа "вогазов" пришла и молча "осматривалась". Затем "они все" выставили "вперёд" самого старшего и самого "опытного" среди них. А тот мгновенно "завладел" всем естеством, оставив мальчишку рядом с собой, как бы для совместной работы: показывать, обучать, запоминать, сравнивать, …делать правильные выводы и соответственно этому совершать поступки…

Смыслы необходимого появлялись мгновенно, в виде "пониманий", совершенно без слов и диалога, сразу понятные и приемлемые со стороны него, самого "младшего". Как бы "вспышки" мудрых искр какого-то глубинного знания! И началось с первого, очень сложного, о котором "старший" дал "понимание". Дальше "тот" действовал за всех остальных. Младший смог только откликаться "ему" сомнениями:

- Мы пришли, ибо у нас перед Тобой должок. Есть шанс помочь Тебе – не допустить глупостей и искалечить судьбы. Будь сильным. Готов?
- Да. Кто Вы? Предки?
- Не совсем, мы есть Ты, который был когда-то нами по очереди, но не здесь. Не отвлекайся, тут сейчас главное – Айнара и Ты! Вглядись в неё, ощути её глубже…, до сути. Сейчас, "соединённый", Ты можешь многое... Запахи, например, никогда не подводили Тебя. Соедини все свои ощущения в одно и… "вчувствуйся в Чудо"…, - и сразу получилось. Необычно. Маленький Вогаз ощутил девушку близко-близко, как будто превратился в невидимую бабочку, медленно порхающую возле самого лица Айнары, окунулся в её приятный, "уютный" и "дружелюбный" свет облика, услышал её сердце…. И пришло новое "полное понимание", породившее… катастрофу:

- Ты – не Её избранник! Тебя нет в Её сердце. …Она просто очень старается никак и ничем Тебя не обидеть! ...Прими, …смирись.
- Почему!???
- …

Вогаз "дернулся внутри себя", пытаясь вынырнуть из мгновенно образовавшейся жуткой воронки: его затягивал в громадную бездну боли, страха, печали и тоски его же собственный разрушающийся "личный мир", плохо, когда исчезает надежда на Мечту…

- Почему!???
- …Потому что Она – свободный человек. И поэтому Она – Великая Тайна, …как и Ты…
- Кто я!? И почему такое со мной!?
- Ищи ответы сам, мы можем только помочь Тебе сейчас, …но не вместо Тебя. …Ты только что был очень счастлив! Но такое – не всегда под небесами. …Изучай людей, … как и весь мир…, - и появилось чувство опустошенности. Вогаз пытался цепляться за Мечту. А вдруг эти "понимания" – ошибка!? …Но теперь уже его собственное сердце печальным толчком подтвердила неизбежность: "Айнара, лучистое "Пламя", приносящая счастье, …но – не для него".

Ясность и глубина восприятия не исчезали, помогали дальше. Видно как Айнара опять заметила перемену в лице Вогаза – сдержать возникшую печаль и разочарование во взгляде, он был не в силах. Она спросила: "Что с тобой? Ты перестал радоваться, …стал каким-то "взрослым"…" Спокойный ответ тут же пришёл из сердца: "Всё хорошо, …просто как-то необычно… наше знакомство. Так не должно быть. Наверное…". Айнара удивилась и… промолчала. Продолжила очень дружелюбно и "немного грустно" рассматривать его. Её улыбка "запахла" печалью. Как же много он узнал! И почти мгновенно. Медленный ритм качелей. Только две улыбки. С налётом печали.

…Они одновременно повернули взгляды к стойбищу – к ним приближались другие. Люди. Группа сверстников Айнары. Четыре девушки, три парня. Все старше Вогаза. Приветливые лица. Они тоже хотят покататься на качелях. …Какие "орлиные" взгляды! И пришла лёгкая "неуютность". Сжалась, наверное, от похолодевшего ветерка Айнара. Вогазу даже не захотелось поворачивать голову, чтобы убедиться. Зачем? Ей будет сложнее, ведь он - гость. "Она готовится к насмешкам и подковыркам – будь острожен и молчи, …чтобы не произошло". Качели стали замедлять ритм. Вернулись звуки стойбища и леса. Разве они уходили?

Айнара отступила от края к середине качелей, присела на доску. "Готовится спрыгнуть". Вогаз приблизился и тоже уселся рядом, в двух шагах. Качели замедляли бег. Почти остановились. …Девушкам и парням осталось подойти сюда, к дереву, полсотни шагов. Айнара почти спокойна, в ней, на мое удивление, много силы. И рядом с ней так уютно, как с… "Беспредельностью". Но только рядом с ней.

А между качелями и стойбищем есть, оказывается, странная грань. Сложная, чётко ощутимая подростком, граница – как бы мир людей там и… мир явленной "беспредельности" здесь. Так бывает!? И прохладой потянуло из этого "мира людей". Наверное, чуть усилился ветер. Приходит вечер. Солнце скоро коснётся горного хребта на западе долины. Время потекло "как обычно". Похоже, пора возвращаться к своим юртам.

Когда приближающимся к дереву осталось сделать десяток шагов, Айнара спрыгнула. Выпрямилась, скрестила руки на груди и превратилась в "доброжелательную молодую хозяйку очага". Спокойную и почти приветливую. Во-о мастерица! Она же теперь совершенно другая!? Вогаз тоже соскочил с доски. Тоже выпрямился, чуть оправил одежду и попытался стать "дружелюбным приветливым гостем". Старший "вогаз" во главе толпы "остальных внутри", оказывается, продолжал эффективно помогать. Для начала пресёк растерянность мальчишки, быстро одарил сложным "доспехом" для нового настроения – как бы "мудрая доброжелательность опытного старого вояки ко всем людям", якобы наиболее уместного для предстоящей сцены: так, чтобы выдержать неизбежное нападение "острых языков". Сомнение, что всё это правильно, проявилось у Вогаза снаружи. Но он принял новый настрой внутри – своего у него не было ничего. Посильнее натянем приветливую улыбку на лицо…

Подростки подходили не спеша, очень заинтригованные гостем. Все они оказались выше ростом... После обоюдного приветствия и представления, знакомые Айнары стали живо высказываться о визите гостей из дальнего Рода и предстоящем сватании. Им стало очень интересно, что Вогаз именно таковой и есть. Доволен ли он визитом? Конечно. Ему здесь очень приятно и необычно. Да, это его первое дальнее путешествие. Ну и так далее…

Айнара очень мягко прервала беседу утверждением, что им пора, хочет ещё немного показать гостю их стойбище до заката. На предложение девушек покататься ещё немного всем вместе она вежливо отказала. Как-нибудь в другой раз. Парни помалкивали, снисходительно поглядывая на гостя. Вогаз продолжал вежливо улыбаться.

Одна из девушек как бы невзначай заметила, что, если он будущий жених Айнары, то крайне странным выглядит его низковатый рост и некоторая щуплость. Другая сразу добавила, что Айнаре тщательнее надо кормить его с ложечки, чтобы побыстрее набирал вес, рост и не привередничал, как все маленькие дети. Третья девушка добавила, что за маленькими нужен постоянный присмотр. И она очень сочувствует подруге из-за свалившейся на Айнару неудачи, явно будут сплошные хлопоты из-за "таких несмышлёнышей"…

Вогаз тщательно изображал сожалеющую улыбку. Да, "ему очень стыдно". Участливо кивал головой на каждое утверждение - он "понимает, сочувствует и разделяет их тревоги и опасения". Запахи сказали "мнооогое" – ну полное соответствие характеров, повадок и какого-то старания быть внимательными и заботливыми у этих молодых девушек его соплеменницам, и в первую очередь, его любящим сестрам… Наконец-то Айнара решилась и вежливо, с участливой улыбкой, прервала "общение". Вогаз очень мило улыбнулся всем её сверстникам на прощанье. По спине стекла струйка холодного пота.

Очень захотелось пойти охотиться на медведя, которого можно попытаться загрызть и съесть. В одиночку. Для всецелого поднятия настроения. Но – он ещё маленький. "Очень маленький и очень глупый". Только не раньше, как ему исполниться пятнадцать. Ещё очень долгих семь лет. Айнара спокойно шла рядом, чуть впереди.

…Странный у неё запах. Будто у неё горячими были щёки и уши. Или показалось? И нет, что странно, запаха обиды. Лицо не опущено к земле. Глаза спокойно смотрят вперёд. Поступь легкая. Даже раздавшиеся позади громкий хохот парней и хихиканье девушек, а ведь не отошли и двадцати шагов от качелей, никак её не встревожили. И, похоже, не удивили. Ну да, известие, каков будущий жених, обсуждается здесь уже почти полгода. Наверное. …Всеми без исключения. Весело, … торжественно. И она как-то это всё терпит!? Пол года!?

Мысли исчезли, Вогазу захотелось уехать. Немедленно. "Надежда бывает в колючках". Провожу к юрте и… надо куда-нибудь пойти или как-то постоять неподвижно, как пень какой-нибудь, лучше лечь как "старое бревно, которому уже всё равно". Или сделать правильное дыхание что ли, дрова заготовить? Впереди ждёт… разговор с мамой. И близкими. Подробный и очень тщательный. Семья так умеет. Долго. И почему так сложно всё!?

Тридцать шагов до юрты Борандая и Айры. Вогаз демонстративно остановился. "Проститься лучше сейчас. …И быстро". Айнара с пониманием обернулась. Легкая участливая улыбка. Такая тёплая. Прощальная. Слова вырвались из груди сами, "взрослые":

- Прости, Айнара! Я подвёл тебя…, - и пришла первая пауза. Длинная.
- …Вогаз, ты ни в чём не виноват, – пауза снова. Раздумье или неизбежность, - Просто нам обоим не повезло…, - и новая пауза, тоже длинная.
- Мне, наверное, не стоило сюда приезжать?
- …
- …Я попробую что-нибудь придумать.
- …?, - грустно-ироничная улыбка Айнары, - а о родителях ты подумал?
- …Нет, …извини, - новая пауза, тоже длинная.
- …Мне пора, до завтра. Хорошего тебе отдыха, Вогаз.
- Спасибо! И тебе!...

И девушка пошла домой, не оглядываясь. Зашла в юрту. С её исчезновением в сердце подростка возникло большое и простое "понимание", по прежнему без слов: "Беспредельность пришла, принесла счастье, нежно улыбнулась, …и ушла. Ничего не оставив…" Как сон?
-----------

Стоя в пяти шагах перед входом в жилище своей семьи Вогаз всячески оттягивал момент возвращения и появления перед родными. И "правильное дыхание" пробовал. Пытался. …Заполнить пустоту. …Длинные несильные вдохи-паузы-короткие несильные выдохи-паузы. Пока не зазвенело в голове. И стало легче. …Но не в сердце. Наверное, сердце где-то потерялось. Где-то тут. Скорее всего, когда шёл от юрты Айнары сюда…, оставив в груди, голове, во всём теле толпу истерических вопросов маленького ребёнка. "Ты уже взрослый. …С этого момента. …И насовсем". Кто это сказал? Я? …И полная растерянность. Солнце зашло. Тихий вечер. Крик недовольной сойки невдалеке.

Из их юрты ему навстречу вылетела мама Тёгерин: не утерпела ждать внутри. Они там подсматривали, что ли, всей семьёй? Она – взволнована. Готова затормошить вопросами. Улыбнёмся. Радостно. Можно сказать, "счастливо"…

- Сынок, как ты!? Как всё прошло!?
- … Очень хорошо, мам, спасибо!
- Она, Айнара, тебе понравилась!?
- Да, конечно. Очень "всё" понравилось. …Наверное, исполнилась моя главная мечта. …А зачем вы всё это подстроили? Ведь так, кажется, …не положено по традиции?
- …Понимаешь, сынок, …традиция, как бы, не нарушена. …Ну, как бы случайная встреча, …которая не помешает… ничему и никому.
- Как-то всё странно… это, мам…, и необычно.
- …Вогаз, подними глаза и посмотри на меня прямо! - голос мамы мгновенно стал строже. - Что произошло!? …Что-то случилось!? Тебя обидели!? Ты выглядишь как-то… странно, …"по-взрослому". Очень…, – мамино сердце затрепетало. А мы, "вогазы", улыбнёмся в ответ. Успокаивающе. Честно.
- Мам, ну что ты! Айнара – чудная девушка. Очень красивая, умная, заботливая, доброжелательная и… она вся – хорошая. …И так не бывает. Я – не могу многое понять… в этой необычности… Мне даже немного не по себе.
- Что!??
- Ничего, всё нормально. Мам, почему все считают меня везучим?
- …Хмм, сынок, …ты как-то повзрослел в одночасье… Что случилось!?
- Мам, всё хорошо! – "счастливо" улыбнёмся. – Только ответь, пожалуйста! Я ведь взрослый уже? Правда?
- Хмм, …да, конечно. Уже. И так быстро. …Хорошо, отвечу как взрослому, Вогаз, сын Октая, сын Бахара…, мой сын. …В нашем стойбище за каждым ребёнком постоянно и внимательно наблюдают не только родители, близкие, …но и весь Род: старшие, другие семьи. И особенно старейшины. Все. …Потому что мы все - одна большая Семья. И каждый из нас имеет, как и все остальные люди на земле, свои отличия. И предрасположенности.

Все это дано каждому Великим Небом, и по согласию с Великой Мудростью, ещё до рождения – до прихода в этот мир. …Мы приходим сюда уже непохожими друг на друга. Для выживания и процветания всему Роду важно как можно быстрее, точнее увидеть и понять тонкости отличия в наших детях. И помочь Вам, чтобы Вы потом помогали семье, Роду и племени жить хорошо. Что вы любите, и что – нет. Что у вас получается хорошо, а что – не очень. Что с вами происходит, а что – нет…, или не всегда...

Вы, наши дети, – и есть наше будущее, всего Рода. И всего племени. Каждый из нас должен стараться помогать другим. Только тогда семья будет истинно счастлива. Ибо жизнь сложна, потому как сложен наш мир. Иногда бывает очень тяжело… Только помогая другим, мы "по настоящему" счастливы. И есть среди наших детей такие, рядом с которыми всё идет хорошо, лучше. …Иногда намного лучше, чем когда их нет рядом.

…Ты заметил Вогаз, что с самого раннего возраста, как начал ходить и бегать, я и другие родители отпускают с тобой детей. Например, сначала просто поиграть, потом - за дровами, потом – за ягодами или яблоками. В общем, то, что разрешено для маленьких. Старшим очень даже видно, что вы меньше поцарапаетесь, когда ты рядом, …не покалечитесь. С этими детьми …и даже взрослыми, кто пойдёт с вами, - ничего плохого не происходит. И тебе доверяют почти все. И всё больше.

Вспомни, после своей "первой охоты", с кем бы из Рода ты не пошёл на охоту снова – вы никогда не возвращались без добычи. Пусть и не такой, на которую собирались охотиться. А если тебя не берут, то охота "не совсем удачна", как если бы тебя всё же взяли с собой. Если ты рядом с кем-нибудь из взрослых во время работ в стойбище, опять же – у них нет увечий, несчастных случаев, никто не поругается, …даже заноз почти нет. Работа будет сделана. Правильно и надёжно. Даже если ты никак не помогал, а просто "играл". Но рядом.

У тебя, конечно, есть свои царапины, синяки, ушибы. …Свои глупости, нетерпение, может и мелкие неудачи. Но это – из твоей личной судьбы, от которой не уйдешь и не спрячешься… - таков ты внутри. Как все. …Но чуть "больше тебя", как бы снаружи, …если "видеть тебя, как бы, для других" – и ты, оказывается, легко делишься удачей с другими, не задумываясь и не прося ничего взамен. И ты уже не поменяешься.

Поэтому я горжусь тобой, волнуюсь за тебя... И теперь могу об этом тебе рассказать, мой сын. Ибо ты - взрослый. И ещё, может главное, ты – "нечто большее" и для меня, и для всех – для Рода. …И таким был твой отец, Октай, сын Бахара, сын Водана, "Зелёный Манул из Рода Горной Змеи"… Тогда, …потом мне сказали, - её голос сорвался на мимолётный легкий всхлип (?), но она всё-таки твёрдо продолжило, - …что "ты заменишь его", - мама не заплакала. Просто закончила:

…старшие видят многое, суть …и понимают глубже: ты – "охранный подарок" нашему Роду Горной Змеи от Небес. …Своенравная и доброжелательная, очень упёртая, но и очень отзывчивая, …иногда странная и добрая - …наша "маленькая небесная тамга", всё это – ты, сынок. Знак! И мы все очень хотим, чтобы ты был счастлив! Чтобы тебе было тепло, радостно и уютно в семье, Роду, племени. И ещё потому, что ты – мой сын. Уже взрослый, сейчас и здесь. …И ты – часть нашего будущего.

- То есть, я могу легко делиться удачей с другими? Помогать им? Так, мам?
- Да, Вогаз. Это просто происходит с тобой. Почти всегда и, как бы, незаметно. Ты всё понял?
- Теперь да, конечно.
- …Итак, что…, - но Вогаз мягко и просящее перебил её:
- Мам! Я проголодался. Очень! Можно мне что-нибудь поесть? – это должно оборвать возобновление расспроса. …Есть, получилось! Мама Тёгерин мгновенно, почти паникуя, переключилась на более важную, "по сравнению со всем остальным миром", проблему – надо немедленно покормить её ребёнка. И пусть только попробует хоть кто-то встать у неё на пути! А чуть позже она вспомнит, что нужные ей ответы уже получены. Всё нормально…

Вогаз честен? Ну да. Он действительно очень проголодался. И продолжает счастливо улыбаться. И он знает свою маму, любящую и заботливую. И которая пресечёт всяческие попытки остальных близких продолжить расспросы её изголодавшегося, уставшего мальчика. А тот сразу после еды начнёт зевать. И непрерывно зевая, будет на всё откликаться "угу"… И его быстро отправят спать.

…Прошла середина ночи, глаза Вогаза открылись. Тихо. Все спят. Устали от волнений, впечатлений, переживаний. К нему же сон, конечно, и не думал приходить. Столько всего… Многого не зная, особенно слов, чтобы правильно назвать "то" или "это" в необычности сегодняшнего дня, в новых переживаниях, открытиях и чудесах, подросток прокручивал каждый момент прошедшего дня перед глазами с целью запомнить всё. И в мельчайших деталях. Со всеми оттенками, запахами. "Чтобы понять потом!" …Память у него хорошая. А для "непонятного и необычного сейчас" он будет внимательно учиться новым словам, понятиям и размышлениям. Потом. Ибо с ним что-то произошло! Очень и очень необычное…, чудесное, и стало очень интересно жить дальше. И ещё он стал взрослым. Насовсем.

Ещё немного и появиться возможность выскользнуть из юрты. Вогазу нужен совет и помощь! Но не от близких. Ибо сразу будет скандал, и серьезный. Точнее – страшный. Подросток даже не пытался представить, что произойдёт с любящей мамой или любящим, прямым как ствол ели, братом. И тем более, с любящими его сестрами, очень памятливыми и настырными. Все они чтят традиции и порядок – поэтому скандал может быть… оглушительным. Ну, нет сейчас у него никого среди людей здесь для обращения за советом.

…Но у него всегда есть Октай, "ушедший" отец. Его родитель, который сейчас со всеми далёкими предками. …Надо обратиться к Ним! Страшно это, ведь Вогаз – не шаман. И не "умеет как шаман"! Но на весах - многие судьбы: Айнары, её родителей, её Рода, а также его семьи, его Рода. …Целых двух Родов! Поэтому Вогаз попытается. Ведь надо быть сильным…, от неспящих внутри "вогазов" пришёл отклик-понимание: "И хорошо, если повезёт – отделаешься мокрыми или грязными штанами…". Вогаз "откликнулся" в ответ со всей своей упрямостью: "Ничего. Постираю".

Мысль о зловещем обряде, категорически запрещённом для младших, без участия родителей и обязательном присутствии-водительстве шамана-защитника, возникла очень необычно и быстро: когда мама упомянула его отца. Предварительное решение помочь Айнаре избавиться от навязанного семьями жениха, то бишь себя, он принял в момент их прощания вчера. Представить себе её как будущую жену, всё равно, что угасающую на его глазах от грусти и тоски птицу в клетке, он не мог. Да и не хотел.

Айнара должна получить право сделать выбор о будущем муже и своём счастье сама. Но её смирение перед родителями, стойкость перед молвой людей уже недостаточны! Сейчас. Ибо молода. И должна слушаться старших. В общем, она должна терпеть неизбежность и дальше!? Поэтому рискнёт всё изменить Вогаз. Он не хочет, чтобы она страдала. Теперь надо понять, как сделать правильно. А он не может многое объяснить даже самому себе… "Нужна мудрость и опыт". А это есть только у тех, кто старше всех…. Если он допустит малейшую ошибку, то смерть "тут же положит холодную ладонь ему на плечо…".

Пора. Сон семьи крепок, даже младшие дети крепко прижались к матерям. Вогаз превратился в "холодную змею, которая не торопясь" выбирается из юрты. Это легко, нужно всего лишь терпение и аккуратность. Получилось! Пчак – на поясе, из рукава за пазуху куртки переложен кусок утаённой во время ужина маминой лепёшки. В одежде всё застегнуто и подтянуто. Вокруг юрт и рядом в стойбище никого. Надо вслушаться, определяя звуки и …запахи. Собак по приезде в долину он не видел. Но лучше быть готовым…

Ночью Вогаз видел достаточно хорошо. А сейчас ещё и помогает почти полная луна: всего три дня после полнолуния. И восхитительные звезды! Соединимся в единое чувство, как ему показали "вогазы". Тихо, никого… Вот "северная звезда". Значит туда! Легким бегом. И так, как научила Айнара! Ещё раз спасибо! Тело "как бы само" найдёт удачное место, надо только "правильно" бежать. Нельзя идти или искать как обычный человек…

Долго - уже четыре полёта стрелы. Скоро закончиться долина…

Есть! Оно. Спасибо небесам и местным дэвам – впереди "правильный" холм без деревьев. Слева от него, как и нужно, высокий простой валун у подножья. Как раз на западной стороне! На него положу кусок лепёшки – моё подношение Владыке Запада, Эрлику, Тому-Кто-Встречает-Уходящих. Теперь – на вершину холма! Север – передо мной. Сесть на колени: смирение и уважение. Достанем пчак, мой взрослый нож, то есть сила и знак. Поднимем руки прямо перед грудью. Я готов умереть сейчас и здесь, если что-то пойдёт неправильно!? Да, готов.

Надрез на левой ладони. Так, чтобы лезвие пчака немного покрылось кровью. И сильно втыкаю нож в землю. Ладони делают два хлопка перед грудью, привлекая внимания "Всего". Руки в стороны, обхватываю небо и громко, из сердца:

- О, Великий Отец-Небо и Великая Мать-Земля! Я – Вогаз, сын Октая, сын Бахара, Зелёная Ящерица из Рода Горной Змеи со склонов северного Тэнгритау! Обращаюсь к Вам, а также к Великим Дэвам этой долины и этих гор, за разрешением на беседу с духами моих предков! Мне нужна их помощь и совет!

Теперь просто ждём, не шевелясь. …Почти без надежды. …Так не делается, но очень нужно.

Слева, с запада, – жуткий крик ночной птицы. Значит, Владыка Заката, оповещён другими и решил "соприсутствовать". Ну и ладно. А вот к Нему вслух мне обращаться никак нельзя! Возможность умереть станет почти неизбежной. И ещё говорят, "что смерть всегда слева от нас, просто в какой-то момент она прикоснётся к твоему по плечу и поведёт в западный туман…". Помню. И мне страшно. Но сейчас главное – север. Ибо "оттуда смотрят на нас ушедшие предки"… Мне надо "соединиться"… Так, и… "открыть что-то собой". …"Вогазы" внутри предложили, похоже, предпоследнюю помощь. Единение!? Рывком. Есть!

Север под неподвижной звездой шевельнулся и степенно выгнулся "ко мне сюда" могучим клином темноты. Составленный из многий теней, разных и единых вместе. И он - "Мой!" Соединенные ощущения не подвели, "понимание" было чётким и однозначным. Сердце подтвердило… Клин навис над холмом, ощущение – сидишь под высоченным горным уступом. Запах "неживого", сильного и чуждого людям. Но – "мой", значит "мои предки" откликнулись и пришли. Почему я не рад!?

И раздался Голос внутри головы. Могучий, очень древний, множественный и безжалостный, голоса моих "вогазов" в сравнении с "таким" – истинные младенцы:

- Почему ты потревожил Нас, маленькая ящерица!? Вне правил и беззащитный!? Неужель так безрассудны стали Наши дети!? Или только ты, глупец, мнящий себя смельчаком, решился!?
- Мне нужна Ваша помощь и совет.
- А что семья и старшие в Роду обходят тебя вниманием, заботой, наставлениями!?
- Нет, нисколько. Просто я стал взрослым и хочу теперь решать сам.
- Тыыы – взрослый!? Х-ха… Насмешил. …А с чего ты так решил!? …Не искушай своей судьбы – удачи мимолётны! А опыта и знаний, как опоры в жизни, в тебе - "на песчинку". То есть, пока – ничто. Но ты уже готов, дерзкий, пойти против старших!
- Я прошу помощи и совета у Вас не для себя, а для Айнары, дочери Борандая и Айры, из Рода Красного Орла южного Алатау...
- Нет!!! В этом Мы не будем тебе помогать, маленькая ящерица-несмышлёныш! В остальном – возможно. Если заслужишь!
- Почему!??
- …А кто ты такой, чтобы знать!? Жалкое восьмилетнее созданье под Великим Небом… Каков твой главный выбор жизни!? …Не знаешь. Но торопишься делать поступки. Позор! …За то, что воспользовался помощью "скрытых", непослушание старшим и созревший протест будешь соответственно наказан! Трижды! …Ну, а для учёбы первое испытание тебе: с оборотом ночи, из "скрытых" …разгильдяев, которые с тобой, останется только один…, но, хм-м, "самый полезный… для тебя". Дальнейшее – примешь потом. Если сможешь понять. Прощай, маленькая ящерица! И… не смеши Нас своими глупостями. Такое быстро надоедает. Даже Великому Небу. Лучше учись…, - голос в его голове постепенно затихал.
- …Спасибо!
- …

"Темный клин" величественно втянулся "в север"… Вогаз встрепенулся от резкого похолодания – предрассветный ветер. Хищно блеснула светом заходящая луна: "Дома надо спать, а не глупости своей потакать!"…Ночное небо и округа стали обычными для восприятия. И "чужыми" для него. Немедленно назад. Не оборачиваясь. И бегом... У примеченного вчера ручья Вогаз умылся, вычистил пчак, промыл ладони. Приложил знакомые листья к порезу. Недалеко от своей юрты присел подумать. До рассвета ещё есть чуток времени. Но немного. А с утра – ему продохнуть спокойно не дадут предпраздничными хлопотами…

- Ладно. Итак, что я могу и не могу? Да так, чтобы близкие "не убили"… Эй, "мои вогазы", где вы? Попрятались? Вот уж не знал, что о вас оказывается известно Предкам!? Дайте совет – как мне помочь Айнаре?
- "Давай-ка, ты лучше сам. …Ты уже взрослый, везучий, выжил после "такого" на северном холме. …Нам тут, каждому …"своё отмеряно" более чем достаточно. ...Как поступают умные? Вспоминай, чему тебя учили мать, брат, сёстры, близкие. …Чему наставляли, что упоминали (!)".
- Ладно…, - и с красивым рассветом "от юга" ему пришло точное "понимание", как он сделает! А все остальные варианты – или нечестны, или… "нехорошие". Тихо прокрадываемся внутрь юрты.

- …Спи, мам, я по нужде выходил…
-------------

Утренние хлопоты ворвались в сознание подростка могучим весенним паводком. Семья с рассвета носилась по юрте водоворотами бурной горной реки, втягивая и выталкивая Вогаза из своего течения для того или иного момента подготовки к праздничному событию. Мама Тёгерин, как главный дух этой стремнины могучим авторитетом и опытом придавала "течению" то или иное направление действий каждого члена семьи.

Умывание, завтрак, кормление младших детей, распаковка и подготовка подарков Айнаре, семье Борандая и Айры к торжественному вручению, напоминания о ритуале, споры, переодевания, приведение себя и, отдельно, жениха в порядок. Отмыли дочиста сверху донизу, зачем то!? В общем, хвала Небесам и предкам, никого не придавили и ничего не разбили, не порвали. Странно…

Могучим прибавление к радостному переполоху послужило прибытие деятельной и взволнованной досточтимой Боргон с двумя энергичными тётками, решившей оказать помощь лучшей подруге и проследить... В общем, "к клубку ошалевших Змей приобщились изголодавшиеся Орлы". И получилась слияние образов. Образовалась куча-мала из "змееорлов", в которой все знают, что делают. Ко всему быстро наладилась почти прямая координация с явно таким же переполохом-подготовкой в юрте Айры. Остаётся только выразить, про себя, искреннее сочувствие Айнаре. Поток неизбежности двигался без остановок и промедлений.

Вогаз после нескольких окриков, подзатыльников, поглаживаний по щеке, голове, быстрых пожеланий счастья мудро вёл себя как покладистый сын, любящий брат, любимый племяш, готовый немедленно выслушать, повторить наставление, переодеться в… "нет, не вот это…, а в то…". Привычно подхватывал малышей из-под ног у взрослых, мягко отбирал у них выхваченное из кучи различных вещей и тюков для игры запретное или опасное. …Казалось, все и всё готовы к празднеству по несколько раз…

Стремнину "потока" взорвал вопль младшей сестры: "Сваты готовы!" Разом все замерли. …И раздался спокойный и твёрдый голос мамы Тёгерин: "Все! Встали за мной по очереди у выхода из юрты. …Первый – Байсар! Подойди ко мне!"… и ритуал начался. Семья мгновенно преобразилась в праздничную процессию, взволнованную, дружелюбную и готовую к торжеству предстоящего сватания.

Вогаз плёлся позади семьи. Доброжелательная тётя Боргон вела его нежным движением ладони за плечо. Почти "по орлиному". За спиной жениха замыкали процессию две улыбающиеся тёти солидной стати и с "орлиными" повадками. Ещё два лика Неизбежности с тёплыми улыбками добродушно смотрят ему в спину.

…А дальше был ритуал, который свят, неизменен и… красив! Почти в полдень наступила кульминация: перед самым началом застолья, досточтимая Айра, держа на руках годовалого, ухты, младшего сына, вывела из своей юрты дочь Айнару, празднично одетую, спокойную, статную и… восхитительно красивую. И опять ему не хватает никаких слов! …Только сердце зажглось уже привычным счастливым "пониманием" – лучистая Айнара…, "Нежное Сияние Луны". …И "Беспредельность пришла сюда к нему снова…". Вогаз опять "размножился", внешне впадая в уже привычное состояние "умилённого ступора".

Края осознания отмечали удивлённые возгласы, восхищенные вздохи всех людей вокруг: "как хороша и красива невеста…", "как умиляется и восхищён жених…", …"как всё удачно…". Последнее заставило Вогаза мгновенно насторожиться! Что удачно!? Ага, вот, что они имеют в виду! Айнара несёт ему большую миску "семейного приветственного кушанья". Полную! Не пустую… А могла бы "пустым подношением" выразить протест!? Похоже, нет. И у Айнары очень "нерадостный" взгляд… Сплошное смирение.

Вогаз как можно сильнее всмотрелся, внюхался, "вчувствовался" в свою будущую невесту… Ниии одной искры-оттенка радости! Только печаль. И смирение. Она даже не смотрит на него, потупив глаза. Простая милая и скромная улыбка на уставшем лице, наполненная до краёв… только тоской. "И поэтому я поверю сейчас только своему сердцу", - решение выразить протест стало у Вогаза окончательным. …Только никак не удается согнать со своего лица умиление и "упоение" восхитительно красивой Айнарой. "Терпим. Недолго осталось".

Его руки приняли миску от невесты. Свершилось! "Угощение поднесено и принято"! …Запах чего-то там "очень вкусного" стремительно закружил голову. Уууммм! Судорожно сглотнулась слюна. Тьфу, он ещё и проголодался – воо, аж "слюнки потекли"… Чуть ли не рекой. Может, специально его не покормили утром!? "Ууу, предусмотрительные… змеи". Жених и невеста сделали по два шага назад. И близкие с обеих сторон быстро застелили между ними длинную кошму-скатерть. Шустро расставлялись многие и разные блюда, напитки… А запахи!!!...

Готово! Сели друг напротив друга Айнара и Вогаз. Справа и слева от них торжественно расселись соответственно лицом к лицу две Семьи, гости. Два Рода – "Красный Орёл" и "Горная Змея". Два различных множественных Лика. Соплеменники! Яркий полдень. Таинство сватания в разгаре... И теперь черёд Слова жениха – Вогаза, сына Октая, сына Бахара.

Как вкусно! Ням, ещё… ням, и …ням, и… ещё. Это такое!? Кажется, мама не готовила такое ни разу! Казалось бы, привычная каша! Но, с …кусочками оленины, …корешками и …пряностями. …Какие-то овощи!? Ням, и… ещё раз ням. – Он ест. Взахлёб!? Вокруг восхищённые возгласы типа "во-о, наминает…" И умилённые взгляды Айры, мамы и тёти Боргон. Да и остальные смотрят почти также. Некоторые цокают языками от радости за жениха и невесту-умелицу.

А напротив, побелевшее лицо Айнары, её судорожно сжатые кулачки... Она так и не подняла глаза на него. И поэтому я смогу! …Осталось чуток каши. Стоп! Хватит. Медленно опускается миска. Глаза сами поднимаются к горизонту. Юг! Прямо передо мной. Именно оттуда, по словам старейшин, приходит "правильная" сила удачных решений… И ни облачка на небосклоне: Великое Небо внимательно следит за подростком-женихом…, решай! Сейчас. И говори Сердцем своим! Громко! Время пришло.

Взгляд Вогаза плавно переместился на лицо Айры. Всмотрелся… Спокойно, мудро, как то по-стариковски. …"Она очень хорошая мама! …Как и мама Тёгерин, …они бы, возможно, стали подругами". Легкая боль, от прощания с красивой и желанной до конца дней Мечтой в сердце, вытолкнула из груди наружу громкие, спокойные и решительные слова взрослого мужчины, слышные всем: "Это было невкусно".
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

окончание 2й главы

Сообщение kalpa » 23 июл 2013, 19:10

…"грохот" отвисших челюстей, испуганно-удивлённые возгласы, взметнувшиеся вверх ладони прикрывать раскрытие рты или сжимающиеся от негодования кулаки у всех присутствующих…, - всё это Вогаз ощущал каждой клеточкой своего спокойного тела. Впала в ступор потрясения Боргон, нахмурились и сжали кулаки её "орлиные" тётки. …И тихое умиротворение сердца. Опустим глаза вниз, зрение ему сейчас было совершенно излишне. Зачем!? Всё и все итак ощущаются точно, с почти одинаковыми запахами, их оттенками. И пришла тишина. …Перед чем!?

…Он поставил миску. То есть "завершил ритуал". За его жестом проследили взгляды всех. Отметил медленный, едва заметный, выдох облегчения теперь уже несостоявшейся невесты. Запах обозначил удивление и радость Айнары. Ненадолго. И Вогаз превратился в камень. Перед страшной грозой! У такого "неподвижного" появились мысли: "Я смог"…, и почти сразу следующее - "Убьют. …Нет, они меня любят - буду чистить котлы. Долго. Вдумчиво. Лет двадцать. Или – до конца дней. …Ничего, буду чистить!".

"То есть что!? Как бы, де-факто он "нажрался", а де-юре – "нахамил"? Всем. Правда, таких понятий он не знал". Если бы они с Айнарой не увиделись вчера, то сегодня бы он мгновенно поступил наоборот. …Но они увиделись.

А в напряженном, даже как-то зловещем, затишье первым раздался громкий и твёрдый голос его мамы: "А теперь, мой сын Вогаз встанет, и пойдет проверить силу своего маленького лука и остроту взгляда, чтобы попрактиковаться как начинающий охотник и вдумчивый взрослеющий воин. …На севере я тут приметила удобную опушку леса. В полёте стрелы отсюда". Все уставились на Тёгерин. Мудро. Мальчишка выпроваживался из-за стола, чтобы взрослые могли обсудить его поступок без скандала, нежелательного для юных ушей…

И… с мамой Тёгерин не спорят! Вогаз спокойно встал и на деревянных ногах пошёл к их повозке забрать свою "гордость" – его первый взрослый лук. Настоящее оружие, которое тщательно сделал брат Байсар, заменяя отца, терпеливо показывая и поясняя все семейные тонкости изготовления младшему. По словам наставников, Вогаз делал первые успехи как будущий стрелок! …Правда, сейчас это ничегошеньки не значило.

Мама просто имела в виду, что ему "следует тщательно обдумать свой проступок и быть готовым пояснить близким причину протеста и несогласия с решением матери, двух семей, двух Родов". И почему, да и откуда вдруг, возникла смелость, приведшая практически к оскорблению невесты и её семьи, опять же – обоих Родов, давших согласие на сватовство. Потом. Обязательно.

…Странно, она показывает всем, что "он – взрослый".… Потому что не отправила испробовать более привычные и "регулярное" наказание: чистить большой котёл. Якобы очень помогает подросткам обдумывать свое неподобающее поведение и поступки. И помогает – проверено Вогазом. …Очень странно!

Удивлённый Вогаз, делая первые шаги к повозке, насторожился и …неожиданно "расплылся", "оставив свои вторые глаза и вторые уши" там, рядом с мамой, наблюдая за всем застольем как бы "сверху"... Как такое "разделение" возможно!? Но "оно такое" произошло, и юноша немедленно этим воспользовался из-за воспламенившегося любопытства: быть и здесь, и там одновременно. И того "вогаза", который "там и чуть сверху" никто из присутствующих не замечает. А "вогаы", оказываются, могут необычное!

После ухода младшего сына Тёгерин в продолжавшейся тишине сорванного ритуала сватовства быстро сунула указательный палец в его отставленную миску с угощением. Подобрала порцию из остатка и тщательно распробовала. …И все по-прежнему смотрели только на неё! Молча. Мать Вогаза удивилась, удовлетворённо воскликнула: "Гмм".

И выдержав небольшую паузу, обратилась к замершей и немного испуганной будущей невестке громкими чеканными словами: "Айнара, у тебя доброе сердце и хорошие руки! Твоя стряпня достойна всяческих похвал! …И очень вкусна!" Перевела взгляд на её удивляющуюся мать и также твёрдо продолжила: "Досточтимая Айра! …Выражаю Вам искреннюю признательность от всей нашей семьи за все Ваши усилия в воспитании такой прекрасной дочери! И более чем умелой будущей хозяйки очага! Айнара, как никто на моей памяти, отлично справилась с соблюдением требований нашей традиции.
А теперь…, будьте добры, проводите меня, если можно, прямо сейчас к вашему шаману – я очень хочу узнать "кое-что большее", которое недоступно нам, простым людям, сейчас. …По дороге и поговорим. Вдвоем. …Остальные, я думаю, присоединяться к нашему визиту".

Айра, плотно сжав губы и хищно сощурив глаза, внимательно выслушала обращение Тёгерин. Немного подумала… и удовлетворённо кивнула. Она что-то тихо шепнула дочери. Айнара тут же подхватила своего младшего брата с рук матери и с уже ничего не выражающим лицом быстро ушла в родительскую юрту. Все остальные встали и направились к центру стойбища. Мамы пошли впереди и начали тихую беседу. Всё ещё потрясённая тётя Боргон шла позади всех, напоминая враз постаревшую "больную птицу". Возможная крайне неприятная сцена размолвки двух семей и последующий громкий скандал были обоими "сторонами" предотвращены.

Вогаз той частью себя, которая "там", немного проследил, как Айнару отправили домой, её тётки и родственницы стали убирать остатки "торжественного обеда". Им помогали его младшие сёстры. Все тихо перешёптывались. …И Вогаз мягко "соединился" вновь. Ему предстояло идти, куда указано и готовиться к будущим сложным расспросам близких. Не оборачиваясь.

Похоже, за свою выходку ему придётся серьёзно заплатить не только духам предков, которые сказали много непонятного, но и от каждого в его семье стоит теперь ожидать многократных "подарков для его ума". …Так, кажется, здесь. Очень красивое место! ...Берём лук, поправляем оба кольца на больших пальцах, накладываем первую стрелу. …"Правильное" дыхание. Изготавливаемся к стрельбе.

Настрой на упражнение почти отмел в сторону большинство переживаний. На ладонь от себя. …Так, для начала – десять шагов до того высокого пня… "Убьют"… Первая стрела – мимо…. "Нет, любят и терпят, но не насовсем", – вторая стрела почти точно в цель. …Где грань "правильности" выбора? И что такое "правильно", если напрямую между его сердцем и Великим Небом? …Третья стрела – почти в цель.

…Увеличиваем дистанцию до пятнадцати шагов. …Почему всё это – со мной!? …Великие предки отказались помогать – понимаю. …"Заплатишь трижды" - принимаю. …Нельзя принимать помощь "скрытых". …Почему!? Только благодаря их вмешательству я смог удержаться от грубых выходок и позора, приличия мной соблюдены, …и вообще жив до сих пор! …Кто таков "самый полезный для меня" из... У меня – очень неприятные предчувствия! …Пусто и тихо.

После пятого выстрела руки сами опустились – накатила безмерная печаль. И тоска. И бездна под ногами, под сердцем. И, наконец, пустота… Почти смерть!? Неожиданно подлетала большая бабочка. Снова. …"Может эта та, вчерашняя?" Неизвестно. Опять аккуратно поднялось, как бы само, его запястье встретить и предложить отдых и защиту на мгновение... И хрупкое создание доверчиво приземлилось на руку Вогаза. Снова. "Этому созданию намного сложнее – за считанные дни жизни надо пройти все превратности судьбы" и… "Сюда кто-то идет".

Бабочка вспорхнула и унеслась, оставив понимание-смысл: "Можно пытаться"… Даже провожая полёт красивого насекомого, Вогаз уже "знал" – к нему скоро подойдёт Айнара. "Лучистая". "Нежное Сияние Луны". Попрощаться. …И принесёт, как ходячая "сказочная беспредельность", ему новую, большую-большую порцию неизбежности, непустую… Вкусную!? Съем всё, потому что из её рук. …И придётся всё остальное также принять и смириться… Почему!???

- "Потому, что надо уважать свободу, …если хочешь, чтобы Небеса уважали твою…" И кто это тихо сказал? Ведь сейчас Айнара – только в двадцати шагах от него. Я сам? Или Небеса? Или...

Подросток повернул голову и ощутил вхождение в "умилённый ступор" с первого взгляда на приближавшуюся девушку. Сердце затрепетало. Всё…, и снова! Время опять замерло.

Он очень устал, почти превратился в "старика". Но Единение властно встряхнула, заставило подростка мило улыбнуться "Беспредельности". И постараться запомнить его невесту, бывшую…, все подробности облика, лица, фигуры, запахов, легкой походки... Его голова, а за ним и всё тело зазвенели от восхищения. Только печаль сдавливала горло. "Пришло время проститься".

- Вогаз, ты здесь. Как ты?
- Нормально, …наверное. …Извини, я никого не хотел оскорбить. …И было очень и очень вкусно. …Но по-другому было бы хуже…
- Знаю и спасибо тебе! Ты решился. Я бы – не смогла. Странно, но и скандала после твоего ухода не было. …У тебя очень мудрая и сильная мама! У неё можно многому научиться всего за несколько мгновений. Послушай, как всё произошло…

И Айнара подробно рассказала Вогазу об окончании застолья – то, что ему уже было известно. Детальный пересказ девушкой, к его удивлению, полностью подтвердил переданное ему "вторыми глазами" и "вторыми ушами". Как такое ему назвать!? Что это произошло с ним!?...

- Ты смелый, Вогаз.
- Айнара, а …можно я тебя украду!? Я вырасту, ты же видела моего старшего брата! Я буду похож на него!
- …Но не безрассуден ли!? Может, топнешь ногой и объявишь всем войну? - расстроено-ироничный взгляд девушки медленно наполнялся печалью.
- Прости! Вырвалось…, наверное, я совершенно не взрослый. Просто я так счастлив, что ты рядом!
- Ты - немного странный…, хороший. …Прости, что я… Но тебя действительно нет в моём сердце. …Поэтому я и сказала вчера, что нам обоим – не повезло. …А ты не воспользовался традицией. Ещё раз спасибо тебе! …Правда, судя по нашим мамам, …старшие не изменят решения о помолвке.
- Айнара, ты – свободна. И я обязательно что-нибудь такое найду или придумаю. Ты будешь счастлива. …А я буду всегда помогать… как бы издалека. Как бы меня уже здесь нет и …никогда не будет. Я не знаю, как это объяснить, но уверен – у меня получиться! И …возьми вот это. …Это важно! …Я точно не знаю, но должен передать тебе.

Руки Вогаза быстро выхватили из-за пазухи давно приготовленную деревянную мальчишескую поделку – грубо вырезанную ножом из деревяшки маленькую "бабочку" в четверть ладони на тонком кожаном шнурке. …Айнара приняла подарок, с улыбкой развернулась к нему спиной и приподняла волосы – дала возможность Вогазу собственноручно повязать значок-безделушку на своей шее. От её восхитительного запаха подросток чуть не умер, "от счастья"… Девушка снова повернулась лицом, подержала руками "бабочку" перед глазами и аккуратно спрятала за отворот рубахи вовнутрь, поблагодарила:

- Спасибо! Это мило.
- …И ещё, …моё "Первое Имя" – "Зелёная Ящерица из Рода Горной Змеи". Это тоже я должен сказать тебе. …Не знаю, почему. …Просто должен и всё. …Знаю, молодые говорят друг другу "Первые Имена" только в день их свадьбы. Не раньше. Извини, не удивляйся. И не обижайся. …И не говори своё, я чувствую, что оно - очень красивое,… как и ты. Но не говори мне, пожалуйста! Тебе нельзя! Только теперь я смогу… искать возможность. Только отдав своё Имя. Хотя это и нехорошо. …Тебе уже ничего не надо делать. Просто жди. И доверься! Я никак не могу это объяснить, не понимаю точно сам. Но знаю - всё будет хорошо для тебя. Для меня ты – не просто человек, а… "нечто большее". Поэтому мне можно попытаться. …Поэтому я буду искать "ещё большее", чтобы помочь тебе. И это будет… издалека. Я пока не знаю слов… Но ты будешь свободна. …И тебе пора идти. Скоро мамы вернуться. …Будет сложно. … Прощай, Айнара! И жди.
- Прощай, Вогаз! Удачи тебе!
- И тебе.

"И Беспредельность… снова ушла", - Вогаз глубоко вдохнул, сильно зажмурил глаза и повернулся в другую сторону. Долго провожать взглядом "лучистую" Айнару у него не было сил. Лучше смотреть в …пустоту.
--------------

Солнце почти снова касается западных гор. Скоро вечер. Много времени прошло. И зачем!? Сижу на коленях лицом к северу. "Перед ликоми далёких предков". Не зову их – они и так очччень хорошо меня видят! И что-то готовят. Или уже приготовили, время для них – никак не помеха. "Приму".

Сначала чутье, потом слух дали ему знать, кто-то – на подходе. Недовольный, но держит себя в руках. …Или брат, или зять? Скорее всего, Байсар. Его почти не ощутить: опытный охотник, один из лучших в Роду. Что бы он не обиделся как "первый наставник", вскакиваю и быстро три стрелы - в тот старый пень… Ещё две – не торопясь, тщательно. …Ну, получилось. Ну, нормально. Тьфу… Ведь брата это сейчас ни капельки не порадует! Он спокойно появится и… кивком головы позовёт возвращаться к их юрте. Молча. Ибо ждёт впереди… беседа с Семьёй. С расспросами. С неизбежным "правильным" решением мамы. Тогда собираю стрелы…

Так и произошло.
-----------

Пока возвращались к юрте, Байсар не произнёс ни слова. И, похоже, по запаху, "грустил"…. А внутри Вогаза накапливалась "раздвоенность". Он оставался сыном, братом, мальчишкой – человеком и "кем-то", которому мир людей переставал быть интересным. На время. И это не пугало. А просто "появилось" в нём. Тот, "второй", как бы уже завтра мог уйти…, навсегда. Что это!? У кого узнать, как расспросить!? Ничего не сказав про Айнару!

Их ждали. Недалеко от временной юрты мама Тёгерин, в окружении невесток и дочерей, ждала. Обоих сыновей. Взрослых. Старшего и младшего, Байсара и Вогаза. Таких разных… Её зоркий взгляд издалека начал "проникать вглубь" младшего, ну совсем "не взрослого". Сильно, наполненный материнской заботой, взгляд. А также, теплом и… строгостью установленного порядка Семьи, Рода. "С мамой Тёгерин – не спорят!".

Вогаз остановился перед матерью, сел на колени, отложил лук и колчан: смирение и уважение. Байсар сел возле своих жён. "В его семье – всё хорошо. Их уважают, даже гордятся". Мама просто спросила младшего сына:

- Мой сын Вогаз, скажи прямо, почему ты так поступил?
- Мам, я не знаю. …Точнее, я никак не могу это понять сам. …Это что-то очень сложное. …Необычное. У меня совершенно нет слов объяснить. Но по-другому я никак не мог. Извини. …И можно как-либо передать мои извинения досточтимым Борандаю и Айре? …И Айнаре?
- Приготовленное невестой блюдо было вкусным?
- …, разве я нарушил традицию!?
- Ну…, нет. Но почему ты поступил именно так!? Почему не предупредил!? Сказал бы заранее…, мы бы что-нибудь придумали…
- Не знаю. …Тогда…, взяв миску, я посмотрел на небо. …И такие слова вышли из меня сами. …Я не знаю, что это. И не знаю, как это объяснить. …Я никак не хотел оскорбить Айнару! И её родителей, их семью…
- Айнара тебе нравиться!?
- …
- Не молчи!
- …
- Так…, мой упрямый и… избалованный сын. Быть взрослым, значит чтить порядок, всегда следовать ему. Это основа любой семьи! И моей тоже. Слушай моё решение. Твоя свадьба с Айнарой будет. Хорошая девушка, красивая,… она ничем не заслужила такого оскорбления и позора! И её семья. И её Род. …Как многое ты растоптал в один миг!!! Мне стыдно за тебя!!! ...И я буду теперь внимательно смотреть, как ты …продолжаешь взрослеть. …Своим странным поведением ты напомнил мне немного молодого Октая, твоего отца. Но у нас с ним всё произошло более чем удачно и хорошо! Вогаз, подними глаза на меня. …Ты что-то знаешь!? Здешний шаман как-то странно высказался о твоём сватовстве. Мы все кое-что так и не выяснили. Ладно, узнаем потом. …Мое решение ты слышал!?
- Да, мам.
- Так. …А сейчас ты пойдешь в нашу юрту с остальными маленькими детьми. Присмотришь за ними, пока старшие не вернутся. А за тобой присмотрят мои младшие дочери. Внимательно. Если тебе вдруг станет скучно, ты поможешь им готовить ужин. Они подскажут и проследят. Из юрты – ни шагу. Я и старшие идём на совет старейшин Рода Орла рассказать о решении нашей семьи.
- Да, мама.
- Завтра на рассвете мы возвращаемся домой.
- Да, мам.

С рассветом семья собралась и… отправилась с другими гостям в долгий путь к родному Тенгритау. Досточтимые Борандай и Айра с сыновьями и невестками помогли в сборах. Но Вогаза при этом просто "не замечали". А он всё время старался не попадаться им всем на глаза. Подойти и извиниться подросток так не решился. Никак. Стыда было в нём "на высоченную гору, раздавившей его плечи". …Якобы мама передала его извинения. Укор в во взглядах его собственных близких был по-прежнему ужасающе тяжек и невыносим. И Айнару, конечно, он даже мельком не увидел. Ибо сказано: "Нечего". Всё было молчаливым, тихим, тягостным. Сильно разболелась голова. И поэтому прощание для него превратилось в "туман". Или сон?

С выездом в предгорья Алатау, изменился запах трав, земли, воздух стал другим. Приблизилась Великая Степь. Эта перемена странно выбила у подростка почву из под ног…

Очнулся через сутки. Встревоженной матери ничего рассказать не смог. Немного поел и рухнул спать ещё на сутки. …Только через четыре дня молодой организм справился с "новизной впечатлений". Но кроме возгласа "угу" и молчаливой покладистости во всём от Вогаза близкие, даже мама, так не добились.

А ещё через несколько дней, когда уже стали видны на юге "плечи Великого Тенгритау", Вогаз, наконец, узнал от младшей жены брата, всегда очень доброжелательной к нему,… то единственное пока новое знание. То, что сказал шаман Рода Красного Орла матерям и двум семьям после несуразного сватовства Вогаза. И это действительно было странным. И важным!?

…Пожилой "орлиный" шаман, ровесник их собственной "змеиной", внимательно выслушал обеих мам и заверил, что всё нормально. Подтвердил, что Вогаз – "немного странный". "Да, бывает". Но с момента вопроса досточтимой Айры, почему будущей жених говорил странным "слишком взрослым", что сразу насторожило почти всех, голосом – может подросток является будущим шаманом и поэтому так странно себя ведёт? - старик как-то помолчал. …Как бы, не хотел поначалу говорить матерям. Но всё же ответил, но коротко: "Не совсем…". Подробно расспросил маму Тёгерин и Байсара об удачливости Вогаза. Никак не удивился. Ещё раз успокоил всех, что само появление такого жениха здесь – уже есть большая удача для обоих Родов. Мальчишка любопытный. …Что и довело его до странности такого поступка… Ничего плохого ему, старику, "не видно"…

Добавил: "Небеса уже всё решили и давно. Надо только ждать. …Наберитесь терпения! Всё нормально. Меня больше волнует, почему и зачем предыдущей ночью в нашей долине, …но не в стойбище, а севернее … ненадолго вдруг объявился Владыка Запада. И ничего произошло! …Как бы побыл, …это сложно понять, "ехидно усмехнулся", …точнее "понимающе хмыкнул" чему-то там, на севере, и сразу ушёл. Похоже, к жителям стойбища и к гостям это событие не имеет какого-либо отношения. …Так что происходят иногда более важные явления, чем "взбрыки самомнения" некоторых женихов или невест!

Знаки действительно подтверждают удачу обоюдному согласию матерей, семей и Родов для помолвки Вогаза и Айнары! И помолчав, шаман добавил, что с возвращением гостей домой, Род Горной Змеи станет жить "немного веселее" от такого удачливого сватания. …И таковое будет "подарком-напоминанием" уже для их родовой шаманки Дайры. Отдельно. Она вспомнит и поймёт. И всё будет хорошо! ...А молодым до свадьбы не видеться категорически.

И что!? Наверное, "ничего такого для них всех"!? Вогаз согласился, почесал затылок, поблагодарил невестку и со смешанными чувствами, в молчании побрёл рядом с повозкой. Про себя же он твёрдо решил, что впереди его ждёт неутомимый поиск. Новых знаний, умения понимать "нечто большее". …Будет учиться, …и помогать всем.

(конец 1й части)

-----------

Надо идти…, вон и Матай с Бахаром впереди уже остановились заинтересовавшиеся, что с ним. И это – не в первый раз. Когда в Турфане во время службы в городской страже, на тамошних рынках, они впервые заприметили странную перемену в Вогазе, как он весь "ощетинивается", сжимает и кусает губы, начинает принюхиваться по всем направлениям… Именно этим двоим тогда Вогазу сходу пришлось предложить привычное "достоверное" объяснение - "он-де родом из горной глухомани и при больших скоплениях людей чувствует себя настороженно, почти как перед поединком…".

Такого вполне хватило для понимания обоим воинам. И даже порадовало Матая, как наставника, а Бахар первые недели "напарничества" даже издавал запах "легкой зависти" и успешно натренировывал необходимые навыки для себя… Если уж Вогаз самым близким в Роду так и не смог рассказать причину такого поведения, то для остальных подобное объяснение всегда оказывалось более чем достаточным.

Долгое время ничего нужного не встречалось. Матай посматривал на другие товары, но не торговался. Бахар явно скучал, но старался быть степенным и «великим». Вогаз чувствовал, что напарника надолго не хватит, и тогда начнутся его «шутки». Надо купить «великому герою» что-нибудь вкусненькое – это ненадолго отвлечёт!
Копченые цыплята вернули молодому здоровяку хорошее настроение. Их можно «красиво кушать»…. Матай только усмехнулся.

И тут, за спиной возглас: «Вогаз! Сын Октая и брат Байсара?». Знакомый голос шустро развернул парня к окликнувшему его по имени…. Дядя Ильхан! Брат жены дяди-кузнеца из их Рода. Ещё один дядя из множества родственников! Неожиданная встреча была подарком и знаком небес. Вогаз представил дяде десятника Матая и напарника Бахара. Уйгуры тепло поздоровались. Завязалась оживлённая беседа.

В родной долине всё нормально. Мать, брат и сестры с семьями живы и здоровы, все скучают по младшему – Вогазу. Были хорошие годы и не очень. Сейчас дядя Ильхан удачно поторговал в Турфане и Дунхуане, как всегда – ясеневыми древками для копий. Пригнал целых три повозки. Товар раскупили сразу: треть - в Турфане, остальное – здесь, в оазисе. Через пару дней возвращается. Конечно согласен передать гостинцы родне! Знает он и уважаемую Алтун в Турфане, хозяйку постоялого двора. Силач Бахар – её сын!? Ва-ах! И это он победил вчера могучего богатыря из Индии!? Ва-ах! Да об этом весь оазис судачит! Именно эта палица – приз победителю!? Ва-ах! Тяжёлая, отличной ковки, полированная, с гравировкой! Да она же стоит целое состояние! Ва-ах! Конечно, передам всё, что нужно, досточтимой Алтун! И семью уважаемого Матая обязательно разыщу и передам подарки.

…Вы все – стражники из отряда доблестного Самара!? Это же лучшая охрана на Пути! Ва-ах, какой день! Клянусь под небесами и перед лицом наших предков! Всё сделаю, не переживайте. …Стрелы!? Идём немедленно. Туда, через один ряд. Там ими торгует наш соплеменник! Длинный кинжал тебе, Вогаз!? Зачем искать? Возьми мой, смотри - в локоть длиной, попробуй рукоять, вес и остроту…. Его же выковал сам Багатай, наш родовой кузнец, мой шурин и твой дядя. У него «золотые руки»! Просто прими в подарок. Довеском забирай мешочек с наконечниками для стрел, там почти два десятка. Лучшие, от Багатая!

С помощью дяди Вогаз быстро обзавелся запасом хороших стрел в полсотни штук. Уточнив место, где расположился с повозками Ильхан, троица стражников уйгуров ринулась бегом к себе на стоянку. Собрав подарки родным, также быстро вернулась. Матай с Бахаром решили немного пройтись по рынку, чтобы ещё купить родным подарки. Вогаз остался побеседовать с дядей.

Для начала уточнил с ним, что и кому передать. Отдельно, лично дяде Ильхану, Вогаз подарил рулон шёлковой материи. Остальное – показал, что матери, Байсару, сёстрам, дяде-кузнецу. Себе он оставил только треть стопки китайских монет. Быстро рассказал о себе. Дядя внимательно слушал, кивал, задавал много вопросов. Он любил поговорить и всё узнать. Потом дядя рассказывал о себе и племени. В середине, после паузы прямо спросил парня, глядя в глаза: «Может, вернёшься домой? Мать переживает…».

Вогаз растерялся. Накатила волна тоски, бросило в жар, сердце «споткнулось». Сильно…. Как удар под дых. Дядя помалкивал – понимал. В ответ медленно родились твердые слова: «Пока не могу. Только когда завершу службу у Самара. Не раньше…. Пусть мама верит, что у меня будет всё хорошо. Обещаю!».

Дядя похлопал парня по плечу – «ну что ж…, ты выбрал так». Проговорил: «Помни, таких хороших воинов, как ты, мы всегда ждём обратно. Многие молодые в последнее время уходят посмотреть мир. И радостно всему Роду, когда они возвращаются защитниками к родному очагу».

Вернулись Матай и Бахар с узлами подарков. Дядя Ильхан ещё раз всех заверил, что всё передаст семьям стражников в Турфане. Попрощались очень тепло.

Довольная удачным событием троица уйгуров вернулась на стоянку как раз к ужину. Матай с Бахаром даже затянули веселую песню по дороге. А Вогазу было грустно, он отмалчивался – тоска никогда сразу не отпускала.

Воспоминание 3. Что такое "правильный" выбор? Часть 2

****
-----------
Одним поздним утром в самом конце лета Вогаз играл с шестилетним другом Эрдэном на южной окраине родного стойбища. Обычная игра – стрельба из лука и метание пчака в ствол высохшего дерева. Следующей весной Эрдэну предстояло пойти на свою "Первую Охоту", и он дотошно расспрашивал тонкости такого "незабываемого события" у старшего друга. И раз за разом в их беседе всплывали и обсуждались то одни, то другие тонкости самого важного для будущих охотников первого взрослого приключения.

В какой-то момент Вогаз не стал накладывать очередную стрелу – к нему подлетела бабочка. Снова! И может быть последняя в этом году. Его тело замерло. Рука, удерживающая лук, плавно опустилась. А навстречу порхающему хрупкому созданию медленно поднялось запястье другой руки. И красивая бабочка доверчиво на него приземлилась. Замерла, развернула крылья солнцу.

Очередное чудо! Вогаз прошептал другу, чтобы тот замер и не спугнул насекомое. Бабочка пристроилась на руке подростка похоже надолго. Может это её последняя возможность погреться в лучах солнца – на днях должны начаться ночные заморозки? Осень в горах наступает быстро. Два друга перестали замечать время!

Послышались легкие женские шаги. К ним двоим со стороны стойбища приближалась… бабушка Дайра. И только теперь бабочка вспорхнула вверх! Как бы дождалась встречи… с ней!? Или её прихода? Оба парня удивлёнными взглядами уставились на шаманку их Рода. Досточтимая Дайра лишь мельком взглянула на них – её глаза были устремлены за их спины!

И Вогаз с Эрдэном быстро развернулись к южной горной тропе. В двадцати шагах позади оказались… двое. Неизвестные!!! …Мальчишки, увлеченные необычным поведением бабочки, никак не почувствовали их появление!!! Взрослые узнают – не избежать позора! И что, незнакомцы спустились с перевала Великого Тенгритау!? Ведь этой тропой ходят только на горную охоту!? Там нет поселений!

Оба мужчины с длинными посохами одеты в длинные накидки с капюшонами на головах. Очень высоки ростом, …выше Байсара. Руки, сжимающие простое оружие, передавали впечатление, что это – опытные воины. Так держат… копья! Их взгляды - …обычные люди "так" не смотрят. Безжалостность в их глазах, что ли!?

…И почему-то стоят в четырёх шагах друг от друга!? Пара человек так не ходит! Как бы между ними должен быть третий. Которого нет! Только воздух, …который чище, чем вокруг. А что может быть чище горного воздуха!? …И наша шаманка смотрит именно в середину, между двумя пришельцами.

Бабушка Дайра улыбнулась мальчишкам и сказала: "Вогаз и Эрдэн! Не пугайтесь, к нам в стойбище пришли очень давние друзья нашего Рода! …Пока я беседую с "Хранителями" (!?) и провожаю их в стойбище, вы, оба, бегом домой! …Эрдэн, скажи своей бабушке Боргон, чтобы собирала совет старейшин! Она предупреждена. А ты, Вогаз, бегом к матери и передай, чтобы Тёгерин с Байсаром и тобой, пришла на совет. Хватит глазеть на гостей!"

"А как не глазеть!?" Мальчишки, собирая стрелы, продолжали таращиться на незнакомцев. И было от чего – эти двое разом откинули капюшоны. Их головы оказались полностью обриты! Кто они!???

…Обоим лет по тридцать пять, …кажется. Тот, что справа – чуть сузил глаза…, и получилось подобие улыбки!? Мальчишки, наконец, побежали в стойбище. На бегу нормально не поговоришь: "…Да, …он также удивлён", - как и его друг. Возле первой юрты они расстались.

Вогаз выпалил известие семье от бабушки Дайры, наверное, слишком быстро и неуместно громко. Мама замерла, выронила миску, в её глазах появились растерянность и …печаль!? Она, что же, ожидала "такого"!? Невдалеке Байсар, опуская топорик, медленно выпрямлялся в полный рост. И становился очень серьёзным, "как на охоте". А вот его две жены и сестры Вогаза просто удивились…

Байсар, посмотрев на маму, стоявшую неподвижно, сказал Вогазу переодеться. И мама Тёгерин… кивнула. Наконец-то! Нахмурилась, поджала губы и показала младшему сыну жестом зайти в юрту. Пока переодевались, собирались, причем быстро, мама переспросила Вогаза только один раз:

- Бабушка Дайра так и назвала незнакомцев - "Хранители"?
- Да, мама.

Тёгерин странно глянула на Байсара, и первой степенно вышла из юрты. Сыновья молча последовали за ней.

…Совет племени сегодня собрался на западной окраине стойбища на красивой опушке. Присутствовали, кроме вождя и старейшин, старшие воины Рода. Причём, не все, а только "старшие наставники"… Странно. Наверное, не война и не нападение. Что-то необычное! Жители долины подходили из стойбища и останавливались в сотне шагов от Круга. Молчали, наблюдая.

Тёгерин с сыновьями пришла последней. Собравшиеся старейшины внимательно рассматривали её и сыновей. Все молчали. Когда подходили к рассевшимся в круг старшим подросток мельком успел заметить и даже почти рассмотреть знаки на обритых головах пришельцев. Татуировки! Странные. Изображения ящериц (!), довольно большие: у одного – красная, у другого – зелёная. Знаки нанесены на заднюю часть головы между теменем и затылком. А в их племени так не принято!

Вогаз с матерью и братом немного обошли старейшин и уселись на выделенное для них троих место в круге. Мать присела слева от младшего сына, Байсар – справа. Вперёд степенно вышла Старейшая Рода, досточтимая Айрун. Кстати, родовой вождь Тагун приходился ей внучатым племянником, а сама она приходилась внучатой племянницей шаманке, но выглядела намного старше досточтимой Дайры. …Сколько лет самой шаманке, точно никто не знал.

Айрун встала на середину круга и торжественно обратилась ко всем: "Сегодня знаменательный и радостный день для Рода Горной Змеи! Нас снова посетили Хранители. Соблюдая традицию договора с нашими предками, Они обращаются к нам с известием – Вогаз, сын Октая, сын Бахара, определён как "подходящий" в Испытание для последующего Служения Великому Синему Небу!

Нашему Роду оказана великая честь и доверие "Древним Правом"! И от лица жителей нашей долины и Рода Горной Змеи я от всей души благодарю Хранителей за приход и Известие! Это Знак благодати Всевидящего Неба!

Досточтимая Тёгерин и досточтимый Байсар, благодарю Вас и всех предков за усилия в воспитании Вогаза. …Который, как мы надеемся, окажется достойным выбора. И, как знак верности нашего Рода древнему договору, Вогаз "будет изменён"…. Теперь он не может создать семью. Ибо будет "позван" в назначенный Небом срок. Его помолвка будет расторгнута".

Только последняя фраза досточтимой Айрун стала более-менее понятной Вогазу. …Итак – нечто "ещё большее" пришло к нему сюда!? Само!? И теперь Айнара свободна!? Происходящее сейчас становилось для него радостным. Хотя и без полного понимания.

…И его согласия не требовалось. Весь Род просто поставлен перед фактом "известия" со всей неизбежностью. Такое просто происходит с ним! А также с его семьей, его Родом!

Старейшая, тем временем, продолжала: "Байсар, на правах Октая, сейчас "проведёт изменение" своего брата…". Тот получил от кого-то котелок с водой, и… с помощью матери начал обривать голову Вогаза своим пчаком. Подросток не сопротивлялся. Совершенно. Ведь ему стало очень спокойно и его сердце умиротворено – раз "так надо" для Рода и всего племени – значит, надо.

Сильные руки старшего брата действовали тщательно, очень аккуратно и даже как-то нежно. Срезанные локоны собирала мама. Кто-то из старших в центре круга развёл небольшой костёр. По традиции подростку оставили только один большой локон на затылке. Его по желанию можно будет заплетать в косу. Досточтимая Айрун уточнила: "Когда Вогаза окончательно "Позовут", этот локон тоже будет сбрит. Последним. И сделает он это уже собственноручно".

…За всё время ритуала оба Хранителя никак не изменили своё поведение: они неподвижно сидели, молча присутствовали на совете и наблюдали. И даже не мигали. Кажется. В их глазах застыли опыт, безжалостность и что ещё. Вогаз никак не мог их прочувствовать, у него складывалось впечатление, что обоих пришельцев как бы нет здесь. Как людей. А есть "нечто"... Хотя его глаза говорили обратное. Может это сон!? Тогда это хороший сон!

Приблизилась вплотную Старейшая, …и погладила Вогаза по обритой голове. За ней этот жест повторил брат Байсар. А потом и мама. …Все три прикосновения были очень нежными, но… как бы "прощальными". Мама Тёгерин подошла к костру и бросила в огонь волосы своего младшего сына. Громко и печально обратилась с молитвой к Великим Предкам.

Ярко вспыхивали искры в пламени. Оба Хранителями встали, обошли костёр и встали по обоим бокам от Вогаза. Каждый положил ладонь подростку на плечо.

И "чистота воздуха" между ними "вошла" в тело Вогаза, заполняя его тело с головы до пят. От необычной приятной прохлады у подростка на пару мгновение даже закрылись глаза. "Оно пришло …и ушло". Оба Хранителя отпустили плечи подростка, очень уважительно поклонились всем старейшинам и повернулись - уходить. Досточтимая Айрун пошла вместе с ними, проводить их из стойбища. На юг. В горы. К высоченным вершинам Великого Тенгритау. Где нет поселений людей.

…Закончила ритуал бабушка Дайра. "Род Горной Змеи соблюдает Древний Договор". Подросток стоял рядом с ней и без мыслей смотрел в пламя костра. Где догорали остатки его сбритых волос. …Предыдущая жизнь Вогаза, сына Октая, сына Бахара закончена!

Возвращаясь домой с матерью и братом, он прервал тягостное молчание:
- Мам, кто такие Хранители? Они – шаманы?
- …Точно не знаю сынок, шаман или шаманка – это внутри Рода, а Хранители – как бы снаружи. И не только Рода, но и всего нашего племени. …А ещё Они берегут наши горы, долины, леса и реки. …О Них почти ничего неизвестно.

Почти три сотни лет назад наши предки покинули долину реки Орхон в Хангайских горах и пришли сюда, к северным склонам Тенгритау. Именно Хранители их здесь встретили и распределили долины пришедшим Родам: где кому жить.

Хотя из тридцати Родов не все решились на тяжёлую жизнь в горах. Десять "из нас" пошли дальше на юг в Таримский край, в соседство к тохарам. Там их "усыновили" в другой Миф, миф народа тохаров. Говорят, как "наследников" или "преемников". Для нас это – потеря! Ибо нас, "истинных", стало ещё меньше.

Но, по воле Великого Неба, мы живы! И даже понемногу процветаем. Приход Хранителей – знак, что у нас есть ещё возможности жить дальше. Наш Миф перед лицом Великого Неба продолжается. …Уж таков наш мир.

- А что теперь будет со мной? До того, как меня "позовут"?
- Тебя будут учить, - ответил вместо мамы брат Байсар, - учить всему, что знают наши мужчины – охотники и воины. …Никто не знает, что именно понадобиться тебе для ухода к Хранителям, когда "придёт Зов". Поэтому мы будем учить только тому, что знаем сами. Старшие наставники уже обсудили это.

Первые шесть лет, пока тебе не исполниться четырнадцать, с тобой будут заниматься как с подростком, пока не наберёшь силу. Если правильно пройдёшь "посвящение в воины", тогда тебя будут обучать и тренировать как полноценного охотника и защитника Рода вместе с остальными взрослыми.

…И тебе будет сложнее, чем сверстникам. Готовься! А пока старшие наставники первые годы будут давать тебе задания. Отдельные. …Взрослые могут лишь постараться обучить тебя хорошо. Но поможет ли это тебе – мы не знаем.

Помолчав, пытаясь осмыслить сказанное ему, Вогаз обратился к матери:
- Мне очень надо съездить к родителям Айнары, мам, и лично принести им и всему Роду Орла мои извинения. Это важно!
- Сынок, мы можем просто передать им сообщение! Ехать необязательно. …Ты знал, что "такое" произойдёт с твоей судьбой?
- Нет, мам, но я чувствовал - что-то не так с моим сватанием. Даже сейчас я не могу это объяснить. Но теперь мне, и тебе с Байсаром, надо обязательно съездить к Айнаре и её семье! И лучше успеть до наступления холодов.

Тёгерин помолчала, посмотрела на Байсара. Тот, соглашаясь, кивнул. И мама разрешила. Втроём они повернули к юрте тёти Боргон, чтобы обговорить возможность скорой поездки.
------------

…Поездка в горную долину южного Алатау прошла без происшествий. Род Красного Орла встретил гостей также торжественно и радостно. Почти… "Орлы" в этот раз присматривались к будущим родственникам несколько настороженно. Если не сказать, с легким подозрением. Вогаз порадовался, что повозка его семье была последней в кортеже и ему не придётся предстать под "орлиные" взгляды здешнего Рода одним из первых.

****
Их ждали. Перед уже знакомой юртой выстроилась вся семья Айнары. Хотя самой её не было. Досточтимые Борандай и Айра с сыновьями и невестками были предупреждены и ожидали. К ним обратился с речью вышедший вперёд Байсар. Опять были произнесены слова приветствия, извинений, выражения надежды и пожелания удачи. Потом к семье хозяев обратился вождь Орлов.

И Борандай и Айра приняли извинения! Все начали готовить небольшое застолье прямо на траве в двух десятках шагов от юрты. Вогаза посадили прямо напротив Айры и Борандая. Айнара так и не появилась. Тёгерин с Байсаром передали подарки бывшим сватам в знак уважения. И наконец, пришло время обращения Вогаза к родителям невесты.

Слова с извинениями дались как-то легко, он смог под "орлиными" взглядами хозяев даже внятно и достаточно громко их произнести… После паузы досточтимая Айра спросила, точна также как мама Тёгерин дома, знал ли он, что "такое" произойдёт с ним тогда, весной, во время сватания? Вогаз ответил, как своей матери, что "нет, не знал, но чувствовал что-то, очень необычное. И совершенно не имел слов хоть как-либо всем объяснить своё несогласие. …"Он очень сожалеет, что оскорбил их дочь, их семью и Род Орла".

Досточтимый Борандай принял его извинения. А вот Айра вдруг спросила, не хочет ли Вогаз повидать Айнару? …И подростка мгновенно охватил испуг. "Только не сейчас! Он совершенно не готов…" С превеликим трудом Вогаз вернул самообладание и отрицательно покачал головой. Айра с Борандаем удивились и согласились с ним.

Но было поздно!!! Из юрты вышла их дочь и направилась прямо к застолью. Смотря прямо на Вогаза! Айнара, лучистая. "Нежное Сияние Луны". Ещё более красивая, чем тогда, весной…

Вогаз только некоей частью себя, очень малой, смог ощутить, что у него радостно и удивлённо расширились глаза. Состояние "умилённого ступора" мгновенно пришло и овладело его телом, заполняя Единением опустошенность в течение месяцев, прошедших после последней их встречи. Словно всё было вчера. …И "Бесконечность снова властно пришла сюда и сейчас". Наверное, чтобы просто порадовать! Вон, как его сердце затрепетало. Снова.

Айнара несла в руках обычную миску с едой. Айра и Борандай немного раздвинулись, и дочь уселась между ними. С приветливой улыбкой предложила Вогазу блюдо. Как гостю. Всего лишь. Потому как сейчас – визит вежливости. …Он взял. Зааапах вкусный!!! Ум-м... И красота перед ним! Близко.

И не задумываясь ни о чём, он поспешно опустил глаза, начал есть. Потому что хорошо на сердце! И вкусно! Айнара с улыбкой продолжала смотреть на него - "Хозяйка принимает гостя". …И время опять не двигается.

Только доедая блюдо, кусочки копчёного мяса с овощами и пряностями, подросток смог сообразить, что все взрослые, как бы невзначай, уже давно встали и помогают Байсару с Тёгерин ставить временную юрту в полусотне шагов. Давая возможность Айнаре и Вогазу побеседовать, как бы наедине. На них двоих никто не смотрит. Поэтому Вогаз очень постарается, и …сможет поговорить с девушкой. Наверное.

- Привет, Вогаз. Понравилось? – улыбка девушки была тёплой.
- Умм, угу…, Конечно! Здравствуй! – Вогаза так и не смог оторвать взгляда от лица Айнары.
- …Хочешь ещё?
- Нет, спасибо! Огромное!!! Я объелся, …по самую макушку.
- У тебя получилось. Спасибо! …Ты теперь какой другой. И тот же.
- …, - подросток смог только виновато улыбнуться.
- Ты догадывался тогда, весной?
- Нет. Почувствовал, что надо сделать именно так. Мне помог тогда взгляд на юг. …Если ты – "нечто большее", то надо просто подождать… "ещё большее". Которое обязательно даст знать. Причем всем. …Что и произошло. Но я так и не знаю, что правильно? Правда, теперь всё изменилось. Насовсем. И, наверное, это хорошо. Я рад за тебя, Айнара! И, если можно, буду помогать тебе… очень издалека. У меня получиться. И ещё - буду учиться. Кажется, будет очень интересно. И мы с тобой… больше не увидимся.
- Спасибо! Удачи тебе! …Хранители, кто Они? Мне сказали, что о Них не было слышно несколько поколений. Ты справишься?
- …Никто точно не знает. Даже шаманы не всё говорят. …Наши народы, как бы в гостях у Них…, те же, кто уходит к Ним, …в общем, никто не вернулся. Поэтому, что становиться с теми, кто не справился с Испытанием, никому из наших людей неизвестно. Поэтому я буду учиться. Хорошо. Так будет правильно, - дальше Вогаз рассказал то, что фрагментами узнал сам и запомнил.

Пересказал коротко две известные ему легенды. Айнара с интересом слушала. Беседа становилась всё более "уютной". Тёплой. Рядом с этой девушкой по-другому и быть не могло! Опять проявилась грань, отделившая остальных людей вокруг. От них двоих. А в конце рассказа приятно просто помолчать и смотреть на Айнару! В последний раз.

…На их лица упали мелкие капли редкого дождя. Вогаз и Айнара с улыбками посмотрели вверх. Солнце и чистое небо, совершенно без туч! Снова!!! Редкое благодатное Чудо! Значит, всё правильно происходит с ними двумя. Можно радоваться и улыбаться в ответ! Вон и взрослые удивленно уставились в небо. Подарок в виде нежного и недолгого дождика для всех!!!

Временная юрта оказывается, уже поставлена. Мама и Байсар зовут его. А Борандай, Айра с сыновьями, вождём, и даже Боргон с мужем зовут Айнару домой.

Остаётся только ещё раз улыбнуться друг другу напоследок, вернуть миску девушке. И бегом в разные стороны.
-------------

Мама ни о чём не расспрашивала. В молчании семья наводила порядок в юрте, готовясь к ночлегу. На Вогаза накатили вопросы, как пройдёт завтрашний день? Уехать они смогут только послезавтра… Но он решил помалкивать. Когда все вещи были разложены, подросток попросился немного поспать. И мама кивнула. Напомнила – из юрты ни шагу. Сама она собиралась с Байсаром на вечернюю беседу к родителям Айнары и Боргон. Вогаз рухнул на свою постель и почти мгновенно уснул: события их поездки и сегодняшнего дня оказались для него слишком утомительны.

Поздним вечером его разбудил брат, чтобы младший поел. Рассказал, что Борандай предложил Байсару пойти завтра на рассвете на охоту. На кабана! Пойдут ещё двое его двоюродных братьев и трое сыновей. И не хочет ли Вогаз присоединиться к ним? - Конечно, хочет!!! "Мама, можно!?" - Тёгерин с улыбкой кивнула. А теперь все ложатся спать.

Вогаза разбудили задолго до рассвета. Брат внимательно следил, как одевается и экипируется Вогаз - ошибок и глупостей в подготовке к охоте на кабана быть не должно. …Мать дала на дорогу лепёшки и несколько полосок вяленого мяса. Она тревожилась за сыновей. Как всегда. И Вогаз обязательно будет слушаться во всём Байсара!...

В предрассветных сумерках их уже ждали. Досточтимый Борандай с тремя сыновьями и двумя дядьями. У всех мощные луки, копья, длинные кинжалы и пчаки. Итого – восемь человек. Точнее, семь и один, как бы "начинающий". Отец Айнары показал жестом: "Выходим. На север". Вогаз пристроился последним. От него, конечно, доблести не ждали. А вот присматривать за ним явно будут очень внимательно! Охотники бесшумно двинулись из стойбища.
****
Борандай как старший из охотников поприветствовал местных дэвов. …Откликнулась неизвестная птица! "Охота будет странной".
****

Охотники втянулись колонной на лесную тропу. Шли быстро. К полудню надо успеть к неблизкому озеру. Если им повезёт – к ночи вернуться в стойбище Орлов. А лес здесь был очень красив! Могучий, древний, величественный. Какие прекрасные места на южном Алатау!

И сколько ежевики!!! Ням, …подхватываем ягоды с кустов возле тропинки! Ням, и ещё…, ням. Ухты, тропа вскоре вывела на первую полянку. И на ней множество ежевичных кустов. Полным-полно очень крупной созревшей ягоды! Надо будет набрать для Айнары и её мамы на обратной дороге. А пока – ням! И ещё. И вот эту..., и ту ягодку!

…Ой! На меня смотрят! …Все. Охотники впереди настолько бесшумно ушли вперёд, что Вогаз совсем не заметил своего отставания. Позор!!! Взрослые заметили его пропажу, вернулись и очень "нехорошо" на него уставились. Мрачно и недовольно! Одним словом, "стыдобища" для начинающего охотника. …И весь ежевикой измазался…

Вдруг Вогазу послышался некий звук. Предощущения внутри его тела резко всколыхнулись! Сюда к ним что-то несётся! Кажется, большое… Со всех ног! Подросток рванул с места к толстому дереву в пяти шагах. Сильно вжался спиной в ствол и испуганно показал взрослым жестом поднятых к голове ладоней с растопыренными пальцами: "Кажется, сейчас будет олень!".

Опытные охотники мгновенно отреагировали – отскочили к краям поляны, изготовились для скоростной стрельбы и метания копий. Гулкие удары сердца! И… бурная живая река из стремительных животных начала обтекать с обеих сторон дерево, за стволом которым спрятался Вогаз.

Не один олень, а… целое стадо вырвалось на поляну. Мощно метнули копья в добычу сначала Борандай и Байсар, и почти сразу – остальные охотники. Жутко засвистели стрелы. "Навыки – они везде и всегда навыки!" …Четыре первых оленя упали сбитыми сразу. Ещё нескольких явно ранили копьями и стрелами вдогон. И поредевшее стадо за два перестука сердца унеслось через тропу на запад.

Во-о, чудо! И что это было!? Трое сыновей Борандая кинулись по кровавому следу догонять подранков. Оставшиеся с широкими от удивления глазами молча рассматривали четыре оленьих тела и бросая взгляды друг на друга: "Мы – молодцы, что ли!?" И тишина на поляне. Точнее у Вогаза, кажется, от испуга пропал слух. Он продолжал вжиматься спиной в ствол дерева: "А вдруг ещё кто-то прибежит сюда!?"

Взрослые начали посмеиваться, продолжая переглядываться между собой и смотреть на добычу. У всех было выражение радостной ошалелости на лицах. Позже послышались и радостные крики возвращающихся на поляну братьев Айнары. …Ого!!! Ещё три туши несут с трудом на плечах! "Вот так вот, бац… и семь оленей за время в семь ударов сердца! Наверное!?" Или это очень быстрый яркий сон? И ему ещё только вставать на охоту? Присниться ж такое!

Старшие охотники, тем временем, радостными криками встретили бегавших в погоню. Помогли уложить добычу, хлопали друг друга по плечам, поздравляли, собирали стрелы, смеялись, хвалились меткостью. В общем, повезло им всем. И как-то быстро!

Вон, утро только начинается, а у них уже семь добытых оленей. Какие большие туши, …откормились за лето! Доблесть и удача для настоящих мужчин-охотников! Вогаз смотрел на них и не мог пошевельнуться. Он всё видел и… ничего не понимал! Как такое могло быть вообще!? Что-то не приходят на память ни один рассказ о подобной охоте! …А его не накажут!?

Мужчины отсмеялись, успокоились. Подал голос Борандай:
- Мужики! Чего стоим? Срезаем жерди, потрошим туши, тащим домой! Хотя и день-то ещё не начался толком!? А мы – уже! Мда-а… Байсар, скажи-ка, а у вас в Роду Змеи часто тяга к ежевике притягивает вот так нежданную добычу!? – почти все остальные "орлы" ехидно хмыкнули.

- Скажу прямо – нередко! – Байсар даже не посмотрел на младшего брата, - и почти всегда очень как-то, не вовремя! Сам свидетель – с первой нашей семейной охоты. Только диву даёмся! У нас так: треть мужиков - очень довольны, и сами долго не могут поверить удаче; другая треть – недовольны, ибо так якобы не должно быть; а последняя треть – с усмешками быстро пользуется, считают, такие подарки надо просто принимать и благодарить Небо! В общем, у нас в стойбище к этому никак привыкнуть не могут. Получается бурно, неожидаемо и… весело! Так и живём.
- Вогаз, сынок, подойди к нам сюда! Чего ты там в дерево "врос"? – досточтимый Борандай громко обратился к подростку, - или нам ещё чего-то стоит подождать!? Как считаешь?

Вогаз в ответ отрицательно помотал головой, но на всякий случай, глянул за дерево для проверки. Вслушался в лес. И снова показал Борандаю: "Нет. Наверное". Отец Айнары посмотрел на остальных охотников, удивлённо таращившихся на подростка, как будто впервые увиденного, и коротко сказал:

-Так! …Вогаз, а что ты сам думаешь о такой удачной охоте?

Вогаз развёл руки в стороны и недоумённо приподнял плечи: "Ну, не знаю. Я-то ту причём!? Я вообще в сторонке стоял". Решился и спросил: "А мы, что? На кабана уже охотиться не пойдём!?"

У всех отвисли челюсти. Взрослые даже заморгали от удивления. Сначала. Потом они начали хохотать. Борандай же отеческим тоном ответил: "Не сегодня, малыш…, к озеру мы сегодня никак не успеем. Надо быстро отнести добычу в стойбище. Многовато её для этого дня! А вот завтра или как-нибудь на днях, как только тебе захочется ежевики, сразу скажи! Почти все мужчины нашего Рода, не задумываясь, согласятся сходить с тобой… на любую охоту. Скучно нам тут, без любителей ягод. Таких, как ты". Остальные продолжали хохотать, иногда хлопая себя ладонями по бёдрам.

- Байсар! Вогаз! Оставайтесь ещё на несколько дней! Мы вас действительно на любую охоту в наших местах возьмём! Уж больно крепка у вас удача! Как думаете!?

Старший брат посмотрел на младшего. И Вогаз опять отрицательно помотал головой. "Пора. Завтра. Скоро выпадет первый снег и надо побыстрее возвращаться". Вогаз хорошо чувствовал, что Байсар очень скучает по любимой семье. …Старший брат ответил с сожалением: "Как-нибудь в другой раз, досточтимый Борандай. Возможно. И да будет всегда у Вас всех удачной каждая охота!"

Почти все взрослые расстроились. "Жаль, ведь редкость какая!?" - Борандай грустно вздохнул и начал руководить делом дальше. Вогаза не привлекали к разделке. Три туши оленей, самые большие, выпотрошили первыми. По ходу работы каждый взрослый провел у себя на лбу одну черту из крови оленя. Под одобрительные кивки близких досточтимый Борандай начертил на лбу Вогаза даже две черты – как самому удачливому. Старший брат тоже кивнул такому отличию и довольно улыбнулся.

Первые три туши понесли в стойбище братья Айнары, дядья и Байсар, подвесив на жерди. Ожидая возвращения, Борандай разделывал оставшиеся четыре с помощью Вогаза. Подросток, улучив момент, попросил отца Айнары срезать кору на дереве, чтобы сделать небольшой короб для ежевики. "Передать досточтимой Айре как подарок. …Сам не может, так как он – гость в этом лесу, боится трогать здешние деревья". Борандай одобрительно улыбнулся и сделал. И продолжал улыбаться, поглядывая, как подросток быстро собирает ягоды.

…На поляну вернулись сыновья, брат Байсар, дядья и ещё двое родичей. Вогаз помог Борандаю правильно захоронить ненужную требуху подальше от тропы. Выделили обязательные куски для подношения богам и дэвам. Возвращение получилось приятным, все взрослые откровенно радовались.
У самых юрт Вогаз вручил короб с ежевикой старшему сыну Айры, чтобы передал матери. Позже оказалось, что ягода пришлась очень кстати – немного простудился младший сын Борандая. Целебный отвар не замедлили приготовить. Взрослые продолжали заготовку мяса.

И был устроен торжественный обед сразу для нескольких семей – отметить удачную охоту. Айра лишь изредка присоединялась к застолью, больше приглядывая в юрте за младшим сыном. Айнара не показывалась совсем. Тёгерин шепотом напомнила Вогазу, что таращиться на жилище бывшей невесты неприлично – судьба изменилась! И нужно смириться.

Взрослые с удовольствием обменивались охотничьими историями. Получалась у них почти всегда смешно. И поучительно. Как не просили Вогаза хоть что-нибудь рассказать из своих "приключений", подросток так и не решился. Зато много историй поведал Байсар. "Орлы" слушали его с нескрываемым интересом.

О двух событиях из жизни покойного Октая рассказала Тёгерин. Вслушиваясь в повествования, Вогаз иногда всё-таки бросал мимолётные взгляды в сторону юрты Айры. Как бы невзначай. …Вдруг Айнара появится!? Ненадолго! ...И в то же время ловил себя на том, что как-то сильно побаивается снова увидеть девушку. Наверное, чувствовал – "беспредельность" опять выбьет его из колеи. Не вовремя и надолго.

Бдительная мама не оставила без внимания ни одной его попытки отвлечься от "правильного" поведения по ходу застолья. И потому Вогаз терпел празднество! Сбежать возможности никакой не было – досточтимый Борандай посвятил именно ему праздничное угощенье. По словам хозяина и его родни, на памяти их поколения такой быстрой и удачной охоты не было ни у кого из "Орлов".

Раз за разом повторялись приглашения Байсару, Тёгерин и Вогазу остаться и погостить ещё несколько дней. Но гости, искренне извиняясь, настояли на завтрашнем отъезде: дорога неблизкая и скоро выпадет первый снег. Празднование не затягивали – с рассветом семье Тёгерин нужно выезжать.

Ночь выдалась спокойной, хотя Вогаз долго не мог уснуть. Перебирал в голове подробности и сложности визита. Похоже, всё прошло более чем нормально! Дальше его ждёт другая жизнь, совершенно новая…, наполненная учёбой. И тоской! Наверное. Радости от любого возможного будущего не было совершенно…

С рассветом Тёгерин с сыновьями отправилась домой. Вся семья Борандая вышла их проводить. Появилась и Айнара! "Лучистая". …Тёпло улыбнулась и помахала рукой на прощанье. Вогаз, как смог, изобразил уместное на проводах радушие, но горло "сдавила" грусть.

Опять накатила странная раздвоенность: одной частью себя Вогаз тёпло прощался со всей семьёй Борандая и Айры, другая – молча "отделила" всех людей от Айнары и впитывала в себя все видимые и ощущаемые подробности только её облика для запоминания. Чтобы больше никогда не увидеть глазами!?...

Он бы смотрел и смотрел на девушку, потому что именно в эти мгновения он был счастлив! …Но мама легко кашлянула, и он всё-таки смог (!) обернуться и пойти рядом с повозкой. Домой. Чуть позже оглянувшись всёго два раза, на два долгих мгновения.

Возращение в родное стойбище не принесло в душу подростка никакого успокоения. Мир для Вогаза продолжал разделяться: пропасть между двумя его частями, предлагая "побыть" то на одном краю, то на другом, становилась постепенно привычной. Он чувствовал, что есть какой-то "мостик" между ними. Тонкий, невидимый и …словами неназываемый.

И ориентиром подростку всегда служило что-то прекрасное на обеих сторонах! Ибо есть такое и в мире "людском", …и уж тем более, в мире явленной ему "беспредельности"… И вставали сильнее перед его сердцем четыре вопроса – "Кто я", "Чего я хочу", "Зачем я здесь" и "Куда я иду". Становилось всё интереснее!

Пройдут годы. И Вогаз …начнёт откровенно побаиваться посещать рынки и ярмарки. Дважды, когда ему было двенадцать и пятнадцать лет, он случайно увидит издалека бывшую невесту среди торговых рядов в Урумчи. И категорически не сможет даже подойти и поздороваться! …Айнара с годами становилась всё красивее. Прекраснее! …Но и не только это! Всё также сильно Вогаз, только наткнувшись на неё взглядом, дважды испытает сильнейшее смятение своего духа: "Беспредельность снова пришла, …мгновенно и полностью". Оба раза! Напомнить!? О правильности выбора!?
(конец 2й части)

----------------

На рассвете караван персидского купца под охраной стражников Самара двинулся из Дунхуана на восток – к столице Поднебесной.
----------------

Только через годы Вогаз узнал, что дядя Ильхан добросовестно выполнил обещание: мать Бахара прикупила виноградник и мастерскую по изготовлению ковров, а Матай удачно выдал двух дочек замуж с богатым приданным. Вогазу же так и не довелось встретиться с родными. Хотя подарки и обогатили его семью…
Последний раз редактировалось kalpa 04 авг 2013, 23:53, всего редактировалось 1 раз.
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

Re: На восток и обратно, если повезёт...

Сообщение Евгений » 23 июл 2013, 20:15

На рассвете караван персидского купца под охраной стражников Самара двинулся из Дунхуана на восток – к столице Поднебесной.

Персидского купца - опять анахронизм. В ту эпоху начинает в Китай распространяться буддизм - почитайте про передачу буддизма по Шёлковому пути, может тогда ваш труд немного по-историчнее станет. Караван должен быть кушанского, согдийского, ну в крайнем случае парфянского (но не персидского) купца. Сам термин караван и караванщик, сохранившийся в дуньхуанских (вот, кстати, ещё одна ошибка - ДунЬхуан пишется, а не Дунхуан) документах североиндийского (т.е. индо-бактрийского) происхождения. В Китае иностранных торговцев организовывали в гильдии, которые самоуправлялись "начальниками караванов", которые были все ираноязычными выходцами из Согдианы, а до того - из Бактрии. И чужих, не родственников, они на восток не пускали. А западнее территории, которую они контролировали, купцами были греки, пока в ходе какого-то там восстания (не помню - христианского, или ереси маздаяснийской) греков не повырезали, и их место не заняли евреи. Источник - Энциклопедия Ираника и множество публикаций о Шёлковом пути, но всё на английском.
Аватара пользователя
Евгений
Геродот
Геродот
 
Сообщения: 1148
Зарегистрирован: 27 май 2006, 10:28
Откуда: Екатеринбург

Re: На восток и обратно, если повезёт...

Сообщение kalpa » 23 июл 2013, 22:09

Ув. Евгений, спасибо! Надеюсь Вы всё же прочитали название жанра этой повести в начале темы. ...Ммм, если я буду ориентироваться только на утверждения(?) той или иной энциклопедии, то пропущу много тонкостей и эта работа сделает попытку обернуться монографией с претензией на некоторую научность. Зачем!? Откуда у Вас такая уверенность, что согдийские и тохарские торговые "Семьи" на пускали каких-то персов на Торговый Путь?

Мой знакомый китаевед мне подтвердил, что в эпоху Хань персы в Китае были. Они просто не брали себе полномочий дипломатически представлять ту или иную страну средней Азии, дабы не оказаться зафиксированными в придворных летописях. Зачем им это? Насколько я уразумел из бесед и монографий, тохары считали персов дальними родственниками, официально уже сходящими с исторической арены после походов Александра. Но самих купцов это никак не трогало. Ибо для них главное - прибыль, которую можно получить при любой власти. Не понимающий вопросов жизненности державы за счет торговли правитель, долго не держался на престоле. Такое отлично понимала его свита. В любой стране. А "достоверное" и нужное им и будет зафиксировано в летописях. Даже упомянут, если очень надо, статистику взымания налогов и т.п.

Династия Хань в описываемый период тем и отличалась, что наводила связи со всеми частями известного тогда мира. Для последующей экспансии, признака "силы". А им в этом мешали хунну. И... плохо закончили хунну. Там. Сяньбийцы постарались в угоду Поднебесной. Остальные народы, и уж тем более их торговцы, приветствовались! Или вы считаете что купцам-персам не нашлось места в зарождающейся на тот момент Кушанской империи? Вам известно, что персов до сих пор уважают на Востоке за честность и принципиальность? Даже приход ислама позже ничего кардинально не изменил. Более того, ислам у персов изменился сам... (я не апологет кого-либо, но очень интересуюсь древними легендами: они позволяют увидеть историю в разных аспектах).

Даже набирающие тогда силу парфяне (якобы одно из иранских племён) никак не планировали прерывать торговлю на Пути, "наложить лапу" - да, но не портить. ...И поверьте, "Семьи" умели договариваться в любой стране и с любыми её соседями - опыт Византии показателен. Мммм, как бы "неофициально". Я опираюсь на известные мне легенды, текст "набираю автоматом". Поэтому многому в этой повести удивляюсь сам. Шедевра не будет! Просто делюсь. И рад всем точкам зрения. Если Вам известна дилогия И.А. Ефремова "На краю Ойкумены", то мне будет несложно таким примером из литературы пояснить, на что похожа эта повесть. Работа - пробная, опыта писательства не имею и становиться писателем никак не планировал. Просто рискнул запротоколировать "картинки" из головы, а они ...связались в "линию" жизнеописания такого вояки-наёмника из древнего времени. Личное ощущение - ему, персонажу, не хватает слов и понятий для того чтобы он "правильно" рассказал о своих странствиях внукам. Мммм, "сотрудничаем". :shock:

P.S. Название оазиса по-китайски - ДунЬхуан, а по-уйгурски - Дунхуан. Мне это подтвердили специалисты. Разница якобы существенна. Период, упомянутый в повести, у востоковедов называется "доисторическим". Единственный источник - работы Сыма Цяня. Поэтому мне и порекомендовали воспользоваться жанром "фэнтези", дабы "не смущать"... Что интересно, Ваши замечания "притянули" новые "картинки" из этого и ещё двух сюжетов. Буду думать. Ещё раз спасибо!
Последний раз редактировалось kalpa 31 июл 2013, 03:16, всего редактировалось 2 раз(а).
"В целях природы обузданья,
В целях рассеять неведенья тьму
Берём картину мирозданья и... тупо смотрим - что к чему". С уважением, кальпа.
Аватара пользователя
kalpa
Логограф
Логограф
 
Сообщения: 27
Зарегистрирован: 04 июл 2013, 00:32
Откуда: Москва

След.

Вернуться в Литература

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 3